на меня всё понимающими, но грустными глазами. Мне стало неловко, и я тихо погладила его по плечу. Тепло пожилого мужчины откликнулось легкой болезненностью воспоминаний о моем собственном отце, который тоже многое мне прощал. И верил в меня.
– Хорошо, дочь, – сдаваясь, сказал граф, и тяжело поднялся. – Я дам тебе необходимую сумму, чтобы ты воплотила свою задумку. Только умоляю, ради милосердного Мира, советуйся со мной! И не пытайся больше принимать необдуманных финансовых решений, тем более в отношении тех денег, которые твои только по новому закону, без фактического владения.
Гхм, как же он будет удивлен.
– Гретта!!! – в ту же секунду новый крик потряс дом, и я опять в два прыжка очутилась за родной дверью. Господин отец, которого я без раздумий эвакуировала из коридора, ошарашено моргал, привыкая к полутьме комнаты.
Бум! Как-то одинаково им моя дверь не нравится. Отец пристально посмотрел на икающую от смеха служанку и только хотел открыть дверь, как я оттащила его за руку и отрицательно покачала головой.
–Ты как посмела, а?! – крик за дверью сопроводился новым ударом. – Ты совсем рехнулась, наглая девчонка!
Я выразительно посмотрела на отца, отец выразительно посмотрел на меня. Мира под нашим двойным выразительным взглядом поднялась и отряхнула юбку, как благовоспитанная камеристка.
– Что еще ты натворила? – шепотом уточнил граф, молча соглашаясь с тем, что дома никого нет.
– По закону об «Обязательствах перед зависимыми лицами» я имею право на часть имущества, принадлежащего моему будущему супругу.
– Ты… – шокировано начал граф, но я поспешила донести свою позицию.
– В прошлый раз вы, батюшка, настаивали на том, что помолвку нельзя разорвать, что мне следует принять Роберта как будущего супруга, – об этой стычке Гретты с графом мне рассказала Мира еще до бала. – Вот пусть и он примет меня как супругу. Со всеми вытекающими.
– Триста фионов ежемесячно! Это грабеж! – верещал за дверью ультразвуком кинутый на деньги Роберто.
Разговоры нужно уметь разговаривать. Вот и вчера уже хорошенькие девочки шепотом рассказали мне, как мой хитровыделанный женишок несколько раз позволил себе сказать, что невеста его хоть и юна да несмышлена, но приданное имеет огромное, которое, известное дело, после свадьбы станет принадлежать мужу. И всё это публично, да-да. Но тут инициатива королевы с новым законом о наследстве мне на руку. А потому положенные мне деньги, местный вариант «алиментов», тоже лёг в бюджет нового начинания. Конечно, придется отказаться от многого, как в старые добрые времена, когда я только начинала свой бизнес, но у меня будет еда и крыша над головой, а все остальное появится после того, как… Я зажмурилась от предвкушения.
– Триста фионов? – глаза его светлости распахнулись от удивления.
Да, я пол вечера ловко имитировала крайнюю степень опьянения и выспрашивала юных аристократок о местной экономике. Один фион по местным меркам равен примерно тысяче рублей, так что сумма выходила не малая, но я имею право ее требовать, если докажу, что столько мой отец тратит ежемесячно на мое содержание.
Отныне Мира будет получать зарплату, да еще и самую высокую в городе. Не совсем законно, конечно, но какая разница – тратиться на содержание собственности семьи или платить заплату, предоставляя возможность самой заботиться о себе? К тому же, проживание в поместье для посторонних стоит дорого, а оставшегося как раз будет хватать на пропитание одной маленькой служанке. Умойся, средневековый суд!
Единственное, что мы не смогли продумать, это ширму, прикрывающую наши «не женские» делишки.
– Пап, а мы можем съездить в порт?
– Через месяц – хоть на другой конец света, а пока что никаких матросов! – грозно нахмурился граф.
– Да я знаю, знаю, – непроизвольно начала оправдываться. – Но мне нужно переговорить с капитаном «Бризона».
– Гретта, какие…
–…плантации, мать твою?! – оказывается, лысый черт все еще продолжал что-то орать, пока я обдумывала возможные претензии местной налоговой.
Отец непроизвольно кивнул и вопросительно посмотрел на меня. М-да, это будет сложно объяснить.
– Кофейные.
– Какие? – не понял граф. Я другого и не ожидала.
– Пап, а можно мне в путешествие?
– Доченька, ты меня с ума сведешь! – со стоном сказал отец и опустился на стул. Когда только Мира дотащила его до двери?
– Это будет чисто разведывательная экспедиция, честное слово, – заверила я его. – Никаких развлечений с матросами!
– Эксп... что? – запнулся граф.
– Ну, мне очень нужно узнать, если ли там кофейные ясли, – предельно честно ответила я.
То, что есть сами кофейные деревья, я ни разу не сомневалась. Вокруг не бегали единороги, не летали феи, на обед мне не приносили незнакомую пищу, а, значит, география и ботаника здесь похожа на Землю. Следовательно, и кофейные плантации имело смысл искать в жарких южных странах, таких как Лоппогорн, в который через две недели отплывал «Бризон» – маленький сухогруз, рекомендованный нам Майей, чей отец владел портовым городом на востоке королевства.
Так вот, я не сомневалась, что там есть нужные мне растения. Вопрос был в том, как их размножают. С одной стороны, плантации можно организовать прямо там. С другой, здесь же есть магия! Так почему бы не попробовать вырастить свою маленькую плантацию? Тепло я организую, с землей поможет Елизавета. А пока, по-хорошему, стоит самой смотаться на потенциальную кофейную родину. Жаль только, что несовершеннолетним без сопровождающих нельзя, и от этой зависимости я давно отвыкла.
Собственно, я начинаю заново именно по этой же причине. Если мне удастся вернуться домой, то отцу Гретты останется великолепная сфера деятельности, буквально кофейная монополия в Тионе. Если же нет… Она не помешает мне. Будь мой будущий муж нормальным человеком, не раздумывая взяла бы его в долю. Но здесь скорее нужно придумать, как его подвинуть, чтобы не давил своей властью, а лучше и вовсе отстал от меня.
Ладно, хватит прятаться.
Я открыла дверь, и нашим взорам предстал красный от гнева Роберто, у которого из ушей чуть ли не шел пар.
– М-м-м… – я была уверена, что он сейчас скажет что-то вроде «мерзкая тварь», но тут из темноты выглянул граф, от чего лысый черт мгновенно побледнел. Конечно, наговорить-то мне многое успел, пока изволил сердиться. – Мир милосердный! Господин граф, вы слышали, что она сделала?
– Я все слышал, Роберт, – сурово ответил господин отец. Ух, ничего хорошего Робину-Бобину не светит.
– Как…
