Читаем без скачивания Желание верить (сборник) - Виталий Вавикин

– Да не обижайся! – говоришь ты. – Я тут вон сколько уже один. И ничего, – демон молчит. – Ну, если хочешь, – ты пытаешься заглянуть ему в глаза. – Можешь немного поискушать меня. И тебе работа и мне не так скучно.

– Да кому ты нужен! – ворчит демон. – Тебя и раньше-то никто не искушал, а теперь и вовсе смысла нет.

– Так я что, святой? – спрашиваешь ты.

– Ага! Как же! Святой он! Ишь чего захотел!

– Ну, я тогда не знаю, – вздыхаешь ты.

– Еще бы ты знал, – вредничает демон.

Час седьмой

Сидишь в президентском номере и играешь с демоном в шахматы.

– Мат! – говорит демон и царапает на стене трехсотый крестик.

– Круглая цифра, – говоришь ты. Демон махает рукой.

– Все равно ты не умеешь играть, – говорит он, зевая.

– Ну, давай в карты, – говоришь ты. Он показывает на другую испещренную крестиками стену. – У тебя просто больше опыта, – говоришь ты.

– Да ты и у людей ни разу не выиграл, – говорит демон.

– Зато мне везло с женщинами, – заявляешь ты.

– Это когда же?! – демон смеется.

– Нет! Но ведь были же нормальные.

– Не было, – он качает головой. – Не-бы-ло, – и вот тут тебя осеняет. – Женщину, говоришь? – спрашивает демон.

– Можно из ада какую-нибудь блудницу, – осторожно заходишь ты.

– Из ада нельзя, – говорит он. – Там и так сейчас недобор.

– Ой, да брось! Столько лет набирали, а сейчас вдруг недобор?!

– Так списываем, – разводит руками демон. – Думаешь, ад резиновый?!

– Ну, хоть на часик, – канючишь ты. – Друг ты мне или не друг, в конце-то концов?!

Час восьмой

Лежишь в кровати и куришь.

– Доволен? – спрашивает демон.

– Как хоть ее звали-то? – спрашиваешь ты.

– Кажется, Максина, – пожимает он плечами. – Мог бы вообще-то и сам спросить.

– Да я как-то другим был занят.

– Да видел я.

– Видел?!

– Ну, я же демон.

– А. Ну, да.

– Может, в шахматы? – предлагает он.

– А, может, съездим куда-нибудь? – ты вспоминаешь пару «Феррари» на стоянке. – Вроде, еще не заржавели.

Вы летите по пустым улицам, и ты спрашиваешь демона о Максине.

– Не знаю, – говорит он. – В конторах сейчас такая неразбериха, что ни одного личного дела не найдешь. Все передано на повторное рассмотрение в Божий Суд.

– Значит, теперь ее может и в рай отправят? – спрашиваешь ты про женщину.

– Теперь уже нет, – говорит демон. – Сам понимаешь, правила досрочного освобождения и все такое…

– Так, значит, из-за меня она теперь останется в аду? – спрашиваешь ты.

– Да она, в принципе, и сама хотела. Говорит уже привыкла. К тому же ты ей понравился.

– Вот это да! – говоришь ты. – Такого еще ради меня ни одна женщина не делала.

– Польщен?

– Да, как-то жалко ее. Из-за меня и в ад…

– Ну, в аду не так уж и плохо, – говорит демон. – К тому же мы ведь не знаем, какая у нее была прежняя жизнь.

– Нет. Ну, все же могут ошибаться.

– Могут, – соглашается демон, а на следующий день говорит, что ему поступило более сотни заявок от женщин, желающих предаться с тобой земным утехам.

Час девятый

– Почему ты снова выбрал меня? – спрашивает Максина.

– Не знаю, – говоришь ты. – Может, уже привязался.

– Всего-то за час?!

– Думаешь, так не бывает? – вы занимаетесь любовью, а потом вместе принимаете ванну.

– Хорошо тут тебе, – говорит Максина. – Делаешь, что хочешь. Живешь, где хочешь. Спишь, с кем хочешь… – она плачет, и ты успокаиваешь ее…

– Да не верь ты женщинам! – говорит демон.

– Да что ты понимаешь в этом?! – возмущаешься ты.

– Да уж побольше твоего! – обижается демон. Вы не разговариваете пару дней, а, может, недель или месяцев…

– Хочу Максину, – говоришь ты.

– Сначала извинись, – дуется демон… Ты лежишь с Максиной в постели и говоришь, что знаешь, как ей помочь.

– Это правда? – спрашивает она, прижимаясь к тебе своим теплым телом.

– Мы можем сбежать, – говоришь ты. – Уехать далеко-далеко отсюда. И нас не найдут.

– А если найдут? – ты чувствуешь, как дрожит ее тело.

– Ну, демон же мой друг, – говоришь ты, обнимая ее.

– Не верь ему! – шепчет Максина. – Там, в аду… – она замолкает и тихо плачет, уткнувшись тебе в плечо…

Час десятый

Сидишь в доме собачника и сжимаешь в руке «парабеллум».

– Я должна была тебе рассказать, – говорит Максина. На ней надето красное платье Кэнди. Убитый тобой демон лежит у ее ног.

– Он был моим другом, – шепчешь ты. – Моим единственным другом.

– Он хотел разлучить нас! – говорит Максина.

– Он хотел помочь мне! – говоришь ты.

– Ненавижу! – кричит Максина, пиная демона ногой.

– Не смей трогать его! – кричишь ты.

– Ты этого хотел?! – верещит она, вырывая из остывающей руки демона список заявок всех женщин, которые хотели занять ее место. – Этого?!

– Заткнись!

– Думаешь, они лучше меня?!

– Заткнись!

– Думаешь, лучше?!

– Бабах! – вносит свое неоспоримое слово твой «парабеллум» в этот нескончаемый спор. Красная кровь расползается по красному платью черными пятнами. Выходишь во двор и хоронишь демона и Максину. Земля твердая, и пока ты пытаешься выкопать две могилы, есть время, чтобы подумать. Хотя, времени у тебя и так завались… Одинокого, бесцельного времени…

Час одиннадцатый

Бородатый старик сидит на кровати и сокрушенно качает головой.

– Подумать только, – говорит Бог. – Последний человек и так облажался.

– И что теперь будет? – спрашиваешь ты.

– Откуда же я знаю, что теперь будет, – говорит он. – Дьявол придет к власти. Ангелов свергнут с небес. Сера сожжет райские гущи. Грешники надругаются над праведниками, – он смотрит на тебя и плачет. – Вот что будет, дитя мое, – и боль его невозможно выносить.

– Бабах!

Час двенадцатый

Собачник обнял Кэнди и поцеловал в сочные губы.

– Подумать только! – сказала она, разглядывая мертвое тело своего бывшего любовника, застывшее на кровати, – он даже после смерти, продолжает портить мне жизнь!

– Его скоро увезут, – сказал собачник. – А кровать… Кровать мы поменяем.

– Или даже дом… – Кэнди вспомнила джек-пот в Прерии. – Я люблю тебя, – сказала она собачнику.

– А я тебя, – сказал он, обнимая ее за плечи. Они вышли во двор и покормили марсианских бульдогов. И яркое солнце улыбалось им….

«А что же с тобой?» – спросишь ты. «А ничего, – скажу я. – Пустота и темнота. И, может быть, партия в шахматы длинною в вечность. Партия, в которой, как бы хорошо ты ни играл, все равно не выиграть. И демон будет ставить все новые и новые крестики на стене. И не будет этому конца…».