— Мне было восемнадцать, когда я влюбилась в тебя.
Эти слова, произнесенные тихим голосом, заставили Ари почувствовать себя не столь уверенным в своих планах, по позвоночнику пробежали мурашки. Ее темные глаза были лишены какого-либо выражения, она смотрела на него, пытаясь угадать, провел ли он параллель между своей историей и тем, что случилось с ними. Он не просто испытывал боль, он навсегда потерял веру в ценность любви, веру в возможность создания серьезных отношений, основанных на глубоком доверии. Он никогда не сможет полностью раствориться в другом человеке.
Неужели все это чувствовала Кристина после расставания с ним? Он проделал большой путь, отвлекая ее от мыслей о прошлом и помогая сфокусироваться на настоящем и их совместном будущем? Неужели он нашел ключик к разгадке? Ему невыносимо было думать, что он поступил с ней так же, как с ним поступила когда-то та женщина.
Пока он искал слова, чтобы выразить то, что творилось у него в душе, она опередила его:
— Ты тоже развлекался со мной?
— Ни в коем случае! — решительно отверг он ее предположение. Он наклонился, умоляя ее быть справедливой по отношению к нему. — Тогда в моей жизни больше никого не было, Кристина. Я не играл с тобой и не собирался затем, бросив тебя, жениться на другой. Я никогда не смотрел на наши отношения как на мимолетное развлечение, ни на мгновение, клянусь. Я был очарован тобой.
— Совсем ненадолго, — горько усмехнулась она. — Я хорошо понимаю женщину, которую ты заманил. Наверное, тогда ты был неподражаем. Но она подходила к вашим отношениям с холодным расчетом. Слишком молода… это твои слова, обращенные ко мне перед расставанием.
— Теперь ты стала старше…
Острая необходимость побыстрее закончить этот мучительный анализ прошлых ошибок заставила Ари подняться. Он взял Кристину за руки, помогая ее встать со стула, и, заключив в объятия, произнес, вложив в свои слова всю страсть, которая кипела у него внутри:
— Когда я был с тобой, мой рассудок молчал, Кристина. И видит Бог, я потерял голову, встретив тебя вновь. С тех пор желание обладать тобой сжигает меня. Забудь о прошлом, Кристина. Не думай больше ни о чем.
Ари не мог больше сдерживать свою страсть. Единственное, чего он хотел, — заставить Тину выкинуть из головы все мрачные мысли и снова ощутить, как ее тоже захватывает всепоглощающее желание обладать им. Он жадно целовал ее, дико впиваясь в ее губы. Он почувствовал волну сладостного возбуждения, когда Кристина отозвалась на его ласки, отвечая ему взаимной страстью.
Не было больше сомнений.
Не было прошлого.
Только поцелуи.
Только прикосновения.
Только взаимное желание обладать друг другом. Она прижималась к нему всем телом, что возбудило его еще сильнее. Они следовали своим инстинктам. Ему была нужна именно она, он жаждал ее, стремился полностью завладеть этой женщиной. Он поднял Тину на руки, прижал к груди и понес на кровать. Как только они оказались в постели, она развязала кимоно и широко раздвинула ноги, нетерпеливо призывая его проникнуть в него.
Ари сорвал с себя одежду, мешавшую ему лучше почувствовать ее. Ее готовность к спонтанной близости возбуждала его еще больше, он не мог оторваться от ее разгоряченного тела. Она обвила его ногами, упираясь пятками в его ягодицы в попытке поторопить его. Он двигался жестко и быстро, пытаясь хотя бы немного отодвинуть кульминационный момент, словно подросток, который впервые занимается сексом.
Тщетно он пытался контролировать себя. Ари попробовал замедлиться, но Тина не позволила ему сменить ритм, движением тела призывая его двигаться все быстрее и быстрее. Он чувствовал, как ее плоть то сжималась, то расслаблялась вокруг его плоти, и из его горла вырвался стон наслаждения.
У него закружилась голова от невероятного удовольствия. Тина приподняла голову, и он почувствовал первый спазм ее начинающегося оргазма. Он не мог больше себя сдерживать и закричал, содрогаясь в сладостных волнах. Их слившиеся в одновременном оргазме тела пылали жаром, и он чувствовал, что близок к обмороку от захватывающих ощущений.
Он упал на нее, и Кристина крепко сжала его. А что чувствовала она? Он хотел знать это. Он хотел быть уверен, что стер все воспоминания о прошлом из ее памяти. Ари приподнялся на согнутых локтях, чтобы посмотреть на ее лицо. Она лежала с закрытыми глазами, с откинутой головой, губы были слегка приоткрыты, дыхание постепенно выравнивалось.
— Посмотри на меня, Кристина, — скомандовал он.
Он испытал торжество победителя. Она все еще чувствовала его плоть внутри себя и не спешила отпускать его. Это давало ему надежду на то, что она не захочет покинуть его, не сможет отказаться от того наслаждения, которое они испытывают вместе. Ее взгляд постепенно прояснился. Кончик языка пробежался по пересохшим губам. Ари безумно захотелось коснуться их своим языком, но если они снова начнут целоваться, важность момента отойдет на задний план, и он так и не узнает значения всего произошедшего.
— Это то, что есть у нас сейчас, Кристина, — страстно произнес он. — Это наше настоящее, и тебе хорошо в нем со мной.
— Да, — выдохнула она, слабо улыбаясь ему в ответ. — Мне очень хорошо с тобой.
Он удовлетворенно кивнул:
— Мне тоже. И я искренне верю в то, что так хорошо нам будет всегда, если мы оба захотим этого.
Ари потянулся к ее лбу и откинул непослушные пряди мягких темных волос, продолжая пристально смотреть ей в глаза, словно пытаясь навсегда запечатлеть в ее сознании то, в чем она наконец себе призналась.
— Мы можем стать с тобой прекрасными партнерами во всех сферах жизни, Кристина, начав все сначала, с настоящего момента. Давай смотреть только вперед и больше никогда не оглядываться на прошлое. Согласна?
Тина не торопилась с ответом, но и не пыталась отвести глаза. Она всматривалась в лицо Ари как можно внимательнее, словно хотела понять его мысли, увидеть его душу. Больше он ничего не скрывал, но ему все равно было тяжело перенести момент ожидания. Его нервы были напряжены до предела.
Он больно ранил Тину, и она вынашивала эту боль годами. Сегодня вечером он разбередил старую рану, а потом попросил ее отпустить прошлое и больше никогда не возвращаться к нему. Он просил ее о большом одолжении. Он помнил ее взгляд, полный мучительной уязвимости, который она бросила на него после того, как они заключили договор о совместной ночи. Но только что Ари доказал, что ей нечего бояться близости с ним. Он знал, что доставил ей истинное удовольствие.
Кристина возьмет из прошлого все самое лучшее, что было между ними, а остальное оставит в прошлом. Это было нужно их общему ребенку, и это нужно было им самим. И она не могла отрицать очевидное.
