отозвался Савченко. – Когда мы еще на такое наткнемся, сам подумай.
– Вот уж чего мне даром не надо!
– Не скажи…
Глава 16
Домашние неприятности
Утро началось на редкость отвратительно. Илья даже подумал, что ничуть не удивился бы, будь сегодня пятница, тринадцатое. Потом взглянул на календарь – Илья как-то перестал следить за временем, пока сидел с Тайкой – и разочарованно пожал печами: восемнадцатое ноября, четверг.
Илья сунул голову под кран с холодной водой и наконец почувствовал, что окончательно проснулся. Он угрюмо вздохнул – за ночь практически не сомкнул глаз. Если и заснул на час-другой, то ближе к рассвету, и то лишь дремал. Постоянно просыпался и бегал в Тайкину комнату.
Илья почему-то отчаянно трусил. От одной мысли, что у них с Игорем ничего с колдовским отваром не получится, его бросало в холодный пот. Что тогда будет с несчастной Тайкой?
Сегодня все действовало на нервы! Не успел он встать с постели, как настроение серьезно испортила Рита. Эта дурочка не нашла более подходящего момента передать маме записку от классной руководительницы. То есть от Макаровны. Сунула прямо за завтраком.
А в записке с жандармской прямотой математичка выражала свою обеспокоенность многочисленными прогулами Ильи. И тем, что Илья в этом году окажется совершенно неподготовленным к приближающейся городской олимпиаде. Мол, и физик с ней солидарен. С таким количеством пропусков на олимпиаде делать нечего. А кто будет защищать честь школы? Один Игорь Савченко?!
Мама, естественно, страшно расстроилась. И тут же во всем обвинила себя. Минут пять бегала по кухне, а потом заявила, что прямо с сегодняшнего дня – с сегодняшнего! – она отпрашивается с работы и начинает лично присматривать за больной дочерью. А Илья пойдет в школу готовиться к олимпиаде.
Илью чуть инфаркт не хватил! Мама же смотрела виновато. Подкладывала ему на тарелку котлету за котлетой и вздыхала. Понимала: шефу ее решение не очень понравится. С другой стороны, ничего не поделаешь. Проглотит. Или пусть увольняет. Ей, маме, все равно. У нее младшая дочь тяжело больна, а сын совершенно запустил учебу. Уже учителя обеспокоены. А у мальчика исключительные способности к точным наукам… Папа, само собой, ее поддержал. Как и всегда, в общем-то. Как же, будущим сына рисковать нельзя! А дипломы городских и областных олимпиад – верный пропуск в любой технический вуз.
Родители были настроены очень серьезно, и встревоженному Илье еле-еле удалось их переубедить. Полчаса потратил, не меньше.
И правда, что такое жалкие пара дней, в самом деле? Ну хотя бы до ближайших выходных. Их-то Илья вполне может пропустить. Тем более он честно занимается дома.
В доказательство Илья принес почти полностью исписанные за прошедшие две недели тетради по физике и математике. Кстати, он не обманывал. Сидя с сестрой, Илья действительно занимался. И гораздо больше, чем в обычное время.
А что оставалось? Бедная Тайка практически все время была без сознания. Оставить ее в комнате одну Илья не решался, компьютер находился в зале, да и настроения играть никакого. Так что он всерьез корпел над физикой и математикой, лежало у него несколько интересных книг с задачами прошлых олимпиад…
Илье повезло. Маму удалось уговорить подождать до воскресенья. Она неохотно, но согласилась. Два дня, не дольше!
Счастливый Илья спорить не стал. Он надеялся к выходным со всем закончить. Даже не к выходным. Сегодня же.
Рите, как только они остались одни, он возмущенно сказал:
– Ты что, не могла записку мне отдать? Зачем сунула маме?
– Ну конечно, – виновато огрызнулась сестра, – чтобы меня Макаровна потом без соли слопала! – Рита швырнула на пол безвинный шарф и нервно выкрикнула: – Учти, она еще и позвонить обещала! Сегодня вечером. Если тебя в школе не увидит.
Илья озабоченно нахмурился. Рита проворчала:
– Здорово бы я при этом смотрелась. Я же в любимчиках у нее не хожу, как некоторые.
– Не съела бы, – буркнул Илья. – А вот если бы мама меня сегодня дома не оставила, я бы тебя точно сожрал! Причем не выплевывая костей.
И он коротко перессказал сестре события последних дней. Рита выслушала его очень внимательно. Потом наморщила лоб и недоверчиво протянула:
– Звучит как сюжет для триллера.
Илья неожиданно разозлился и крикнул:
– Любой триллер рядом с этим – детская сказочка на ночь!
Рита промолчала и какое-то время что-то усиленно обдумывала. Потом неуверенно спросила:
– И что, Игорь тебе поверил?
Илья грустно усмехнулся.
– Как видишь. Еще и выход подсказал. – Он угрюмо посмотрел на Риту. – Если честно, мне бы и в голову не пришло белых ведьм по объявлениям искать. Да и не знал я о них. Об объявлениях, то есть. От Савченко первый раз услышал.
Илья заглянул к Тайке в комнату и горестно вздохнул: младшая сестра дышала тяжело. Потрескавшиеся губы жадно хватали воздух. Худенькие пальцы нервно теребили край одеяла. Изредка девочка что-то невнятно бормотала и вскрикивала.
Илья нашел взглядом ворону и непроизвольно сжал кулаки. Марфа сидела на своем излюбленном месте, на деревянной спинке кровати. Нахохлившаяся, мрачная, будто караулила Тайку. На Илью она покосилась недобро, но с места не тронулась. Лишь завозилась над Тайкиной головой, устраиваясь поудобнее.
Илья прикрыл дверь и обернулся к Рите. Сестра почему-то никак не могла одеться и уйти. Топталась в прихожей – взгляд рассеянный – и машинально дергала с вешалки свою плащевку. Илья невольно рассмеялся: она сейчас чем-то походила на Тайку.
Рита посмотрела на брата и вдруг решительно заявила:
– Я сегодня тоже в школу не пойду!
– С ума сошла, – возмутился Илья. – Макаровна окончательно разозлится! Меня нет, Игоря нет, еще и ты смоешься. Картинка та еще!
Рита сняла туфли и насмешливо заметила:
– Ну, положим, на меня ей плевать. Она когда видит меня над задачами, только что слезу не пускает. – Рита хмыкнула. – Как же, ущербный ум! Да еще при таком гениальном братце.
– Все равно, – стоял на своем Илья, – когда ты в школе, ей спокойнее. – Он бросил обеспоенный взгляд на телефон. – По крайней мере, Макаровна на работу родителям звонить не бросится. Представляешь, что с мамой будет, если она узнает, что еще и ты прогуливаешь? Ведь твои прогулы даже объяснить нечем!
– Это тебе нечем, – негодующе фыркнула Рита. – А я уж найду причину. И уважительную, заметь!
Она с большим удольствием закинула свою сумку в угол прихожей и выразительно отряхнула руки. Илья схватился за голову. Рита хмуро буркнула:
– И потом, какой смысл спорить? Ты меня знаешь. Сказала – не пойду сегодня в школу, значит – не пойду.
Илья изо всех сил стукнул кулаком по стене, крякнул от боли, но промолчал. Он прекрасно понимал – спорить с Ритой действительно бессмысленно. Его сестрица отличалась редким упрямством.
Рита посмотрела на расстроенное лицо брата и смягчилась:
– Ну сам подумай! Тайке свое зелье дадите, а дальше? Вам же потом в деревню ехать придется, так?
– Ну?
– Баранки гну, – разозлилась
