В дискуссии, посвященной плаваниям Тура Хейердала, развернувшейся на страницах журнала Академии наук СССР «Латинская Америка» в 1974 году и мало затронувшей, к сожалению, проблемы афро-американских связей, есть интересное заключение специалиста из Института океанологии В. Войтова. Он не сомневается в том, что существуют неплохие шансы для плавания через Атлантику в случае отплытия из Экваториальной Африки. Моряки шли бы в полосе юго-восточного пассата с попутным южным пассатным течением; для возвращения в Африку использовали бы экваториальные западные ветры и экваториальное противотечение, направленное на восток. Нет необходимости вновь рассказывать о «папирусных» плаваниях из Старого Света в Новый. Их уроки уже приняты к сведению в научных кругах.
Таковы основные моменты, связанные с проблемой трансатлантических связей Африки и Америки до Колумба. Нужно оговориться, что здесь собрана лишь небольшая часть того, что открыто учеными или находится сейчас на стадии выяснения. Не все свидетельства можно принять с достаточной уверенностью в их правомерности. Как в каждой гипотезе, здесь есть cboи сильные и слабые звенья. Но основное содержание ее таково: в доколумбовы времена между Африкой Америкой существовали постоянные связи, осуществляемые с западного или северо-западного побережья Африки. Возможность этих связей мы и попытались здесь доказать. В заключение приведем высказывание одного из основоположников теории доколумбовых контактов — Г. Лоуренса: «Если идея высадки викингов У Северной Америке принята лишь на основе саг и нескольких археологических свидетельств, то наша тeoрия, основанная на целом томе фактов, должна быть признана без всяких возражений». Завидная уверенность. Без возражений она, как и всякая смелая гипотеза, принята не будет, торжество ее впереди, когда будут собраны большой фактический материал и достаточно аргументов. Наша подборка — лишь скромное введение в интереснейшую проблему трансатлантических контактов между Африкой и Америкой до Колумба.
Часть вторая
Прыжок эланда
Встреча в музее
В Музее естественной истории Мозамбика в Мапуту совсем не было народа. Наверное, потому что на стадионе неподалеку начинался какой-то ответственный футбольный матч и он притянул всех туристов и жителей ближайших кварталов. Я оказался один в большом круглом зале. Солнце через стеклянную крышу заливало ярким светом всю центральную «лужайку», на которой расположились экспонаты — группа слонов, львы, жираф, несколько хищных птиц и антилопы. Трава на «лужайке» давно пожухла и очень походила на настоящую африканскую траву в саванне. Служитель включил магнитофон, и зал наполнился звуками леса: ревом, фырканьем, писком, шипением…
Вся эта какофония плюс запах сухой травы и (может, мне это показалось) зверей создавали полную иллюзию африканской дикой природы. Ничто не мешало рождению этого образа — ни улица, которую отсюда не было слышно, ни люди, которые так и не появились.
В тот день я пришел в музей с особой целью: мне нужно было взглянуть на одну антилопу.
Накануне ко мне зашел знакомый геолог и принес несколько книжек с репродукциями наскальных рисунков. Перелистывая одну, мы наткнулись на любопытное изображение: люди и животное, похожее на антилопу эланд, проделывали что-то непонятное.
Сцена игры человека с быком из дворца Миноса в Кноссе (Крит). Рисунок датируется серединой II тысячелетия до н. э.
…Передо мной стояла крупная золотисто-рыжая антилопа с прямыми острыми рогами. Я уже знал, что эланд, или канна, считается самой крупной антилопой Африки. Живет он по большей части на окраинах саванны, там, где степь переходит в высокий кустарник и лес. Рост эланда — до 180 сантиметров, вес же его достигает тонны, но тот, что стоял передо мной, был, пожалуй, немного поменьше. Антилопа эта необычно отважна, и самец и самка смело вступают в бой с гепардом и даже с леопардом. И в то же время она смирна и послушна. Именно с этим свойством ее характера оказались связаны те самые изображения, что лежали тогда перед нами на столе. На одном цветном рисунке видны эланд и несколько человек. Один из них прыгает через антилопу. На втором рисунке изображены бегущий эланд и вокруг люди в динамичных позах: один — в прыжке вниз головой над телом антилопы, другой — у ее морды, третий сзади пытается поймать ее за хвост. Оба рисунка схожи и скопированы со скал в Драконовых горах и массиве Малути, в Южной Африке.
Короткие консультации со специалистами дали немного: мы узнали лишь, что такие картины видели в различных районах юга Африки, но там эланд был двуглавый, а охотники (или участники игры) носили своеобразные ритуальные маски.
Ситуация явно загадочная. Что это — игра или охота? В руках одного из участников непонятной церемонии видна небольшая палка или стрела. Остальные не вооружены. И почему один из них прыгает через эланда?
Аналогичная сцена на скале одного из горных массивов в Южной Африке. К сожалению, этот рисунок пока не датирован.
В книге известного американского зоолога А. Сандерсона «Современная фауна мира» мы нашли такое интересное наблюдение. Ученый пишет, что эланд, часто встречающийся на наскальных фресках долины Лимпопо, был далеко не робким животным и совсем не боялся человека. Из других источников мы узнали, что у масаев Восточной Африки имеются стада полуодомашненных эландов (они дают прекрасное молоко). А в 1891 году несколько эландов завезли в заповедник Аскания-Нова на Украине, и они благополучно прижились.
Еще больший интерес приобрели рисунки после того, как мы сравнили их с репродукцией в книге Л. Котрелла «Бык Миноса», где изображена игра человека с быком во дворце Миноса в Кноссе, на древнем Крите. Рисунки оказались удивительно схожими. Тот же прыжок через быка, те же попытки схватить его за хвост, тот же отвлекающий маневр у морды животного.
Значит, в Африке времен позднего каменного века охота на диких животных вышла за рамки обычной добычи мяса и шкур и развилась в спортивное состязание, имеющее близкие аналогии с «корридой» в государствах Средиземноморья античных времен? Не связано ли это со знаменитым кносским состязанием?
Каждый, кто открывает многотомный труд замечательного археолога Артура Эванса «Дворец Миноса в Кноссе», написанный в начале века, восхищается прекрасными репродукциями древнекритских фресок, которые более трех тысячелетий сохраняют яркость и колорит. Таких произведений Эванс обнаружил десятки. Но лишь одно приковало внимание африканистов — цветная фреска дворцовой мозаики, на которой видны африканцы. Несколько стройных черных мускулистых людей идут или бегут под командой белого военачальника. Кто были эти люди? Пленные африканские воины, а может быть, рабы, привезенные из дальних походов? Как полагают ученые, ни те и ни другие, хотя на Крите имелись и пленники. Это представители так называемых вспомогательных войск, черные наемники, институт которых, как теперь выяснилось, был широко распространен в районе Эгейского моря.
