– А я и не знал, что у нас в королевстве столько всяких несчастий, – огорчился Трикс.
– Маркель скрывает от народа правду, – кивнул Адрон. – Сам понимаешь, со стороны-то все лучше видно! Так что у тебя стряслось?
– Да в общем-то ничего, – сказал Трикс, краснея. На фоне рассказанных ужасов говорить про новогодние празднования в Босгарде, про тихие занятия магией и прочую скучную обыденную жизнь было стыдно. – Просто… решил посетить Самаршан.
– Так ты не хочешь тут у нас остаться? – поразился Адрон.
– Нет, извините, – признался Трикс. – Не хочу. У вас, конечно, красиво, здорово, плов вкусный. Но у нас тоже ничего.
Адрон вздохнул и покачал головой:
– Ты страшно далек от реальной жизни своего народа… Я понимаю, маги парят в эмпиреях, их не заботят страдания землепашцев и произвол баронов. Тем более ты так юн.
– Я не скажу про магов, – решительно вступил в разговор Иен. – Но вот нам, рыцарям… ну, и оруженосцам, конечно. Нам вовсе страдания и произвол не нравятся! Мы с моим рыцарем недавно разбойников победили!
– И, конечно же, взяли за это с крестьян изрядную плату, – усмехнулся Адрон.
– Ну… ведь под Гламором коня убили, а еще доспехи помяли… – смутился Иен и замолчал. Адрон скептически хмыкнул и вновь обратился к Триксу:
– Все-таки советую подумать о переезде в Дахриан. У нас тут есть небольшая община, мы собираемся два раза в месяц, поем песни, едим курицу, – это он сказал с некоторым вызовом, гордо подняв голову, – обсуждаем события в королевстве. У нас очень весело!
– Я обязательно подумаю, – сказал Трикс.
– И заходи ко мне в гости, – продолжал Адрон. – Я тебя познакомлю с сыном. Ему полезно поговорить на нашем языке, а то он его совсем уж забросил. А я патриот нашего милого королевства, я хочу, чтобы сын впитал в себя наш язык и культуру!
К радости Трикса, в разговор немедленно вступил Васаб:
– А сколько лет твоему сыну, о любезный?
– Двенадцать.
– Тогда, вероятно, он еще не женат? – сладким голосом спросил Васаб. – Не познакомить ли его с моей младшей дочерью, она чуть старше, но это не беда…
– Интересная мысль, – кивнул Адрон. – А я бы не против был познакомить старшую дочь с одним из твоих сыновей.
Мужчины сели ближе друг к другу и стали что-то тихонько обговаривать. Дочери Васаба захихикали и были немедленно отправлены прочь из-за стола.
Молчавший до тех пор Сутар облизнул жирные от плова пальцы, вытер их о бороду, тихонько, принужденно рыгнул и сказал:
– Как я счастлив, что уже выдал замуж дочерей и женил сыновей… Скажи, молодой волшебник, что ты ищешь в нашей стране?
Трикс подумал и решил ответить честно:
– Я бы очень не хотел, чтобы мы воевали. Меня попросил один знакомый… дракон. Чтобы я как-нибудь остановил Прозрачного Бога.
Самаршанец не стал ни смеяться, ни выказывать удивления, а кивнул и сказал:
– Это достойно уважения. Я тоже не хочу, чтобы у нас правил Прозрачный Бог, а еще больше – чтобы началась война… Ты попросил моего уважаемого друга Сад ар Тамака свести тебя с влиятельными людьми. Поверь, он достойно выполнил твою просьбу как минимум наполовину. Чего же ты хочешь от меня?
– Я хотел бы встретиться с Великим Визирем. А еще – с султаном.
Сутар кивнул.
– Это разумная, хоть и сложная просьба. Что именно ты хочешь сказать Великому Визирю?
– Что очень опасно дружить с витамантами – даже ради победы над врагом, – волнуясь, объяснил Трикс. – Витаманты говорят, что хотят вечной жизни для всех. Но для этого они вначале всех убьют. Пусть лучше Самаршан попросит союза с королевством…
– Достойный Аблухай не очень-то доверяет Маркелю, – спокойно ответил Сутар. – И скажи честно, мальчик… если войска королевства войдут на наши земли… если мы будем ослаблены войной с Прозрачным Богом… выйдут ли ваши войска обратно?
Трикс пожал плечами и огорченно сказал:
– Я не знаю. Маркель – хороший человек. Но он король, а король не бывает плохим или хорошим, он бывает только королем.
– Ты неглуп. – Сутар кивнул. – Живи ты среди нас, я бы взял тебя в ученики.
– А чем вы занимаетесь? – спросил Трикс.
– Я – придворный шут султана Абнуваса и его визиря Аблухая.
– Шут? – удивился Трикс.
– Да. Ты удивлен, что шут может быть влиятельным человеком при дворе?
– Ну что вы! – Трикс замотал головой. – Я читал, что шут Джико при короле Маркеле Нерешительном пользовался таким влиянием, что король спрашивал у него совета, даже выбирая невесту… И вообще, шут – профессия уважаемая, почетная… Только вы такой… печальный.
– Я же не на работе, – пояснил Сутар. – Тут за день так, знаешь ли, нахихикаешься, что вечером хочется поплакать. Не один шут сгорел на работе, пытаясь смешить людей во время отдыха. Если я прихожу домой, а жена готовит, то я гоню ее с кухни и сам режу лук. А если ужин уже готов, то зову детей и прошу их рассказать все самое ужасное и печальное, что они видели за день. Однажды Аблухай был в большом расстройстве, он проиграл в поэтическом конкурсе, куда послал свои врубайи и казели под чужим именем. Мне пришлось веселить его весь день, с утра до позднего вечера. И тогда мне пришлось пойти к нищим и попросить их рассказать, как они дошли до жизни такой. Я их до полуночи слушал, прежде чем отпустило…
Этот рассказ неожиданно тронул Аннет. Она спорхнула с плеча Трикса и села на руку шута, которую тот ей вежливо подставил.
– Если тебе захочется погрустить, можешь позвать меня. Я расскажу тебе о трудной и горькой жизни маленьких цветочных фей. О том, как безответна может быть их любовь… – Голос Аннет дрогнул. – О том, как коварны бывают некоторые продукты их питания… Об ужасах холодной зимы, когда бедные феи, чьи цветы погибли от мороза, забиваются в мышиные норки… или просятся в человеческие дома, где всю зиму отрабатывают право жить на герани и фиалках, развлекая детей и даже истребляя тараканов…
– Печальная история. – Сутар просветлел лицом. – Я обязательно попрошу тебя о помощи, когда рабочий день будет уж слишком тяжелым.
– Так вы поможете мне встретиться с Великим Визирем? – гнул свое Трикс.
– Да, – кивнул шут.
– А с султаном?
Самаршанец покачал головой.
– Боюсь, что это невозможно.
– Почему? – спросил Трикс.
– Мудрейший Абнувас очень занят государственными делами.
– Но разве то дело, о котором я хочу поговорить… – начал Трикс.
– Я попробую устроить твою аудиенцию с визирем уже завтрашним вечером, – сказал Сутар.
– А когда…
– Это то, чем я могу тебе помочь, – чуть повысил голос Сутар. – И пойми, что никто не поможет тебе большим.
Васаб испуганно посмотрел на Трикса и тот смирился.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
