Читаем без скачивания Закрытый регион - Сергей Зверев

В заключении последней комиссии кроме констатации фактов и предположений о будущем развитии событий содержалась и одна недвусмысленная рекомендация. Весь скот в деревне следовало уничтожить! Сельчанам об этом никто не говорил. Однако довольно скоро здешние жители разузнали, какая участь ожидает их буренок и прочую живность. Вот тут и началось!..

По деревне прошел слух, будто к ним движется отряд полиции с целью уничтожения всего поголовья коров. Люди были крайне возмущены. Они не желали отдавать свою скотину на убой и получать за это мизерные компенсации.

О том, что деньги будут выплачены в непропорционально малых размерах, сельчане знали из рассказов жителей других деревень. Надежд на то, что специально для них будут установлены более высокие расценки, ни у кого не было. Наоборот, многие считали, что в их случае цены на скот, изымаемый на убой, власти могут значительно снизить.

Встречать нежеланных гостей крестьяне и решили сообща. Они не хотели распылять силы и подставлять под удар тех земляков, усадьбы которых стояли на краю деревни. Логично было предположить, что именно с их хозяйств и начнется «зачистка» деревни от потенциально опасной живности.

Селяне организовали сопротивление очень быстро. Задолго до наступления часа икс они выставили своих дозорных на всех дорогах, которые вели в их населенный пункт. Застать врасплох здешних жителей властям и полиции не удалось.

Как только наблюдатели сообщили о приближении полиции и областного начальства, деревня буквально встала на дыбы. Люди спешно вооружились тем, что было им доступно: кольями, вилами, кусками арматуры, охотничьими ружьями.

Решительно настроенные сельчане были готовы не просто к противостоянию, а к столкновению с правоохранителями. Толпа двинулась к деревенской окраине. Над ней витал дух бескомпромиссности и непримиримости.

Полиция остановилась в нескольких метрах от дорожного знака, на котором красовалось название деревни. Возмущенные жители столпились напротив них. Через громкоговоритель одной из полицейских машин крестьянам было передано предупреждение о незаконности их действий.

— Вы должны немедленно разоружиться, разойтись по домам и обеспечить допуск ко всем хозяйственным постройкам! — гулким эхом неслось над деревенской окраиной.

— Это как?! Мы горбатились, вкалывали, чтобы вырастить коров, а вы собираетесь убить их и заплатить нам за это три копейки?! — прокричал какой-то фермер, стоявший в голове толпы.

— Или достойную компенсацию, или прочь отсюда! — заорал еще один возмущенный сельчанин.

Из громкоговорителя донеслось очередное предупреждение. Перечислялись законы, постановления и прочие документы, на основании которых проводилась данная операция. Напоминалось, что препятствование действиям органов МВД влечет за собой уголовную ответственность. Стражи порядка еще раз предложили людям разойтись по домам.

Все это не произвело на толпу должного эффекта. Наоборот, агрессивность усилилась.

Жители деревни подхватили последнюю часть фразы одного из своих земляков и начали дружно скандировать:

— Прочь! Прочь! Прочь!

При этом, правда, никто из них ни на шаг не приблизился к полицейским.

В ответ из громкоговорителя раздалось сообщение о том, что перед жителями хочет выступить один из представителей областной администрации.

— Позор! Позор! Позор! — взорвался новыми выкриками возмущенный люд, не хотевший слушать никакие оправдания и увещевания начальства.

При этом сохранялась интрига, выйдет ли областной начальник к народу или не рискнет. Через минуту стало понятно, что подставляться он не хотел, и к сельчанам обратился посредством все того же громкоговорителя.

— Дорогие соотечественники, я взываю к вашему разуму! — проговорил областной руководитель. — Силы правопорядка действуют на законных основаниях! Они должны обеспечить санитарно-эпидемиологическую безопасность нашей области и всего региона! То, что вы не желаете отдавать на убой свой скот, понятно. Однако этим самым вы создаете угрозу распространения смертоносного вируса, который способен уничтожить массу населения по всей стране. Поймите же, вы сами сейчас находитесь под угрозой заражения. Задумайтесь и опомнитесь! Дайте специалистам выполнить их работу. Мы сейчас все на нервах. Давайте не накалять ситуацию до предела, не переходить рубеж, за которым кровопролитие станет неизбежным! Если вы сейчас же разоружитесь, то и я, и полицейское начальство гарантируем вам безопасность и неприкосновенность.

Толпа слушала его призывы, вскипала и выкрикивала всякие не самые приятные и цензурные реплики.

Сельчане были готовы двинуться вперед, перейти ту самую грань, о которой говорил начальник. Однако совершенно неожиданно с другого конца деревни донеслись отзвуки нескольких выстрелов.

Одному из крестьян позвонил сын и сообщил, что полиция вошла в деревню с другого края, начала обходить все подворья по порядку и отстреливать коров. Это означало, что все слова, звучавшие из репродуктора, были направлены на то, чтобы сознательно затянуть время и отвлечь внимание толпы. Речь оказалась лишь частью операции. О настроениях в деревне органы МВД хорошо знали и решились на маневр подобного рода.

Реакция сельчан оказалась очень бурной. Часть из них рванула на противоположный конец деревни, где начался убой скота. Другая же налетела на полицейские машины и попыталась их разгромить. В ход шло все, что люди заранее имели в своих руках и подобрали по пути.

Правоохранители быстро выскочили из машин. Протестующие крестьяне сразу же налетали на них. Завязалась потасовка. Стороны дрались в полную силу. Доставалось и тем, и другим.

Полиция до поры до времени воздерживалась от применения оружия. Однако вскоре один из стражей порядка после мощного удара палкой по голове рухнул на землю, и толпа чуть ли не стала прыгать на нем. Приказ об открытии огня был все-таки отдан.

Несколько предупредительных выстрелов, произведенных в воздух, жителей деревни не успокоили. Только тогда был открыт огонь на поражение по самым рьяным протестующим, которые заводили толпу и провоцировали дальнейшую эскалацию насилия. Один из сельчан был убит, несколько получили серьезные ранения.

В результате толпа разъярилась еще больше. Люди стали стрелять по полицейским из охотничьих ружей. Они продолжали громить автомобили и при первом же удобном случае поджигали их.

Машины областного начальства успели укатить с места столкновения чуть раньше. Полицейских, как выяснилось, здесь было не так много. Их основные силы были брошены на другую окраину деревни.

После открытия огня со стороны жителей правоохранители отступили. Кто-то своим ходом. Другие успели вскочить в спешно уезжающие грузовики. Им вслед звучали выстрелы.

Тот самый полицейский, который успел применить табельное оружие и убил сельчанина, бежать не успел. Его схватили, связали и поволокли на другой конец деревни.

Полиции там было гораздо больше. Некоторые из них со щитами и спецсредствами перегородили улицу. Другие практически беспрепятственно проводили убой скота. Возмущенные сельчане попытались забросать стражей порядка камнями, кирпичами и даже поленьями. В ответ последовало применение дымовых шашек.

Силовики были уверены, что это несколько облегчит их работу, однако ошиблись. Люди либо тушили дымовые шашки, хотя это не так просто сделать, либо хватали их и возвращали обратно. Полицейские открыли огонь по этим смельчакам.

Они стреляли по ногам, но жители деревни взбесились до самого предела. К противостоянию подключились почти все сельчане. Самые сильные, прикрываясь подручными средствами, пошли в атаку на полицейское заграждение. Людей было настолько много, что щиты были сметены в течение нескольких минут.

После этого столкновение переросло в массовую драку. Толпа протестующих схлестнулась с полицейскими настолько плотно, что те не могли применить ни оружия, ни спецсредств. Селяне стали оттеснять силы правопорядка к окраине деревни.

Следом двигалась колонна из машин и тракторов. В случае контрнаступления полиции крестьяне могли бы спрятаться за техникой, которая быстро перестроилась бы и перекрыла улицу перед самым носом полиции.

Контрнаступления не последовало. Командование отдало бойцам приказ покинуть деревню.

Жители ликовали, воспринимали уход полиции как свою победу. Вместе с тем они не забыли о жертвах и о плененном полицейском, убившем одного из протестующих сельчан. Его поставили к стенке и расстреляли из ружей.

27

Гомесу и Педро не удалось захватить наличность старика Отаменди, поэтому они попытались присвоить его бизнес. Они засели на полуразрушенной вилле наркодельца и пробовали подмять под себя других контрабандистов, долго разговаривали с ними, много обещали, сильно угрожали.