— Да — не — произноси — ты — этого — имени! — сквозь зубы отчеканил Рон.
— А помните, что предсказала профессор Трелани? — продолжал Гарри, не обращая внимания на Рона. — В конце прошлого года?
Профессор Трелани преподавала в «Хогварце» прорицание.
Испуг мгновенно улетучился с лица Гермионы. Она фыркнула:
— Боже, Гарри, ты собираешься верить всему, что предсказывает эта старая дура?
— Тебя там не было, — возразил Гарри, — ты её не слышала. В тот раз всё было по-другому. Говорю вам, она впала в транс — настоящий транс. И сказала, что Чёрный Лорд восстанет вновь… более великий и более ужасный, чем когда-либо прежде… и случится это потому, что к нему вернётся его верный слуга… Червехвост сбежал именно той ночью.
Воцарилось молчание. Рон, сидя на кровати, рассеянно ковырял пальцем дырку в покрывале с изображением «Пуляющих пушек».
— А почему ты спросил, прилетела ли Хедвига? — спросила Гермиона. — Ты что, ждёшь письма?
— Я написал Сириусу про шрам, — пожал плечами Гарри, — теперь жду, что он ответит.
— Отлично придумано! — у Рона прояснилось лицо. — Наверняка Сириус знает, что делать!
— Я надеялся, что он ответит быстрее, — пробормотал Гарри.
— Мы же не знаем, где он… может, он в Африке, — резонно заметила Гермиона. — Хедвига не может преодолеть такое расстояние за каких-нибудь несколько дней.
— Да, конечно, — согласился Гарри, но, когда он очередной раз выглянул в окно и не увидел в небе ни малейшего намёка на Хедвигу, на душе у него сделалось очень тяжело.
— Пойдём, поиграем в саду в квидиш, Гарри, — предложил Рон. — Пошли! Трое на трое, и Билл, и Чарли, и Фред с Джорджем, все с удовольствием поиграют… Попробуешь применить Обманку Вральского…
— Рон, — произнесла Гермиона особым, этаким мне-не-кажется-что-это-разумно голосом, — Гарри вряд ли сейчас хочется играть в квидиш… он устал, он нервничает… нам всем неплохо было бы поспать…
— Мне как раз очень хочется поиграть в квидиш, — вдруг осознал Гарри. — Подожди, я только возьму «Всполох».
Гермиона вышла из комнаты, проворчав что-то очень похожее на: «Мальчишки».
***
Всю следующую неделю мистер Уэсли и Перси редко появлялись дома. Они уходили рано утром ещё до того, как поднимались остальные, и возвращались гораздо позднее ужина.
— Вы не представляете, какой у нас там кошмар, — с усталой важностью поведал Перси ребятам вечером в воскресенье перед их возвращением в школу. — Я всю неделю тушил пожары. Нам постоянно присылают Вопиллеры, ну, а если их сразу не открыть, они взрываются. У меня по всему столу подпалины, и лучшее перо сгорело.
— А почему вам присылают Вопиллеры? — спросила Джинни. Сидя на коврике у камина в гостиной, она заклеивала колдолентой «Тысячу волшебных трав и грибов».
— Жалуются на плохую охрану во время финального матча, — объяснил Перси, — и хотят получить компенсацию за испорченное имущество. Мундугнус Флетчер вообще прислал иск на возмещение стоимости палатки с двенадцатью спальнями со встроенными джакузи, но я его раскусил. Я прекрасно помню, что он спал под мантией, натянутой на четыре палки.
Миссис Уэсли глянула в угол на напольные часы. Гарри очень нравились эти часы. Узнать по ним время, правда, не представлялось возможным, но в остальном их показания были весьма информативны. На каждой из девяти золотых стрелок было выгравировано имя одного из Уэсли. Циферблат заполняли не цифры, а надписи с указанием места, где в данный момент может находиться данный член семьи. Тут имелось всё: и «дома», и «на работе», и «в школе», но были также и «пропал», «в больнице», «в тюрьме», а там, где у нормальных часов бывает цифра 12, стояло: «в смертельной опасности».
В настоящий момент восемь стрелок стояли в положении «дома», но стрелка мистера Уэсли, самая длинная, всё ещё указывала «на работе».
— Вашему папе не приходилось ходить на работу по выходным со времен Сами-Знаете-Кого, — вздохнула миссис Уэсли, — они его совершенно не щадят. И ужин будет совсем испорчен, если только он не придёт с минуты на минуту.
— Что ж, папа хочет загладить ошибку, которую допустил во время матча, разве это не правильно? — заявил Перси. — Сказать по правде, было не очень-то осмотрительно с его стороны делать публичные заявления, не согласовав их предварительно с главой своего департамента…
— Не смей винить отца в том, что наговорила эта ужасная женщина! — вспыхнула миссис Уэсли.
— Даже если бы папа вообще ничего не сказал, дура Рита написала бы, что это возмутительно, что никто из министерства не прокомментировал случившееся, — вставил Билл, который играл в шахматы с Роном. — Рита Вритер ещё ни о ком хорошо не писала. Помните, она как-то брала интервью у гринготтских съёмщиков заклятий и назвала меня «длинноволосой бестолочью»?
— Они и правда длинноваты, дорогой, — мягко заметила миссис Уэсли, — если бы ты только разрешил мне…
— Нет, мама.
Рон барабанил пальцами по окну гостиной. Гермиона с головой погрузилась в «Сборник заклинаний (часть четвёртая)». Миссис Уэсли купила на Диагон-аллее три таких книги: для неё, для Гарри и для Рона. Чарли чинил огнеупорный шлем. Гарри полировал «Всполох». У его ног стоял открытый набор для техобслуживания мётел, подаренный Гермионой на тринадцатилетие. Фред с Джорджем забились в угол. Они держали в руках перья и, склонившись над листом пергамента, шёпотом переговаривались.
— Что это вы двое там делаете? — подозрительно посмотрела на них миссис Уэсли.
— Домашнюю работу, — неопределённо ответил Фред.
— Не говори глупостей, у вас каникулы, — повысила голос миссис Уэсли.
— Да, но мы кое-что не успели доделать, — сказал Джордж.
— А это случайно не новый бланк заказа? — проницательно прищурилась миссис Уэсли. — Вы случайно не начинаете сначала эти ваши «Удивительные ультрафокусы Уэсли»?
— Вот что, мама, — Фред бросил на неё полный боли взгляд, — если «Хогварц Экспресс» завтра потерпит крушение, и мы с Джорджем погибнем, как ты будешь себя чувствовать, зная, что последним, что мы от тебя услышали, были несправедливые обвинения?
Засмеялись все, даже миссис Уэсли.
— О, ваш отец возвращается! — вдруг воскликнула она, в очередной раз глянув на часы.
Стрелка мистера Уэсли перепрыгнула с «на работе» к «в дороге», а секунду спустя, недолго подрожав, замерла в положении «дома» рядом с остальными стрелками, и из кухни донёсся его голос.
— Иду, Артур! — крикнула в ответ миссис Уэсли, выбегая из комнаты.
Прошло несколько мгновений, и в тёплую гостиную вошёл совершенно измочаленный мистер Уэсли с подносом.
— Ну всё, быть беде, Молли, — сказал он, усевшись в кресло у камина и без энтузиазма ковыряя вилкой пожухшую цветную капусту. — Рита Вритер всю неделю копалась в бумагах, выискивала, какие ещё ошибки допустило министерство. И откопала-таки информацию про бедную Берту. Завтра в «Прорицательской» об этом появится статья. Я же сто лет назад говорил Шульману: надо организовать поиски!
— Мистер Сгорбс тоже всё время говорил об этом, — тут же влез в разговор Перси.
— Сгорбсу повезло, что Рита не узнала про Винки, — раздражённо продолжал мистер Уэсли. — А то это была бы уже целая серия статей: домовый эльф работника министерства пойман с палочкой, создавшей Смертный Знак.
— Мне казалось, мы уже выяснили, что эта Винки, хотя она очень безответственная, но всё же не могла создать Знак? — разгорячился Перси.
— Если вы спросите моего мнения, то мистеру Сгорбсу очень повезло, что никто в «Прорицательской» не знает, как жестоко он обращается с эльфами, — сердито буркнула Гермиона.
— Вот что, Гермиона! — вспылил Перси. — Такой высокопоставленный чиновник, как мистер Сгорбс, заслуживает того, чтобы ему беспрекословно подчинялись его слуги…
— Его рабы, ты хочешь сказать! — голос Гермиона зазвенел. — Ведь он же не платит Винки?
— Мне кажется, вам лучше пойти наверх и проверить, всё ли собрано! — прервала спор миссис Уэсли. — Идите все, быстро!
Гарри закрыл набор для техобслуживания мётел, вскинул на плечо «Всполох» и вместе с Роном отправился наверх. Под крышей шум дождя слышался гораздо громче и сопровождался свистящим завыванием ветра, не говоря уже о периодических воплях обитавшего на чердаке упыря. Как только мальчики вошли в комнату, Свинринстель защебетал и принялся носиться по клетке. Кажется, вид наполовину упакованных сундуков ввергал его в состояние неконтролируемой эйфории.
— Пихни ему немножко «Совячьей радости», — Рон бросил Гарри пакет, — может, он заткнётся.
Гарри просунул пару кусочков корма сквозь прутья решётки и отвернулся к своему сундуку. Рядом с сундуком стояла клетка Хедвиги, по-прежнему пустая.
— Уже больше недели, — Гарри грустно поглядел на одинокий насест. — Рон, как ты думаешь, Сириуса не схватили?
