Не будучи полностью уверен, что понял его правильно, я снова переспросил:
– Вы хотите сказать, что вы «за»? За отмену «трайдентов»?
– Естественно.
Ну и дела! Второй раз всего за одну неделю мои обоснованные и, как мне казалось, вполне разумные представления об обороноспособности страны перевернулись с ног на голову!
Какое-то время я стоял, молча глядя на этого представительного, почти двухметрового гиганта, рыжеволосого, с нависшими бровями. Наконец пришел в себя.
– А почему?
– Потому что нам они не нужны, – коротко ответил он. – Пустая трата денег. Никому не нужная. Вообще никому.
Невероятно! Один из высших армейских офицеров страны соглашается со мной, что «трайденты» – это пустая трата денег. Причем никому не нужная! Я сказал ему, что зато твердо намерен сохранить «поларисы», американские военные базы и усилить наши обычные войска.
– Вы совершенно правы, господин премьер-министр.
Интересно, он что, такой податливый? Или оригинальничает…
– И что, такого же мнения придерживается весь наш генеральный штаб? – многозначительно поинтересовался я.
Он отрицательно покачал головой.
– Никак нет, господин премьер-министр. ВМФ очень хотели бы получить «трайденты». Они ведь запускаются с их подлодок. Без них адмиралы потеряли бы все свое значение.
– Значит, они будут против?
– Само собой разумеется. Моряки всегда против. Они ведь чуть не помогли нам проиграть вторую мировую, возражая против морских конвоев.
– Ну а ВВС? – с надеждой спросил я.
– Да как вам сказать? А знаете, лучше спросить их самих. Особенно если вас интересует мнение ангарных техников. Хотя, боюсь, они все равно предпочтут «трайденты». Но только если те будут запускаться не с субмарин, а с воздуха. Как, скажем, «Эксосет».
В голове неожиданно «кликнуло», и до меня вдруг дошло: с чего бы это разным видам вооруженных сил одинаково смотреть на одно и то же? А действительно, с чего бы? С чего бы им иметь общую точку зрения?
Генерал попытался, надеюсь, вполне искренне, объяснить логику мышления военных летчиков.
– Они хотят, чтобы ракеты запускались с их самолетов, господин премьер-министр. Им хочется парить там, в высоте и сбрасывать бомбы или ракеты на здания, на людей… Но вся беда в том, что этого-то они и не умеют грамотно делать. Прикажи им нанести ракетный удар по Москве, и совсем не факт, что они смогут ее найти. Более того, даже если все-таки найдут, то, скорее всего, промахнутся.
Итак, проблема предельно ясна. Как провести мой великий почин через МО, если за него готова выступить только армия? Я довел это до сведения генерала, но у него, оказывается, уже имелось готовое решение.
– Как вам, полагаю, известно, господин премьер-министр, должность министра обороны скоро станет вакантной. В принципе, она должна принадлежать ВМФ. Их очередь, ничего не поделаешь. Но решение принимать вам. И если вы назначите солдата…
Он намеренно и вполне выразительно не закончил предложение, хотя кем именно станет этот «солдат», лично мне было понятно. Значит, если я назначу его, то на моей стороне будет министр обороны. Не уверен, что этого будет достаточно, и как отреагирует на это ВМФ, но подумать об этом, думаю, стоит. Определенно стоит!
(На том приеме сэр Хамфри Эплби тоже нашел время перемолвиться парой слов с генералом Говардом. Однако их разговор, в отличие от беседы с премьер-министром, в каком-то смысле изменил вероятный ход событий. – Ред.)
«Генерал выглядел необычно довольным после своей короткой беседы с ПМ, за которой я наблюдал, стоя с бокалом виски совсем неподалеку. Когда мы, совершенно случайно, оказались наедине и смогли поговорить, он прежде всего выразил явное удовольствие от встречи с премьер-министром, у которого есть хоть немного здравого смысла.
Я поинтересовался, какой именно стране повезло иметь такого ПМ. Мне, конечно же, было понятно, что он имеет в виду Хэкера, но на всякий случай я все-таки переспросил, о чем конкретно они говорили. Оказывается, всего только об отказе от „трайдентов“, а совсем не о возвращении военного призыва. Когда же я перечислил ему возможные последствия, он, как и следовало ожидать, пришел в ужас.
Военный призыв нужен Хэкеру, чтобы хоть как-то облегчить проблему занятости и таким образом добавить себе голоса избирателей. Генералам же такой призыв не нужен и никогда не был нужен! Они вполне искренне гордятся профессионализмом и элитностью своей армии. Крепкой, дисциплинированной, возможно даже, лучшей в мире. Генштаб категорически против призванных на военную службу нечесаных панков, обкуренных наркоманов и безработных дебилов, короче говоря, четверти миллиона никчемных хулиганов, способных разве что чистить картошку на кухне гарнизонного штрафбата. Генералы категорически не хотят, чтобы призыв превратил их элитную армию в обычную.
Их также очень беспокоит новый закон о „равных возможностях“. Американцам прекрасно известно, что натовские командиры никогда толком не знают, кого к ним пришлют на службу – мужчин или женщин, пока те не прибудут к месту назначения. Причем не всегда даже по прибытии…
Учитывая, увы, вполне реальную возможность возврата военного призыва, генерал Говард явно предпочитал „трайденты“. Несмотря даже на все их очевидные недостатки. Поэтому настоятельно попросил меня употребить все влияние, чтобы „остановить“ премьер-министра.
Я терпеливо объяснил, что „остановить“ премьер-министров практически невозможно. К нашему глубочайшему сожалению. Но зато их можно „притормозить“. Причем фактически до нуля! Более того, большинство новых ПМ готовы пойти на это уже через несколько месяцев.
Прежде всего, как мне кажется, надо деликатно переговорить с американским послом. Генерал Говард, не раздумывая, согласился с моим предложением».
31 января
Сегодня новости и хорошие, и плохие. Плохие, как всегда, были первыми.
В ходе моей утренней встречи с секретарем Кабинета Бернардом и пресс-атташе Кабинета Малькольмом мы, само собой разумеется, затронули вопрос о конкретных деталях моего предстоящего визита в Соединенные Штаты. В задачу Малькольма входит обеспечить для корреспондентов «Би-би-си» и «Ай-ти-эн» не просто хорошие, а очень хорошие места на лужайке Белого дома. Откуда они смогут сделать крупные снимки – меня вместе с президентом.
Включая, естественно, фотографии начала второго дня переговоров и сцены прощания, где он обнимает меня за плечи. Совсем как в прошлом году с западногерманским канцлером.
Но когда я попросил Малькольма как можно быстрее утрясти все эти вопросы с нашим посольством в Вашингтоне, он, почему-то пожав плечами, сказал, что с этим наверняка будут проблемы.
Ну а для чего тогда вообще все эти посольства? Нелепость какая-то: как только требуется сделать что-либо действительно важное для Британии (то есть для Хэкера – Ред.), они тут же, как нарочно, придумывают проблемы. Просто вредители какие-то!
И дело совсем не в том, что я преследую какие-то свои собственные политические интересы, хочу выглядеть более важным в глазах избирателей или что-нибудь в этом роде. Нет, это важно прежде всего для Британии! Важно, чтобы весь мир видел ее как равного партнера Соединенных Штатов, только и всего.
Хамфри почему-то не захотел продолжать обсуждение этого, на мой взгляд, совсем немаловажного вопроса, а предложил заняться текущими проблемами. И буквально сунул мне под нос листок с повесткой дня ближайшего заседания Кабинета. Интересно, почему?
Совсем не обязательно быть Эркюлем Пуаро, чтобы сразу же заметить: да, над ней явно поработали. Причем весьма основательно. Например, убрали вопрос об отмене «трайдентов»! Я попросил Хамфри объясниться. Ведь это именно его, секретаря Кабинета, обязанность составлять повестку.
– Конечно же, мы собирались обсудить вопрос о «трайдентах», господин премьер-министр, кто бы возражал. Но затем мне пришла в голову, как мне кажется, вполне здравая мысль, что, может, лучше отложить его на потом. Более детально его изучим, подумаем о возможных последствиях, подготовим требуемую документацию, скоординируем наши усилия с соответствующими ведомствами, постараемся предусмотреть непредвиденные обстоятельства. Не стоит забывать – речь ведь идет о безопасности королевства!
Господи, неужели ему на самом деле кажется, что мне можно задурить голову такими дешевыми приемчиками?!
– Конечно же нет, господин премьер-министр, – с невинным видом возразил он. – Просто Кабинет должен проанализировать все возможные факторы, только и всего.
Я ухмыльнулся.
– Все возможные? Это что-то новое.
Его это почему-то не развеселило.
