учреждений. Я мажорно достал из антрестазиса пятитысячную купюру и протянул девушке.
«Для вашего удобства вы можете оставить депозит на следующие посещения. Мы создадим для вас персональный лицевой счёт».
— Хорошо, тогда сдачу отложите на мой счёт.
Пожалуй, так будет удобнее. Каждый день сюда я приходить не буду, но точно стану постоянным клиентом. «Дина1919» всё-таки оказалась девушкой, хотя по её замотанному лицу и тёмному балахону это было не особо понятно. Дилеры были полностью конфиденциальны, как и их клиенты. Отсюда и порядковые номера в имени каждого Дина. Девушка двумя руками взяла мою ладонь, и я почувствовал лёгкое тепло. Анхе можно вливать через любую часть тела, но в приоритете конечно голова руки, и грудь. Ян всегда вливал анхе мне через лоб, иногда вдобавок ещё больно тыкая для поучения.
Пришёл в школу я с небольшим опозданием. Вернее, на сам урок я не опоздал, а вот на предварительное знакомство со своим классным руководителем слегка не успел.
— Майто Краун? — спросил учитель прямо с порога, как только я постучался.
— Да это я, здравствуйте, — я слегка поклонился, отдавая дань этикету.
— Ты опоздал на минуту, — сказал учитель, проверяя время на своих наручных часах. В Гидре уважали пунктуальность, и очень плохо относились к любому опозданию. На вид учителю лет под сорок-пятьдесят, довольно накаченный, взгляд тяжёлый, грозный. Если бы я увидел его на улице, то подумал бы, что он военный в отставке. — Меня зовут Рихтер Шорн, я классный руководитель 1Б класса. Рад приветствовать тебя в старшей школе Ицар. Хотел бы уточнить, у тебя сейчас ранг «ученик», или в твоей карточке ошибка?
Говорил он так, как будто каждым словом хотел меня уколоть, дабы проверить.
— Нет, всё правильно.
— Процент таланта 73 %, запас анхе 451, и это получается всего с одним аспектом… редкий, насколько я понимаю? — я кивнул. — Показатели у тебя очень хорошие, не часто рождаются простолюдины с такими данными. Жаль, что ты инициирован довольно поздно. А почему ты решил идти в старшую школу именно на этот год? Тебе сейчас четырнадцать с половиной, было бы лучше подождать полгода и пойти в старшую школу в пятнадцать.
Я даже не уверен, что мне четырнадцать с половиной… Мы с Яном поставили пятое число Феникса моим днем рождения — тот самый день, когда я спасся из Смертельного Негатива. Неизвестно, какого числа был мой день рождения в действительности, но на возраст четырнадцати или даже пятнадцати лет я соответствовал.
— Я скоро буду пробуждать новый аспект, и думаю, возьму ранг «бронзового ученика».
— А сколько у тебя сейчас процент таланта?
— 53 %, но я не буду ждать, пока талант дойдет до пика, и пробужу аспект раньше.
— Это очень опрометчиво с твоей стороны. Вполне можешь нарваться на белый аспект. Белый — это, конечно, тоже хорошо, но с твоими данными надо брать максимум.
— Да, я знаю. Я собираюсь пробуждать звезду Азай, а она скоро будет в активной фазе.
— Ого, располагаешь такими данными. Если астролог, который тебе это сказал, хороший, то пробуждай на активной фазе. Одна твоя одноклассница, кстати, тоже хочет пробуждать Азай, надо будет ей об этом сказать. Может, она подключит своих клановых астрологов, и мы узнаем точную дату, — Рихтер слегка задумался. — Боюсь, и с «бронзовым учеником» в Ицаре сложновато, к концу года большинство учеников здесь возьмёт «серебряного асура». Многим уже хватает качества аспектов на это, но ещё не хватает мудрости. А что ты можешь по умениям?
— Всё, что соответствует рангу «ученик», и немного из того, что соответствует рангу «бронзового ученика»
— Прыжок на три метра?
— Смогу.
— Создание огня?
— Тоже.
— Создание ветра?
— Учусь, но получается пока плохо.
— Что ж, если всё так как ты говоришь, то для ранга «ученик» у тебя отличная подготовка. Даже, вполне возможно, ты нагонишь остальных. Но предупреждаю сразу, через две недели экзамены, и никаких поблажек тебе, как новичку, не будет. Если окажешься в десятке худших, то сразу вылетишь.
Почти во всех старших школах Гидры практиковали систему конкуренции. Например, в Ицаре на первый год обучения было пять классов по двадцать пять учеников, а на второй год оставалось лишь четыре — выгоняли десять учеников за первые полгода, и ещё пятнадцать за вторые. Ян рассчитывал, что я возьму Азай к экзаменам, но, в любом случае, мне будет нелегко.
— Хорошо, я вас услышал. Учитель, можно вас о небольшой просьбе?
— Что ты хочешь?
— Не говорите, пожалуйста, классу про мой процент таланта и запас анхе. Я хочу чтобы эта информация была конфиденциальной.
— Странное желание, если все будут знать про твой потенциал, то ни у кого не будет вопросов почему тебя взяли в Ицар. Слабым здесь приходиться не легко, как собственно и во всём остальном мире.
— И всё-таки я не хочу разглашать лишний раз информацию о себе, на сколько я знаю в Ицаре у меня есть такое право.
— Да, всё верно. Надеюсь ты знаешь и другие школьные правила.
Уже прозвенел звонок, когда Рихтер представил меня классу. Мне самому говорить не пришлось, я лишь поклонился и поздоровался. Одно лицо в классе было уже знакомым — это та самая соседка по лестничной клетке, с которой мы вчера немного повздорили. Она ни одним движением не показала, что со мной знакома, и я решил ответить тем же, переключив взгляд на оставшийся класс. Мальчиков и девочек примерно поровну, рас кроме человеческой не было, но у одной девушки виднелись синие пятна на руках и лице — вряд ли другая раса, но от обычного человека она явно отличалась. Вид у всех был гордый и благородный, все опрятно одеты в школьную форму. Волосы у многих были ярких цветов, и это явно не краска, а признак большой магии в крови.
Первый урок прошёл без происшествий. После ухода Рихтера в класс вошёл низенький старичок, и стал читать лекцию по истории Гидры. Предметов, не связанных с физической и магической подготовкой, было немного, но они также были обязательными в полугодичном экзамене… И во что я вообще ввязался? Видимо, ближайшие две недели я буду не весело играть на гитаре, а учить уроки.
На перемене произошло небольшое знакомство с классом. Ко мне в коридоре подошел высокий темноволосый пацан и два его более низких спутника.
— Пошли в уголок, поговорим.
Я слегка поклонился, так как говоривший и его друзья имели за спиной клановую эмблему. «Уголком» оказалось ответвление коридора, в котором стояло несколько лавочек и кресел, правда, они пустовали. Здесь было довольно просторно и светло.
— С каких пор
