Китайская накидка была короче надетых под нее платьев и шилась из китайских тканей — парчи, шелка — в зависимости от звания. Цвета могли быть разнообразными. Запретными считались синий и красный цвета — их могли носить только очень важные особы. Все платья, за исключением самого нижнего (хитоэ), были двухслойными: лицевая сторона, украшенная вышивкой или тканым узором, была одного цвета, а гладкая изнанка — другого.
Парадное платье должны были носить все дамы в присутствии императора, в домах знати его носили прислужницы.
Повседневный женский костюм (рис. 23) отличался от парадного прежде всего отсутствием мо, а также тем, что вместо китайской накидки надевалась вышитая шелковая накидка коутики (мало чем отличавшаяся от верхнего платья уваги) или накидка с прорезями хосонага.
Рис. 23. Повседневный женский костюм
Стр.109Во всех случаях снизу надевалось тонкое однослойное нательное платье с широкими рукавами (хитоэ), которое носилось и зимой и летом.
Дорожный женский костюм (цубосодзоку) (рис. 24) — одежда, в которой полагалось совершать паломничества в монастыри и пр. Одно из надетых друг на друга платьев набрасывалось на голову, а поверх него надевалась широкополая шляпа (итимэгаса).
Рис. 24. Дорожный женский костюм (цубосодзоку)
Девочки носили в парадных случаях накидки кадзами из шелковой ткани или парчи с прорезями на рукавах, а в повседневной жизни — акомэ, однослойное платье с широким рукавом, по покрою похожее на обычное верхнее платье.
Наиболее распространенные сочетания цветов в одежде
Азалия (цуцудзи-гасанэ) — белое платье на алой подкладке (реже — коричневое на светло-зеленой). Носится поздней весной.
Аир (аямэ-гасанэ) — зеленое на темно-алой подкладке. Носится летом.
Астра-сион (сион-гасанэ) — сиреневое на зеленой подкладке. Носится летом, осенью.
Вишня (сакура-гасанэ) — белое на розовой или сиреневой подкладке (реже — коричневое на красной). Носится весной.
Гвоздика (надэсико-гасанэ) — ярко-розовое на зеленой подкладке (реже — красное на сиреневой). Носится летом.
Глициния (фудзи-гасанэ) — лиловое на светло-зеленой подкладке (реже — темно-лиловое на сиреневой подкладке). Носится весной, летом.
Девичья краса (оминаэси-гасанэ) — желтое в зеленую клетку на зеленой подкладке (реже — темно-зеленое на светло-зеленой подкладке). Носится осенью.
Ива (янаги-гасанэ) — белое или желтоватое на зеленой подкладке. Носится весной, летом.
Керрия (ямабуки-гасанэ) — темно-желтое на светло-желтой подкладке. Носится зимой, весной.
Красная слива (кобай-гасанэ) — густо-алое на светло-коричневой подкладке. Носится весной.
Мальва (аои-гасанэ) — зеленое на лиловой подкладке.
Молодые побеги (моэги-гасанэ) — светло-зеленое на синей подкладке или светло-зеленое на темно-зеленой подкладке.
Унохана (унохана-гасанэ) — белое на светло-зеленой подкладке. Носится летом.
Хаги (хаги-гасанэ) — коричневое на зеленой подкладке. Носится осенью.
Хризантема (кику-гасанэ) — светло-коричневое на зеленой подкладке. Носится осенью.
Стр.110ИЗМЕРЕНИЕ ВРЕМЕНИ В ЭПОХУ ХЭЙАН
В эпоху Хэйан в Японии был принят лунный календарь, заимствованный из Китая. Год делился на двенадцать (иногда тринадцать) месяцев, по 29–33 дня каждый. С Первой по Третью луну была весна, с Четвертой по Шестую — лето, с Седьмой по Девятую — осень, с Десятой по Двенадцатую — зима. Дни луны назывались соответственно «двенадцати ветвям» (дзиниси): Крыса, Бык, Тигр, Заяц, Дракон, Змея, Лошадь, Овца, Обезьяна, Петух, Собака, Свинья.
Составлением календарей ведал специальный календарник из Управления Темного и Светлого начал. Им же составлялись особые календари с указанием благоприятности или неблагоприятности тех или иных начинаний для каждого дня.
Сутки делились на двенадцать страж, также носящих имена «двенадцати ветвей». Каждая стража делилась на четыре коку. Одно коку соответствовало современным тридцати минутам.
Для определения времени использовали водяные часы, которые находились под наблюдением двух служителей Управления Темного и Светлого начал. Особо назначенный хранитель времени по указанию этих служителей бил в барабан определенное число раз, оповещая о наступлении той или иной стражи.
В монастырях в разное время дня справлялись разные службы, о начале которых возвещал удар колокола. Всего служб было шесть.
Стр. 111СВОД ПЯТИСТИШИЙ, ЦИТИРУЕМЫХ В «ПОВЕСТИ О ГЭНДЗИ»
1. Неизвестный автор. «Кокинвакарокудзё», 3365
Была ты жива,Как привычную вещь, не ценили,Не дарили приязнью,Но вот — тебя нет, и сердцеСжимается от тоски.
2. Неизвестный автор. «Кокинвакасю», 647
Явь, промелькнувшаяВ ночи черной, как ягоды тута,Ничуть не вернейСновиденья, где каждая малостьЯвственно ощутима.
3. Фудзивара Канэсукэ. «Госэнвакасю», 1103
Великий министр угощал в своем доме победителей состязаний в сумо, когда же пиршество закончилось, гости разошлись, но двое или трое из них остались и долго еще пили вино. Захмелев же, стали говорить о детях. Тут господин Канэсукэ и сказал:
Сердце родительскоеНе во мраке как будто, и все же,Видно, всем сужденоБлуждать от тревоги к тревогеВ постоянных думах о детях.
4. Ки-но Цураюки. «Кокинвакарокудзё», 32166
Люди давноВ этом дом забыли дорогу,Но грядущей веснеДаже густой подмаренникПуть преградить не смог.
5. Неизвестный автор. «Кокинвакарокудзё», 33903
Так, я жива,Но никто пусть об этом не знает.От стыда трепещуПри одной лишь мысли: что думаютСосны из Такасаго?..[7]
Стр. 1126. Исэ. «Исэсю».
На ширме «Вечная печаль», принадлежавшей государю Тэйдзи-но ин:
Драгоценные шторыНе поднимая, порой забывали,Что бывает рассвет.Думал ли я, что даже во снеНе буду видеть тебя?
7. Аривара Нарихира. «Кокинвакарокудзё», 34155 (также «Исэ-моногатари», 1[8])
В лугах КасугаРасцветши, цветы мурасакиНа платье леглиУзором смятенным. Смятенье души,Тоска по тебе — беспредельны.
8. Неизвестный автор. «Кокинвакасю», 1060
Так или этак —Как ни поступишь, всегдаПопадешь впросак.Что же делать? Одно обретаешь,А с другим расстаешься, увы…
9. Мотоёси-синно. «Мотоёси-синно-сю»
По небу плывущийМесяц и тот в моем домеНаходит приют.А ты, видно, где-то за тучамиПроскользнуть стараешься мимо.
10. Неизвестный автор. «Кокинвакасю», 287
Осень пришла,Легли багряные листьяНа тропинки в саду.Никто не примнет их теперь,Никто ко мне не заходит…
11. Неизвестный автор. «Кокинвакасю», 223
Захочешь сорвать —Упадут и тотчас растаютКапли белой росы.Под их тяжестью гнутсяВетки осеннего хаги.
Стр. 11312. Осикоти-но Мицунэ. «Кокинвакасю», 167
От соседей пришли с просьбой прислать им цветы «вечное лето», но, пожалев цветы, ответил песней:
Ни единой пылинкеНе давал коснуться цветов«Вечное лето».«Летнее ложе» — тайны егоМне одному открыты.
13. Неизвестный автор. «Кокинвакасю», 1110
Прекрасноликая дева в одиночестве о Государе тоскуя:
