– Это дворцовый парк, и здесь недалеко есть прекрасное озеро. Поедем, я тебе покажу все уголки замка, – сказал Филипп, не обратив внимания на последнюю фразу Мишель. потянув ее за руку.
– Но откуда здесь все это? Здесь так красиво, и после ресторана, такой ароматный воздух! Пахнет не понятно какими цветами, по-моему жасмином…
– Здесь целый ботанический сад, более тысячи видов растений. Это еще один сюрприз, который приготовлен для туристов и гостей нашего ресторана. У нас здесь собраны самые последние достижения в развлекательной индустрии, вплоть до голографии. – сказал Филипп, как будто услышав мысли Мишель. Ведь наш ресторан граничит с замком, и в программу дня входит катание на лошадях после обеда. Сейчас лошади свободны и я могу взять их, чтобы прокатиться вдвоем с тобой. У нас есть полчаса. Мой шеф занят своими воспоминаниями, я видел, как он ушел в музей с вашей пожилой мадам, так что никто нам не скажет, нет. Идем, – протянул он ей руку, и ведя к лошадям.
– Можно их погладить? – спросила Мишель. Какие красавчики!
– Я тоже их очень люблю, – сказал Филипп, потрепав лошадей по мордам. Но, дорогая, у нас мало времени, скоро начнется экскурсия для посетителей. «Наш вечер продолжается», – механическим голосом репродуктора произнес Филипп. «Остановка в восемнадцатом веке, в одном из дворцов Франции».
Мишель засмеялась и чинно вошла в карету, поддерживаемая, Филиппом, он через секунду сел с ней рядом, войдя в карету с другой стороны. Лошади помчались по ровной дорожке парка, и Мишель, выглянув в окно, увидела его тенистые тропинки, уходящие вглубь от главной аллеи, его фонтаны и огромные клумбы с цветами. Она увидела стены старого замка.
– Здесь у нас театр, Там чайный домик, там дом для летнего приема гостей. Этому замку уже более тысячи лет. И мне кажется, что я его знаю столько же. Ведь я здесь родился.
Ты так говоришь, как будто этот замок твой. Наш домик, наш театр… – засмеялась Мишель. Твои родители работали здесь?
– Да нет, они здесь жили… – уклончиво ответил Филипп. Вот и озеро. Выйдем? – предложил Филипп.
– Я непротив, – сказала Мишель, удивившись, как их желания сходятся. Мишель очень любила воду, будь то дождь, озеро или просто маленькая лужа. Может быть, потому что ее знак был знаком рыб? Она вышла из кареты. Вместе они подошли к воде.
– Вот здесь мы любили бродить с мамой, это ее любимая аллея. А здесь я с сестрами играл в океан, показал Филипп на озеро, на котором к маленькому причалу, был привязан симпатичный двухпалубный кораблик. Мы садились в корабль, я конечно был капитан, а они пассажиры, а иногда пленники, это зависело от игры, и мы плыли к тому острову, и я спасал их, а потом был фейерверк, и праздничный ужин на корабле.
Филипп протянул руку Мишель и шагнул на палубу. Вот моя каюта капитана, – сказал он вводя ее в помещение. Это я, это мои родители, а это мои сестры, – показал Филипп на фотографии, которые висели на стенах каюты.
– Ты похож на отца, хотя немного и на маму… – помедлив сказала Мишель.
– Больше на бабушку, – ответил Филипп, посмотри внимательнее, вот родители, а вот бабушка.
– Да…поддакнула Мишель, исследуя лица на портретах.
Филипп вывел Мишель снова на берег.
– А здесь я когда-то закопал клад. Мне тогда было лет десять, я сложил в коробку свои любимые монетки, солдатиков еще какие-то штучки, и закопал все это около маленькой сосенки. Теперь она выросла, и я бы ее не узнал, вернувшись в наш парк через много лет. А теперь хочется отрыть эту коробочку и страшно…
– Чего? – спросила Мишель.
Страшно возвращаться к тем временам, которых уже нет, и которые уже не вернешь. А так, они существуют в памяти, как прочитанный сюжет книги, и это проще.
– Филипп показал на сосну, росшую неподалеку. – Запомни это место, – сказал он.
– Зачем? Чтобы найти клад?! – засмеялась Мишель. – Но ведь он твой!
– Мне бы хотелось, чтобы этот клад нашли мои родители, ведь письмо посвящено им. А ты подскажешь им, где искать его.
Мишель, непонимающе, подняла брови.
– Но я не знакома с твоими родителями, – сказала она. И почему бы тебе не сделать это самому?
– Я, надеюсь, ты познакомишься с ними, – уклончиво ответил Филипп, и Мишель показалось, что на глазах у него блеснули слезы. Я бы даже хотел, чтобы ты была посредником между нами, тогда мы быстрее поймем друг-друга.
– Наверное, это здорово жить в замке, даже если он принадлежит не тебе. Ведь ты пользуешься всем этим, как будто ты и есть хозяин. Ты можешь гулять, смотреть на эти цветы, сидеть и думать на вот этой лавочке.
– Здорово! – согласился Филипп.
Кстати, вспомнила Мишель, кладя кулон в сумочку и увидев там записку. А что она обозначала? Я ничего не поняла! Почему я не должна идти к тебе, если ты позовешь? Это что такая шарада?
Нет! Это мое предупреждение, – сказал Филипп.
– Но отчего, ведь вот я здесь и ничего не случилось, и потом, зачем звать, если в этом что-то таится, – не совсем понимая, посмотрела на Филиппа Мишель. Не пугай меня! Она посмотрела по сторонам и не увидела ничего опасного. Лишь прекрасный пейзаж, тени от деревьев, цветущие кусты…и очень милое лицо Филиппа.
– Нет, нет! Я совсем не хочу тебя пугать, я просто хотел быть честным перед тобой, не имея возможности раскрыть всю правду. От этого и получается вся эта недосказанность и нелогичность. Понимаешь, каждый человек должен сам выбирать, как ему распорядиться собой. А я хотел…должен уговорить тебя остаться здесь со мной.
– Да? – посмотрела в его глаза Мишель, принимая слова Филиппа за скромность и неумение сделать предложение прямо. И что дальше?
– Я очень хочу, чтобы ты осталась здесь со мной… – медленно, как бы через силу проговорил Филипп. Ты не разочаруешься, и если ты дашь свое согласие, то все это будет твое. Филипп обвел глазами парк и замок.
– Я согласна! – весело сказала Мишель. Если замок и звание принцессы, то у меня нет выбора. Когда ты познакомишь меня со своими родителями? И где на балу?
– У меня пока еще здесь нет родителей…
– Что значит, пока нет! Они умерли? – не поняла Мишель.
– Скорее наоборот! – промолвил с тоской Филипп.
– Ты хочешь сказать, что умер ты?! – воскликнула Мишель, начиная приходить в беспокойное состояние.
– Можно сказать да! – грустно сказал Филипп. И мне так недостает моих родителей. Они у меня чудесные!
– Ты что с ними поссорился? – догадалась Мишель.
– Да… Я давно их не видел! – ответил Филипп. – Знаешь, дай мне пожалуйста мою записку. Я хочу написать тебе другую. Только давай я ее спрячу в туфельке, и ты прочтешь ее потом, когда познакомишься с моими родителями. Передай ее им.
