Может, она была права? Наверное, нужно иногда позволять себе немного расслабиться.
Но тут взгляд Линка упал на фотографию. Маркус с женой и двумя детьми. Нет, он ошибался. Его место здесь — нужно обеспечивать оставшихся без отца детей его брата.
Сдержать обещание.
А не заводить интрижку с женщиной, которая хочет семью и троих‑пятерых детишек. В пригородном доме.
Но почему он никак не может выбросить Молли из головы?
В офис заглянул Коннер:
— Эй, Линк, ты еще здесь? Я думал, ты взял выходной.
— Все верно, я уже вернулся. Ты же меня знаешь. — Линк принужденно рассмеялся. Смешок словно оцарапал горло.
— Это я уже понял. — Коннер показал боссу папку. — У меня тут проекты бюджета на следующий год. Хотел оставить на столе, но раз уж ты здесь, возможно, обсудим? Если у тебя есть время — в пять совещание.
Еще одно совещание. Факты и цифры. В любой другой день это было бы в порядке вещей. Но сегодня, несмотря на прилив энергии, Линку было все равно, сколько он сумеет поработать. Кое‑что очень важное осталось незаконченным, и пока он не разберется с этой проблемой, не сможет сосредоточиться на деле.
Коннер вошел в кабинет, ожидая, что Линк согласится, и протянул было папку боссу. Но тот легонько оттолкнул ее.
— Знаешь, я, наверное, сегодня уйду пораньше, — произнес Линк. — У меня осталось… еще одно незаконченное дело. Перенеси совещание на завтра. Пусть все пораньше вернутся домой, поужинают с семьями.
У Коннера брови взвились вверх.
— Уйти пораньше? Я не думал, что в твоем словаре есть это словосочетание.
— Его нет, — усмехнулся Линк. — Мне просто нужно кое‑что сделать. Поверь, я не превращаюсь в бездельника. Завтра все пойдет своим чередом.
— А я‑то понадеялся, что ты наконец немного изменился. Неисправимый оптимист. — Коннер снова ухмыльнулся и направился к выходу. — Перенесем. И выберись наконец из темницы. Тебе не помешает развлечься.
Как только Коннер ушел, Линк выключил компьютер и направился к лифту. И нажал на цифру шесть вместо единицы.
Выйдя на шестом этаже, Линк направился прямиком к Центру разработок. Скорее всего, Молли там нет.
Может, она действительно направилась на ужин с подругой? Но Линк не мог уйти не зная наверняка.
Дверь оказалась открыта. Молли паковала сумку, собираясь уходить. Он мог с легкостью отправиться вниз, не задавая никаких вопросов, но…
— Молли?
Она удивленно обернулась и выронила сумку, рассыпав содержимое. Она поспешно наклонилась, собирая свои вещи, но Линк успел заметить журнал, лежавший сверху. Он подошел, поднял его и замер.
«Воспоминания для вашего ребенка». Журнал в яркой обложке.
Для ребенка? Зачем ей это? В подарок подруге?
Молли выхватила журнал у него из рук и запихнула в сумку:
— Спасибо.
Линк заново проанализировал сегодняшний день.
Вспомнил, как Молли позеленела при виде наживки. Она явно поправилась, особенно живот. Этот журнал. И та ночь — безумная, опьяняющая, когда они оба действовали слишком быстро и безрассудно…
— Ты беременна? — тупо спросил он, даже не попытавшись подобрать более удачную формулировку.
— Я… — Ее глаза расширились, румянец залил щеки.
Другого ответа Линк не стал дожидаться.
— И когда ты собиралась рассказать мне об этом?
— Скоро, поверь мне. Я просто… никак не могла выбрать подходящий момент.
— Ребенок мой?
Молли отпрянула, словно Линк ее ударил:
— Разумеется. Или ты думаешь, я постоянно занимаюсь сексом с незнакомцами?
— Я не это имел в виду, Молли. Мало ли… вдруг у тебя дома постоянный партнер. Если я правильно помню, мы мало говорили о подобных моментах.
Молли принялась собирать остальные вещи. Он наклонился, чтобы помочь, и коснулся ее руки. Она отпрянула:
— У меня давно ни с кем не было отношений.
— О…
Это могло означать только одно. Она носит его ребенка.
— Да, этого затруднения я не предвидел.
Молли фыркнула:
— Это ребенок, Линк. А не затруднение.
— Я не готов завести семью. Честно говоря, в моих планах на жизнь этого пункта вообще не было.
Он видел, как в ее глазах поселилось разочарование, почувствовал внезапно появившуюся стену между ними. Но что оставалось делать? Лгать? Или признаться, что на долю секунды он вообразил себе семью, представив, каково было бы взять на руки своего кроху?
Но затем Линк вспомнил, что ему нельзя быть родителем. Из него вышел никудышный старший брат…
— Я ни о чем тебя не прошу, — произнесла Молли.
— Но я должен сделать некоторые вещи, — произнес Линк. — Как отец.
— Например?
Линк подумал о самом очевидном, потянувшись за чековой книжкой и ручкой.
— Тебе понадобятся деньги. На памперсы, кроватку и…
— Ты что, пытаешься от меня откупиться?! — Молли чуть не сорвалась на крик.
— Вовсе нет. Я лишь хочу дать тебе средства…
— И тем самым избавиться от проблемы? От «затруднения»! — практически выплюнула Молли, покачала головой и направилась к двери. — Мне казалось, я успела узнать тебя, Линк. Какая ошибка!
С этими словами она ушла. Громко хлопнула дверь, не оставляя ни малейших сомнений: Молли не хотела иметь с ним ничего общего.
Проклятье!
Обернувшись, Линк заметил, что Молли забыла сумку. Он подхватил ее, и журнал «Воспоминания для вашего ребенка» снова упал на пол. Линк начал пролистывать издание.
В нем требовалось от руки записывать ответы на заданные вопросы. Через несколько страниц он обнаружил раздел под названием «О твоем папочке».
«Имя отца: Линкольн Кертис.
Дата рождения:???
Цвет глаз: голубой.
Цвет волос: темный.
Должность: генеральный директор.
Где познакомились твои родители: за бокалом вина в Лас‑Вегасе».
Линк снова вспомнил ту ночь в «Белладжио», неистовую страсть, связавшую их так, что в первый раз они занялись любовью…
Не приняв мер предосторожности.
Это было глупо, да.
Линк пролистал журнал. В нем было полно пустых страниц с заглавиями вроде «Где вырос твой папа», «Его самое счастливое воспоминание», «Имена, которыми он хотел тебя назвать».
В середине раздела он нашел еще несколько заполненных пунктов — судя по всему, эту информацию Молли почерпнула из разговора с Гарри. Пустые страницы свидетельствовали о том, что Линк ничего не смог ей дать.
Он не открыл ей своего сердца. Только чековую книжку.
Линк вздохнул и убрал сумку на место. Сунув журнал в карман, он выключил свет и вышел из кабинета.
Глава 10
Молли проснулась затемно. Утренняя тошнота наконец начала проходить, и, съев несколько крекеров и запив их имбирной газировкой, она почувствовала себя вполне неплохо — физически. Но эмоционально…
