Кевин с улыбкой ее окликнул, и это вернуло девушку в реальность.
— Еще пара минут, и можно приступать к приготовлению твоего шедевра, — заявил Кевин.
Они вдвоем разложили куски цыпленка на раскаленной решетке. Хелен расстелила на траве плотный клетчатый плед и расставила тарелки с сандвичами и свежей зеленью. От жареной курицы исходил аромат специй, и Хелен почувствовала, что безумно проголодалась. Они с аппетитом принялись за еду.
— Посмотри, что это там за шум? — Хелен с любопытством посмотрела в том направлении, где был наконец установлен шатер.
До них донесся мотив знакомой поздравительной песенки «С днем рожденья тебя!». Ребятишки встали в круг и старательно выводили мелодию нестройными детскими голосами. В центре круга стоял одетый в нарядный костюмчик мальчик лет трех и улыбался во весь рот.
Тут из шатра вышла молодая белокурая женщина, бережно неся перед собой на блюде огромный торт. Она выглядела не старше самой Хелен, ее улыбка была исполнена торжества и довольства. Завидев женщину, малыш радостно захлопал в ладоши и с криком «Мамочка!» побежал к ней навстречу. Остальные малыши бросились следом за ним и окружили улыбающуюся молодую женщину. Она засмеялась, слегка отстраняясь и приподнимая торг, и что-то произнесла, по-видимому приглашая всех к столу. Малыши еще немного пошумели и попрыгали, и вскоре вся компания вместе с тортом скрылась за пологом шатра.
Хелен с сияющими глазами обернулась к Кевину:
— Правда, это было чудесно?
Она не смогла подобрать других слов, чтобы передать впечатление, которое произвела на нее эта короткая сценка. Хелен восхищалась этой молодой женщиной, державшейся так спокойно и уверенно, и вместе с тем в ней шевельнулось чувство, очень похожее на зависть.
Кевин ответил ей лишь молчаливой улыбкой.
Чудесный уик-энд пролетел незаметно. Им пора было возвращаться в Бэй Вилладж, а вскоре Хелен придется выехать в Кливленд. Так надо, ничего не поделаешь.
Эти два дня любовь была главной и единственной темой их разговоров. Они не вспоминали о прошлом и не думали о будущем. Хелен хотелось, чтобы так было всегда, Кевин уверял, что ничего другого и не желает. Только видеть Хелен и заботиться о ней. Но… Хелен пора возвращаться в Кливленд, к своей работе, которая показалась ей вдруг на удивление шаблонной и скучной. А в квартире по вечерам Хелен будет ждать не ее драгоценный возлюбленный, а надменный загадочный мистер Вудвордс. Хелен почувствовала, что уже готова возненавидеть его за выдвинутое условие не отлучаться более чем на сутки.
В вечер перед отъездом Хелен с Кевином детально разработали план их встреч.
— Ты думаешь, мне легко будет прожить без тебя целый месяц? — спрашивал Кевин, нервно расхаживая по комнате. Хелен удрученно молчала, готовая в любой момент разрыдаться. Заметив ее состояние, Кевин подошел к ней и, нежно обняв, стал гладить по голове. Словно ребенка, подумала Хелен. — Не плачь, малышка, а то я сам расплачусь. Представляешь себе картинку?
И, как ни тяжело было Хелен, она все же рассмеялась, представив, как они вдвоем льют горькие слезы.
— Ну вот, ты и повеселела, — довольно заявил мужчина, заметив, что она немного успокоилась. — У нас есть возможность беспрепятственно видеться, по меньшей мере два раза в неделю. И твоему магнату не к чему будет придраться.
— Но как это сделать? — Хелен, моментально придя в себя, вскинула на него свои медовые глаза.
— Ну, во-первых, у нас есть вторники. Разве ты забыла?
Действительно, по вторникам у корреспондентов их отдела было нечто вроде свободного дня. То есть это они сами считали этот день свободным. Шефиня же строго предписывала активно готовиться к предстоящим интервью, собирать информацию, заканчивать срочные статьи, в общем, пыталась загрузить подчиненных сверх всякой меры.
— Не воображайте, что можете устроить себе выходной среди недели! — грозно предостерегала мисс Дэррилл. На следующий день шефиня придирчиво изучала «отчеты о проделанной работе».
Но ушлые журналисты ухитрялись сделать все необходимые записи в другие дни и по вторникам отдыхали на всю катушку. Злючка Вив, просмотрев бумаги, лишь кивала с кислым видом, словно была недовольна, что никого не удалось подловить на безделье.
— Итак, — заключил Кевин, — каждый вторник утром ты с легким сердцем уезжаешь на работу, а вечером, как ни в чем не бывало, возвращаешься…
— …в разгромленную квартиру, — подхватила Хелен.
— И никого не касается, каким образом журналистка Хелен Мэсси готовится к интервью, — закончили они оба со смехом.
— Ну вот ты и повеселела, — Кевин ласково погладил девушку по щеке. Помолчав, он добавил: — А, кроме того, никто не мешает тебе уехать вечером в субботу и вернуться домой в воскресенье, где-нибудь в середине дня.
На том и порешили. Хелен села за руль своего «крайслера», и вскоре Бэй Вилладж скрылся из вида. Всю дорогу до Кливленда Хелен вспоминала о двух чудесных днях, проведенных в обществе любимого мужчины, и на сердце у нее было легче, чем все последние дни.
15
Войдя в квартиру и впустив Вудвордса, Хелен распахнула дверь спальни для гостей и гостеприимным жестом обвела комнату:
— А вот и ваша комната. Это, конечно, не апартаменты в пятизвездочном отеле, но вам здесь будет уютно.
Произнеся скороговоркой эту нелепую тираду, Хелен смешалась. В самом деле, что за околесицу она несет! Мистер Вудвордс не произнес в ответ ни слова. Он молча, с непроницаемым видом оглядывал комнату. Хелен стало не по себе. Неужели догадался?!
— Давайте, я помогу вам разобрать вещи. — Девушка решительно подошла к платяному шкафу, занимавшему весь проем между окнами. Она отодвинула створку раздвижной двери, словно желая продемонстрировать Вудвордсу вместимость шкафа. На Вудвордса эти действия не произвели никакого впечатления.
Должно быть, комната не пришлась Вудвордсу по душе, поскольку он по-прежнему молча стоял с непроницаемым видом, обеими руками держа дорожную сумку. Хелен показалось, что он раздумывает, не отказаться ли ему от любезного предложения пожить в ее доме, чтобы поискать более комфортное пристанище. Эта мысль девушке совершенно не понравилась.
— Вы завтракали? — Хелен еще раз попыталась обратить на себя внимание. — Я приготовлю вам завтрак и сварю кофе…
— Нет-нет, не беспокойтесь, — Дилан словно очнулся. — Я немного освоюсь, а вы можете идти по своим делам.
Ого! Ее уже выставляют. Впрочем, стоит ли удивляться после того, что она услышала в «Хилтоне».
Оставшись один, Дилан более внимательно оглядел свое новое жилье. Хелен оказалась права в своих предположениях, спальня ему не понравилась. Кроме идеальной чистоты и какой-то нарочитой опрятности комнату было совершенно не за что похвалить.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
