Читаем без скачивания Особый курьер - Алекс Орлов

– Сто тысяч – мало, а двести – уже приемлемо.

– Но ведь я «белый ублюдок», – напомнил Джек.

Байрон немного помолчал.

– Моя мать была белой, Джек, – сказал он. – Почти белой. Сара пошла в нее, поэтому она заметно светлее, а я уродился в отца.

– А разве так бывает?

– Значит, бывает, – пожал плечами Байрон.

Помолчали оба, прислушиваясь к стуку и приглушенным переговорам механиков. Потом Джек сказал:

– Перед отлетом я хочу увидеться с Сарой, Бэри.

– Хорошо, – кивнул Док. – Она тоже хочет с тобой увидеться.

И снова наступило молчание.

– Как ты завтра пойдешь на смену после бессонной ночи? – спросил Джек.

– Я привычный.

– А напарника тебе еще не дали?

– Нет, но я справлюсь. Раньше я работал один. Да, чуть не забыл – патронный короб мы разместили в туалете. Так что умываться тебе будет не очень удобно.

– Большой короб?

– На пять тысяч патронов.

– Ты действительно считаешь, что эта пушка нужна, Бэри?

– Ну ты даешь, Джек! Я стараюсь сделать для твоей безопасности все возможное, ведь ты можешь стать моим богатым родственником.

33

Луис Рипплер подошел к иллюминатору и посмотрел на прижавшийся к борту «Спортклуба» корпус скоростного судна.

– Что, Лу, хороша машинка? – спросил Рональд Петренко, директор службы безопасности корпорации «Маркос».

– Если она так резва, как выглядит, то мы достанем вашего клиента сразу за полицейским поясом. Это будет самый легкий способ отработать ваш миллион.

– Надеюсь, что так, Лу, – кивнул Петренко. – Честное слово, Лу, я буду этому только рад.

Шеф безопасности «Маркоса» говорил неправду. На самом деле он предлагал руководству не привлекать наемников со стороны и обойтись собственными силами, но финансовый директор – Махмуд Конелли – настоял на том, чтобы привлечь людей из «Спортклуба».

– Зачем нам что-то выдумывать, Петренко, если есть специалисты, которые только и занимаются тем, что решают подобные проблемы? – так сказал Конелли, а он в «Маркосе» был не последний человек и имел семипроцентный пакет акций.

У Рональда Петренко пакета акций не было, поэтому ему пришлось согласиться.

И вот теперь на борту «Спортклуба» он разговаривал с кривлякой Лу Рипплером. Этот парень, хотя мнил себя суперменом, за свою карьеру «грязных дел мастера» пока что не расстреливал ничего опаснее пассажирских судов.

И почтовый уиндер он надеялся перехватить так же легко, однако Петренко знал, что курьерские машины весьма подвижны и, если пилот поймет, что его хотят поджечь, он сделает все, чтобы этого не случилось.

– Может, все-таки возьмем четыре машины, а не две? – последний раз предложил Петренко.

– Не беспокойся, Рон, я сделаю вашего головастика и двумя скутерами.

– Ну-ну, – кивнул Петренко и посмотрел на своего помощника – Отто Лациса.

Лацис спокойно попивал свой коктейль и на первый взгляд даже не интересовался происходящей беседой. Однако это было не так – он слышал каждое слово, и в его белобрысой голове происходили сложные аналитические процессы.

Вся полученная информация обрабатывалась и аккуратно раскладывалась по надлежащим полочкам. Медлительный с виду Отто никогда не проявлял инициативы, но, когда что-то делал, практически не ошибался. И если к нему обращались за советом, Отто Лацис давал единственно правильный ответ.

– Когда ваш клиент собирается отправиться в рейс? – спросил Луис Рипплер.

– Точно мы не знаем. Практически у них все готово, так что ждите сообщения в любую минуту.

34

Лицо говорящего скрывала темнота, однако Энрике отчетливо видел его шевелящиеся уши. Они у информатора были очень большие.

«Большие глаза – признак глупости, большой нос – признак породы, а большие уши?»

Энрике и сам не понял, с чего вдруг ему пришла в голову эта никчемная мысль. Он отбросил ее, заставив себя слушать.

– С ним рядом все время эти четверо парней. Они даже на обед ходят вместе, но не едят, а только смотрят по сторонам. Кстати, те пятьдесят кредитов я уже израсходовал.

– Вот. Возьми еще, – сказал Энрике и протянул деньги. Информатор выхватил банкнот одним молниеносным движением, точно голодный зверек.

– Ну так вот, – продолжал соглядатай, спрятав деньги, – через день-другой он улетит, и тогда эти парни уедут.

– Кто улетит? – очнулся Энрике, крепко прихватив ушастого человечка за локоть.

– Ой, мне больно, сэр! Отпустите, пожалуйста! – заверещал тот.

Неподалеку хлопнула дверь автомобиля, послышались шаги.

– Что тут происходит? – раздался жесткий голос. – Немедленно выйдите на освещенное место!

Энрике обернулся и различил в темноте ряд форменных пуговиц.

– Все в порядке, сэр, – сказал он. – Мы просто разговариваем.

– Да, сэр, – подтвердил информатор. – Всего лишь дружеская беседа.

Полицейский ничего не сказал и вернулся к патрульной машине.

– Что там? – спросил его напарник.

– Да два мужика обжимаются.

– Педики?

– А кто же еще?

Энрике ослабил хватку, но все еще не отпускал ушастого, словно боясь, что тот растворится в темноте.

– Кто куда улетает – повтори… – приказал он.

– Этот самый Джек Холланд уходит в рейс, – пролепетал информатор.

– Ты же говорил, что он качает дерьмо.

– Говорил, сэр. Так оно и было – он катал бочку вместе с Байроном, а потом выяснилось, что он вроде как пилот и поведет уиндер в рейс.

– Куда поведет?

– Я не знаю, сэр.

– Ну так узнай, – прошипел сквозь зубы Энрике, – не то я тебя… Короче, если узнаешь, получишь сотню кредитов. Понял?

– Понял, сэр.

– И не вздумай от меня прятаться, ублюдок, – добавил Энрике, отпуская руку информатора.

Ушастый тотчас пропал в темноте, а Энрике еще немного постоял возле ограды, размышляя о том, как выбраться из создавшейся ситуации.

35

Папа Лучано, выслушав сообщение Энрике, как обычно, остался внешне совершенно спокойным, вот только его пальцы сильнее сжали палку с золотым набалдашником, их костяшки побелели, и руки Лучано стали похожи на руки мертвеца.

Это не укрылось от Энрике, он понял, что босс обеспокоен не на шутку.

У Педро Гуина, стоявшего возле кресла позади Папы, был растерянный вид. Его собственные планы тоже оказались под вопросом. Гуин надеялся не только доставить часы Папе Лучано, но и, воспользовавшись случаем, раз и навсегда избавиться от Коррадо. И вот теперь все рушилось.

– Что ты предлагаешь, Рико? – спросил Лучано.

– Вариантов два: устроить штурм «Доу-Форс» или погнаться следом за этим парнем.

– Нанять судно?

– Да.

– И ты узнал, чье и где?

– В «Лайта экспрессе». У них есть такие же скоростные уиндеры. К тому же они никому не бросятся в глаза. Все знают, что почтовые суда появляются где угодно.

– Ну а если все же попытаться проникнуть на «Доу-Форс»?

– Раньше это сделать было нетрудно, но теперь на фирме предприняты особые меры безопасности. Там опасаются диверсий со стороны «Маркоса».

– А при чем здесь «Маркос»? – не понял Лучано.

– У «Маркоса» драчка с «Бати», а «Доу-Форс» подрядилась выполнить для «Бати» какой-то заказ.

– Так-так. – Папа Лучано повертел в руках золоченую палку и принял решение: – Хорошо, Рико. Даю добро – ты у нас не новичок и, я надеюсь, знаешь, что делаешь. Люди тебе нужны?

– Нет, босс, я все сделаю сам.

– Ну хорошо, раз так.

Когда Энрике ушел, Лучано посмотрел на Гуина:

– Сможешь последовать за ним?

– Да, Папа Лучано, я все сделаю, – с готовностью ответил Гуин.

– И тебе тоже не нужны люди, Педро? – усмехнулся Лучано.

– Я не столь самонадеян, Папа. Я возьму с собой троих.

– Правильно, а судно наймешь у Федеральной почтовой службы.

36

По орбите Бургаса медленно плыли полицейские станции, составлявшие пояс его безопасности. Ни одно судно не могло приблизиться к планете или уйти в космос без их ведома. На крайний случай станции имели вооружение и в любой момент могли вызвать подкрепление полицейских сил. Однако такого еще ни разу не случалось, для того чтобы образумить нарушителя, обычно хватало предупредительного залпа.

Стрелок Майкл Соломон сидел возле трапа стрелковой башни и размышлял о своей нелегкой жизни. Он делал это вслух, так что оператору радара Костасу Дундалу ничего не оставалось, как выслушивать это нудное повествование.

– Ты только подумай, Костас, как только я ухожу на дежурство, эта стерва вызывает электрика. Я возвращаюсь, а на столе счета за ремонт. Я спрашиваю ее: почему у нас все ломается, как только я ухожу на дежурство? А она говорит «не знаю» и улыбается, стерва.

Оператор Дундал пытался заниматься своей работой, но это было нелегко. Рассказ про визиты электрика он слушал уже в третий раз.