Мисс Лизи, по-прежнему проявляя неустанную заботу, целые дни проводила у изголовья Тома.
Удивительная это штука – жизнь! Постепенно, несмотря на предупреждение сыщика, молодой человек, привыкнув к обществу прелестной хозяйки дома, вновь проникся к ней расположением.
Правда, двусмысленность ситуации угнетала Укротителя. И он, проникаясь все большей симпатией к мисс Лизи, чувствовал себя словно виноватым.
Мало-помалу отношения естественно переросли в легкий флирт, и здесь мисс Лизи судя по всему, была как рыба в воде.
В его возрасте трудно было устоять перед молодостью и красотой хозяйки дома, каждый взгляд которой, каждый жест выдавали ее все возрастающую, едва скрываемую страсть.
Да, мисс Лизи, умеющая сразу поставить на место своих многочисленных кавалеров, без памяти влюбилась в смелого ковбоя.
Это льстило мужскому самолюбию Тома, и он не устоял перед чарами великолепной женщины.
Была ли это любовь? Вряд ли. Скорее какое-то необъяснимое влечение, то приближающее его к мисс Джонатан, то отдаляющее от нее.
Вместе с тем наш герой с чувством вины и нежности постоянно думал о Джейн Диксон, и образ ее стоял между ним и мисс Лизи. Догадываясь об этом, хозяйка дома изо всех сил боролась за свое счастье, за свою любовь!
Каждое мгновение она дарила дорогому для нее человеку столько ласки и очарования, что Том забывал о предостережениях Силквайера и собственных подозрениях.
Молодой человек перестал сопротивляться. И, отдавшись пьянящему упоению страсти, опрометчиво предал бедную Джейн, ее неискушенное чувство, Том будто убедил себя, что разделяет влюбленность Лизи Джонатан.
И однажды Укротитель, совсем потеряв голову, признался ей в этом. Девушка охнула от радости, скрепив столь желанные откровения бесстрашного наездника горячим поцелуем.
– О, – возбужденно зашептала Лизи, – значит, вы мой… Вы принадлежите только мне… и навсегда!.. Любимый! Еще немного времени, и наша любовь станет наконец-то открытой! О, какое это будет блаженство!
Столь бурная реакция[92] хозяйки дома и мысль о скорых последствиях их отношений будто отрезвили нашего героя.
Как же случилось, что он, сам того не желая и не вполне осознавая, чем все может обернуться, связал себя с Лизи Джонатан… почти помолвлен с ней. Том явственно ощутил, что он прикован золотой цепью… Черт побери, да-да, именно цепью.
Том проклинал себя за нестойкость и неверность. Из головы не выходил нежный образ Джейн Диксон. Он же поклялся ей!
Запутавшись окончательно, молодой человек не знал что и делать. Оставалось только, продолжая притворяться не вполне здоровым, все хорошенько обдумать.
А события, подгоняемые неутоленной страстью Лизи, развивались с головокружительной быстротой.
– Друг мой, – с загадочным видом обратилась мисс Джонатан к Тому. – Я приготовила сюрприз! Вы будете в восторге!
И ликующая, влюбленная, чтобы не раскрыть прежде времени свой секрет, выбежала из комнаты.
Оставшись один, Укротитель вспомнил Силквайера и его наказ:
«Никому и ничему не доверяйте. Мисс Лизи особенно. Она опасна, поскольку не скрывает своих намерений».
Молодой человек на всякий случай облачился в свой костюм ковбоя, который висел в туалетной комнате, прилегающей к его спальне: красную шерстяную рубашку, голубые суконные штаны, кожаные сапоги со шпорами. Затянул на поясе широкий ремень, повесил два револьвера, отбросив ногой халат, в котором провел столько времени.
Звеня шпорами, Том быстрым шагом прохаживался по комнате. Время тянулось медленно. Давно наступила ночь. Но роскошный ярко освещенный дом был наполнен каким-то шумом, шарканьем ног.
О нем все будто забыли.
«Вероятно, что-то замышляют, – подумал ковбой. – Сюрприз мисс Лизи!.. Посмотрим, что за сюрприз!»
Он потянулся несколько раз, присел, расправил грудь, сделал десяток энергичных упражнений для рук. И сказал удовлетворенно:
– Они думают, что я по-прежнему лежу в постели. Но ведь это не так, черт побери! Я в отличной форме!
Скрипнула дверь, на пороге появился лакей:
– Прошу джентльмена следовать за мной.
Водрузив на голову широкополую серую фетровую шляпу, Том ответил:
– Ну что ж, пойдем!
Они прошли по длинному коридору и остановились перед огромной двустворчатой дверью, тотчас перед ними распахнувшейся.
Молодой человек просто замер от удивления перед тем, что увидел.
Это и был сюрприз мисс Лизи.
Он оказался в большом ярко освещенном зале, оформленном как церковное помещение. Повсюду были цветы и какие-то декоративные растения в горшках, а также дюжина кресел, где сидели джентльмены в сюртуках с серьезными лицами.
Посреди комнаты виднелись две рядом стоящие скамейки для молитвы, справа от них – мистер Джонатан, слева – высокий, худощавый, тщательно выбритый, с красным, кирпичного цвета лицом человек, облаченный в костюм священника.
Том инстинктивно сделал шаг назад. Но дверь за ним уже захлопнулась.
Мистер Джонатан бросился ему навстречу, энергично пожал руку и воскликнул:
– Приветствую вас, дорогой Том… Кто бы мог знать, что вы станете моим зятем?
Эти слова резанули слух молодого человека как выстрел из ружья.
Мистер Джонатан задышал ему в лицо ужасным винным перегаром и громко расхохотался, когда вконец растерявшийся Том невразумительно залепетал:
– Вашим зятем? Вы хотите сказать… что я женюсь?
– Да, да… Вы неплохо притворяетесь… ловкий обольститель! Я сейчас же пойду за невестой… моей дорогой Лизи… Мистер Оуэн, наш пастор[93], наденет на ваши пальчики обручальные кольца. И вы, Том, получите сразу два сокровища… Мои миллионы и Лизи Джонатан. Ах вы… хитрюга!..
Ошеломленный ковбой посмотрел на мертвецки пьяного мистера Джонатана, затем перевел взгляд на пастора. Тот, кажется, тоже слегка пошатывался.
«Он тоже пьян?!»
Том оглядел сидящих джентльменов. Несмотря на приличный вид, они показались ему подозрительными. «Я, кажется, попал в западню? Кто эти люди? И где мисс Лизи?»
К нему как будто вернулись привычное хладнокровие и ясность мыслей. Но вот распахнулась дверь, и появилась молодая женщина. Восхитительная в своем великолепном свадебном наряде, она небрежно поприветствовала джентльменов и, звонко смеясь, направилась к нашему герою:
– Если гора не идет к Магомету…[94] Дорогой папочка, вы забыли о своих обязанностях. Мне пришлось ждать.
Новобрачная взяла Тома под руку и добавила:
– Дорогой жених… а скоро и супруг. Это и есть сюрприз… Мистер Оуэн, приступайте!
Сказать по правде, в этот торжественный момент уважаемый жених и будущий супруг нисколько не обрадовался, узнав, что за сюрприз ему приготовили. Его рука не ответила на энергичное, нервное пожатие молодой женщины. Ковбой много дал бы сейчас за то, чтобы какая-нибудь случайность помешала этой смешной комедии.
