Мне позвонили из хедхантингового агентства (название которого я не слышал ни до, ни после) и попросили о встрече. В беседе выяснилось следующее: мне предлагают подписать контракт о партнерстве (пожизненный!) с неким «маркетинговым» агентством, занимающимся «мониторингом корпоративной информации». Если отбросить лишние слова, суть такова: «добрые дяди» гарантируют мне успешную карьеру. То есть фактически всю дальнейшую жизнь способствуют моему профессиональному росту, постоянному продвижению к высшим ступеням иерархии в крупнейших корпорациях. За это, со своей стороны, я обязуюсь снабжать их информацией о деятельности компаний, в которых буду работать…
В случае моего согласия новые партнеры собирались немедленно начать реальное сотрудничество, оплатив мою учебу в одной из лучших американских бизнес-школ. Раздумывал я недолго. «Контракт с дьяволом» был подписан.
На кого я работаю?
Явление, с которым я столкнулся, широко распространено на старом добром загнивающем Западе, где уже давно существуют агентства, занимающиеся корпоративным шпионажем в пользу своих клиентов. Не промышленным, а именно корпоративным – мои собеседники подчеркнули этот нюанс на первой встрече. Их интересуют не научные изыскания и инженерные технологии, а маркетинговые планы, управленческие решения, финансовое состояние компаний и прочее.
Бизнес агентства корпоративной разведки (АКР) построен следующим образом. Большинство клиентов постоянные. Клиент (обычно крупная компания) заказывает сбор информации о конкуренте (в некоторых случаях заказ может включать влияние на действия конкурента).
Как выполняется подобная задача? Чаще всего решением становится разовая вербовка обладателя секрета (для этого может пригодиться информация агента влияния), использование его втемную – например, можно организовать вызов человека на научно-практическую конференцию по родственной тематике и там умело «развести» на нужные сведения. Да и примитивный прямой шантаж тоже дает положительные результаты…
Однако зачастую нужен именно свой человек внутри фирмы. Как же он там оказывается? Взгляду обывателя, начитавшегося детективов, представляется такая картина: наспех подготовленный «засланный казачок» с разработанной легендой и липовым резюме пытается устроиться на работу под пристальным вниманием местной службы безопасности…
Да черт с ней, со службой безопасности! Он может банально не пройти собеседование. Тогда придется засылать следующего…
Отточенная годами технология выглядит совсем иначе. Агент никуда не засылается – он сидит в нужной конторе изначально! Дело в том, что настоящие АКР существуют не один десяток лет. Как настоящие спецслужбы, они выращивают своих резидентов годами. (Кстати, по словам моего куратора, затраты на развитие агента полностью окупаются уже в первые годы.) Конечно, в основном человека внедряют под конкретный заказ, введение агента в среду на перспективу (как раз мой случай) – практика менее распространенная, доступная лишь очень богатым компаниям.
Вербовка в большинстве случаев производится еще на стадии «созревания» перспективного специалиста. Дальше куратор заботится о карьере своего агента: помогает тому устроиться на работу в какую-нибудь крупную компанию и способствует продвижению по служебной лестнице. При этом совсем не обязательно работать в одной-единственной корпорации. Делаешь карьеру, как все нормальные люди, меняя места работы по мере необходимости. Другое дело, что при этом переходишь исключительно из одной популярной фирмы в другую. Соответственно, чем больше агентов разбросано по различным корпорациям, тем больше возможностей у их вербовщика. Несложно догадаться, что практически все AKP – сетевые, то есть имеют филиалы в разных странах. Оно и понятно, ведь клиентами тоже, как правило, являются мультинациональные корпорации.
Да, забыл сказать. Не подумайте, что мои кураторы мне платят. Подобное возможно только в крайне редких случаях, за выполнение каких-то уж очень специфичных заданий. Однако агента могут поощрить, чаще всего по итогам года. И исключительно «борзыми щенками» – интересным путешествием, дорогой бытовой техникой. А платит мне мой работодатель – компания, где я тружусь и о которой собираю разведданные. Агентство лишь способствует тому, чтобы с каждым годом этот заработок был все больше и больше. Каким образом? Например, спонсирует дополнительное образование. (Как правило, в самом начале пути. При нормальном развитии событий повышение квалификации оплачивает тот же работодатель…) Иногда может подкинуть необходимую для выполнения важного проекта информацию, полученную от других агентов. Или вовремя организует переход на повышение, естественно – в другую компанию. А в определенных случаях даже «отпихнет» карьериста-конкурента. Кроме того, в любой момент я могу обратиться за помощью по каким угодно рабочим вопросам – например, за консультацией эксперта.
Шпионские будни
Чем я занимаюсь каждый день? Да тем же, чем и любой другой офисный труженик. Вкалываю с утра до вечера на благо фирмы-работодателя, хорошо и, заметьте, честно выполняю свои обязанности. При этом и мотивы-то у меня вполне банальные – самореализоваться, сделать карьеру, заработать денег.
А вот что касается «шпионажа»… Обычно, если не поступает специальных запросов и распоряжений, я занимаюсь заурядным мониторингом. То есть собираю информацию, так сказать, из открытых источников, доступных мне по должности. И раз в неделю с домашнего компьютера по электронной почте высылаю отчет своему куратору. Отчет имеет стандартную форму с полями типа «финансовая информация», «маркетинговая», «личная». По мелочи за неделю накапливается много. Существенный момент: по инструкции я не должен сам оценивать важность информации. Приходится писать все подряд: от официальных решений на совещаниях до слухов в курилке, от кадровых изменений до внеплановых премий. Соответственно в графе «личная информация» я должен отметить, если кто-то из руководства приехал на новом автомобиле, купил недвижимость, женился или развелся и т.д. Изредка, в среднем раз в несколько месяцев, меня просят добыть информацию, доступа к которой я не имею. И тут мне случается применять «шпионские приемчики». Например, меня научили взламывать стандартные коды защиты персональных компьютеров на спецкурсе в Турции, проходившем под видом семинара по маркетингу. Однажды понадобилось раздобыть план финансирования нового проекта, и я покопался в файлах моего приятеля-финдиректора. В другой раз – достал закрытый прайс-лист в отделе корпоративных продаж. Впрочем, применять подобные «компьютерные навыки» приходится довольно редко. В основном обхожусь приемами попроще.
А вот особой техникой «установления отношений» с людьми, которой меня также обучали на специальных занятиях, я пользуюсь постоянно. Причем не только для поиска необходимой информации, но и в личных карьерных целях. На самом деле, согласно договору с кураторами, агент не обязан добывать информацию, если это сопряжено с высоким риском провала (потери репутации). Правда, если заказанные данные так и не получены, нужно долго объясняться и доказывать этот самый риск…
Иногда бывают задания, которые превращают меня из источника информации в «агента влияния», призванного направить действия фирмы в нужное русло. Несколько лет назад моя корпорация вела переговоры о партнерстве и даже слиянии московского подразделения с одним азиатским производителем. Кураторы поручили сорвать сделку. Переговоры шли долго, сопровождались периодическими визитами делегаций с обеих сторон. Несмотря на то что к проекту слияния (который, кстати, не афишировался) я отношения не имел, мне удалось принять участие в программе приема партнеров.
Днем – обсуждение дел в офисе, вечером – «культурная часть» (читай: прогулка по злачным местам). И так три дня. Один из приехавших китайцев попросил меня показать ему Москву в выходные. Думаю, у него тоже было задание – получить дополнительную информацию в неформальной обстановке. Ну что ж, на ловца и зверь бежит. После Мавзолея, Большого театра и Третьяковки он «напоил» русского друга в ресторане и ненавязчиво завел разговор о слиянии. Я и «проболтался», что реальная капитализация московской «дочки» не соответствует заявленной, что финансовые показатели подтасованы. Соответственно, при обмене акциями партнеры много потеряют… Китаец уехал весьма довольный – ему было о чем доложить своему начальству. Очевидно, моя «деза» легла на благодатную почву, да и не один я, скорее всего, занимался срывом этого проекта. В итоге сначала переговоры прервались, а затем вовсе были свернуты – сделка не состоялась… Кому все это было выгодно, кто мой настоящий заказчик? Если честно, в большинстве случаев могу только догадываться. Впрочем, тут все было очевидно – заказчиком оказалась корпорация, которая через несколько месяцев успешно осуществила слияние вместо нас, воспользовавшись перерывом в переговорах…
