Лорисса уловила легкие изменения в его ауре и почувствовала удовлетворение. Пока Кеннет уверен в себе и своем превосходстве.
-- Лорисса, могу ли я спросить вас, у кого вы учились?
-- Спросить, безусловно, можешь... более того, я отвечу. -- Колдунья лукаво взглянула на него из-под пушистых ресниц. -- Но только в том случае, если ты скажешь, почему тебя это так заинтересовало?
-- Маги крайне редко берут на воспитание девочек.
-- Что ж, принимается! Велеан из Аруса.
-- Забавное совпадение... Я слышал, у него учился Кайл из Осса, который, как утверждает Тайриэл, будет нашим союзником. Вы стали ученицей Велеана после Кайла?
-- Кеннет, после всего, что между нами было, я не обижусь, если ты будешь обращаться ко мне на "ты".
Красивое лицо мага отразило лишь вежливую благодарность, но его аура в этот момент взорвалась таким многоцветьем эмоций, что Лорисса начала опасаться, не слишком ли перегнула палку. Однако тут, к счастью, подали горячее -- куропатку с овощами.
-- Как я поняла, ты практически не выезжаешь из Моинара, но тем не менее в курсе... некоторых сплетен. Слышал ли ты ту памятную историю, случившуюся на вечере у Хлои... совершенно восхитительная личность, кстати... почти месяц назад? Я тоже была там, но пришлось покинуть бал раньше, чем я рассчитывала, поскольку мне как раз сообщили, что ты назначил награду за мою голову... не думай, я больше не сержусь на тебя из-за этого!.. но после моего ухода там произошел такой казус, так ты слышал?
-- Нет, не довелось. -- Кеннет подозревал, что подобный монолог Лорисса способна продолжать до бесконечности, и не собирался ей мешать. Пусть говорит, возможно, среди этих бредней и промелькнет что-нибудь важное.
-- Надо сказать, -- продолжила Лорисса доверительным тоном завзятой сплетницы, периодически поднося к губам бокал и не отрывая от Кеннета разноцветных глаз, -- что Хлоя пригласила к себе известного менестреля для развлечения томно скучающих гостей. Как я понимаю, известен он в основном тем, что, когда берет особенно высокие ноты, у слушателей в руках лопаются бокалы... окажи любезность, налей еще вина, пожалуйста... да, благодарю, этого довольно... Так вот, тогда он превзошел самого себя -- в кульминационный момент очередной арии взорвалась хрустальная люстра. Гостей осыпало осколками, к тому же начался пожар, но его быстро потушили. -- Лорисса на секунду замолкла, переводя дыхание, и Кеннет учтиво осведомился:
-- И что же в этом невероятного?
-- Представь себе, у него оказались скрытые магические способности, о наличии которых он не подозревал и, следовательно, не пытался их развивать. Тем не менее они проявились в момент наивысшего душевного подъема, вдохновения, можно сказать... и вызвали такой резонанс, что хрусталь буквально разлетелся на кусочки! -- Лорисса сделала в его сторону изящный жест. Кеннет чуть склонил голову набок.
-- Не думаю, что в этом есть нечто исключительное, -- сказал он. -- Подобный случай не единичен. Латентная предрасположенность к магии есть практически у всех, но не всегда к ней добавляется необходимый для ее развития импульс. Иногда это происходит в достаточно позднем возрасте... кстати, что стало потом с этим менестрелем?
-- Ничего. -- Лорисса блеснула зубами в ослепительной усмешке. -- Как ты правильно заметил, он слишком стар для начала обучения... поэтому ему ничего не оставалось, кроме как продолжить занятия музыкой. Теперь он дает концерты только на открытом воздухе, боясь дальнейших разрушений и крупных денежных трат -- на то, чтобы замять скандал, ушла значительная сумма. Правда, его популярности инцидент пошел лишь на пользу... ты хотел меня о чем-то спросить?
Маг и впрямь собирался задать ей какой-то вопрос, но остановился, внезапно осознав, что происходит. Он, Кеннет, уже больше получаса выслушивает -- не без интереса -- разглагольствующую о какой-то светской ерунде колдунью и при этом еще поощряет ее уточняющими вопросами. Кеннет обратил внимание на собеседницу -- та улыбалась; она этим вечером улыбалась почти беспрестанно, и улыбка ее была... благосклонной, как улыбка человека, находящегося на своей территории и неколебимо уверенного в собственной безопасности. Но ведь это абсурд, подумал он. Лорисса не может чувствовать себя в безопасности в этом доме! Машинально перебрасываясь с ней репликами, как арбалетными болтами, он внезапно ощутил знакомое покалывание в кончиках пальцев... что это?.. он немного взвинчен, но не более, такой реакции быть не должно... триумф захлестнул его волной, ее триумф, ее восторг... да в чем же дело, в конце концов?! Лорисса была чем-то невероятно довольна, глаза сияли, перстень на едва заметно дрожащей от волнения руке выкидывал искры... Проклятье, да ведь она же видит его ауру! И плевать, что на лице не отображается ничего лишнего, она и так знает, что он чувствует.
Злость на себя, на нее, разочарование, страх, смятение -- все эмоции смешались в этот момент в безумном водовороте, растворяясь в темно-алой ненависти...
Лорисса безошибочно уловила всплеск ненависти с его стороны и поняла, что при всем своем самообладании Кеннет может и взорваться, чего ей бы совсем не хотелось. Довести его до белого каления она всегда успеет, а сейчас главное -- остудить его, чтобы мирный ужин не перерос в поединок... покорно благодарим, она еще жить хочет... Колдунья заставила себя обрести мягкое спокойствие, закрыться самой и перестать читать собеседника, объявляя тем самым перемирие -- впрочем, вооруженное до зубов.
Третья и последняя перемена блюд -- на десерт им подали миндальные бисквиты с крепленым красным вином -- позволила оживить угасший разговор, который с той минуты протекал вполне мирно и опасных тем не затрагивал. Когда ужин подошел к концу, Кеннет помог Лориссе подняться.
-- Благодарю за чудесный вечер, -- промурлыкала она.
Маг молча поднес к губам ее руку. Он по-прежнему считал ее взбалмошной и непредсказуемой, но в одном он ошибался и готов был признать свою ошибку -- разноглазая ведьма оказалась достойным врагом. Лорисса, удивленная его жестом, снова попыталась прочесть его эмоции, но потерпела неудачу. Интересно, когда он успел выставить защитный блок?
-- Да, и кстати, Кеннет, -- произнесла колдунья, разглядывая свои безупречные ногти, -- ты весьма меня обяжешь, если изыщешь возможность сократить на время занятия магией -- вчера у меня от них немного разболелась голова.
-- Я учту твое пожелание, -- сухо поклонился маг.
Глава 8
Пронзительные выкрики чаек звенели в ушах. Ветер шуршал ветками магнолий, шептался с узкими зеленовато-серебристыми листьями росших повсюду деревьев. На местном диалекте -- arge creann. У людей же -- Тайриэл знал -- эти деревья назывались довольно забавно: "лох серебристый".
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
