Фон Диц — не землевладелец, не управленец, и не военный. Но это носитель тех качеств, которые были выработаны его предками, рыцарями и господами, жившими в бургах. И своих детей он может воспитать носителями тех же аристократических качеств, посреди современной Москвы, проживая в обычной квартире и не имея в своём подчинении ни одного человека.
Вывод напрашивается несколько шальной, но если вдуматься — реалистичный. Новую аристократию можно вывести в пробирке. Искусственно. Не имея тех естественных условий, в которых аристократия формировалась. Если разработать детальный кодекс чести дворянина, если ребенку с пеленок прививать этот кодекс, чтобы он чувствовал, дышал, ходил, как дворянин, когда–нибудь можно будет даровать ему дворянство, а возможно и княжеский титул. И вот эти–то новые дворяне составят основу правящей элиты Священной русской империи. Но это не сразу, на это уйдут десятилетия.
В задачу национальной диктатуры входит лишь заложить фундамент для создания нового дворянства. Дворянское сословие при диктатуре ещё не появится и, даже реставрировав монархию, мы не станем торопиться объявить о создании этого сословия, не станем вот так сразу раздавать титулы, как награду за верную службу.
Кроме духовенства, единственным сословием, которые будет сразу же учреждено, станут госслужащие. Бюрократия. На представителей власти будет распространяться сословное законодательство, и они будут подсудны только сословному суду. И это законодательство будет куда более суровым, чем общегражданское. Госслужащим, начиная с определенного чина, запрещено будет иметь собственность, за коррупцию их будут карать примерно так же, как убийц. Почти за все преступления сословное законодательство для госслужащих будет предусматривать более суровое наказание, чем общегражданское законодательство для всех остальных.
Государство обеспечит чиновника всем необходимым для жизни, но ни чего из этого он не сможет передать по наследству. Хорошая квартира, хорошая машина, хорошая дача достанутся преемнику по должности, а не вдове и детям. О вдове государство позаботится, а дети должны будут сами всё для себя зарабатывать. Баловней, все блага жизни получающих с рождения, больше не будет.
И вот понемногу, в недрах сословия госслужащих, среди нового имперского офицерства, Бог даст, начнет вызревать новое дворянство. Дворянином может быть только тот, кто служит государю. Если дворянский сын захочет стать бизнесменом или свободным художником, он перестанет быть дворянином. Он может, конечно, быть музыкантом или артистом, но только в императорском театре. Вполне понимая, что настоящее дворянство — это дворянство наследственное, мы всё же не станем признавать дворянства за теми, кто покинул государеву службу. Если пять поколений твоих предков служили государю — ты представитель знатного дворянского рода, а если ты не хочешь служить государю — ты больше не дворянин, к своему собственному роду уже не принадлежишь, ты прервал свой род, и твоим детям всё придется начинать с начала, если захотят.
Так же и с рюриковичами, которые непременно повылезают изо всех щелей, как только будет реставрирована монархия. Пошёл на государеву службу — у тебя появляется шанс на признание за тобой древнего титула, и то, как говорится, «будем посмотреть», а если всё на что ты способен — предъявить своё генеалогическое древо — над тобой просто рассмеются.
Та «пробирка», в которой мы создадим новую аристократию, будет выглядеть очень сурово. Что–то вроде нацистских орденсбургов. Мальчика забирают из семьи и помещают в некое подобие монастыря. Высокие стены, мощные башни, маленькие кельи на двоих. Здесь мальчиков будут обучать священники и офицеры, поэты и физики, механики и ремесленники. Обучение будет самым всесторонним, рассчитанным на гармоничное развитие личности, а воспитание — в духе аскетизма. Качественное, но самое простое и скудное питание, жесткая постель, подъемы на рассвете, марш броски и физическое упражнение до полного изнеможения, военная муштра и непрерывное богослужение. Эти мальчики будут пить только воду. Замечательную ключевую воду. Здесь даже чай будет считаться напитком изнеженных сибаритов.
Одна из главных задач воспитания — привить презрение к богатству, к роскоши, к комфорту, к собственности вообще. Эта жизнь должна будет формировать людей, дух которых управляет плотью, а не наоборот. Что такое развлечения эти мальчики вообще не будут понимать, зато слова «долг», «честь», «благородство», «самоотречение» станут ключевыми понятиями их мировосприятия.
Здесь будут воспитывать правящую элиту, новую аристократию на основе тех добродетелей, которые выработала древняя аристократия, но путь новой элиты будет иной. Ни одному из них лет через десять такого воспитания вы не сможете объяснить, что значит слово «моё» даже в словосочетании «моя жизнь». Это будут государевы люди, люди, которым ни что не принадлежит, кроме власти, а сами они будут принадлежать только Богу и государю.
Не все из них смогут стать такими, по ходу воспитания и обучения будет отсеиваться ни как не меньше половины. Не все станут военными, это не всем дано и не всем надо, но, безусловно, из этой школы будут выходить лучшие офицеры и военачальники. Губернаторами и министрами тоже станут не все — к управлению людьми нужна врожденная предрасположенность. Кто–то станет ученым или художником — вы потом встретите этих людей во всех слоях общества. Здесь каждому помогут раскрыть его таланты. Но главная задача этих военно–монашеских училищ — воспитание правящей элиты.
Когда мы запретим аборты, количество детей, которых матери оставляют в роддомах, резко увеличится. Мы не станем этому препятствовать. Мать, которая решила бросить своего ребенка, всё равно была бы плохой матерью. Но те, кого мы сейчас называем детдомовцами, станут единственной привилегированной группой общества. Они будут жить в домах примерно уровня хорошего отеля — в комнатах по двое. Они будут получать лучшее (но простое) питание, лучшую (но простую) одежду. Их будут обучать лучшие преподаватели. Их образование будет направлено на раскрытие индивидуальности, на поиск талантов, и не сомневайтесь — таланты в каждом найдутся.
Эти дети будут считаться усыновленными государем. Любой, кто обидит одного из них — оскорбит лично государя и подпадет под действие закона об оскорблении величия. Это не значит, что их не будут наказывать, воспитание будет достаточно суровым, но построенным на подчеркнутом уважении к достоинству личности.
Новые детские дома наряду с орденсбургами станут питомниками, где выращивается правящая элита. Эти дети — наш золотой фонд. Они с самых первых дней жизни не будут знать, что такое собственность, их не надо будет отучать от привычки чем–то владеть. Одновременно с этим они будут раз и навсегда избавлены от заботы о куске хлеба, он им всегда будет гарантирован. Если, конечно, став совершеннолетними и получив образование, они не захотят пойти в бизнес или в свободные профессии. Это не будет запрещено. Но даже если один из десяти этих детей проявит талант управленца — он станет управленцем. Именно в этих детских дворцах мы в первую очередь будем искать кандидатов на должности губернаторов и министров. И с самых ранних детских лет их будут обучать науке управления и прививать необходимые для этого нравственные и психологические качества.
А что мешает?
Всё это кажется сказкой? Но скажите, что нужно для того, чтобы сделать её былью? Тупо деньги. А денег в России на самом деле — сколько угодно. Надо всего лишь потрясти за ноги пару миллиардеров и тут же появятся средства и на этот проект, и на многие другие. А что, так трудно потрясти их за ноги? Для этого–то что нужно? Взвод спецназа. Ну и, конечно, добрая воля. Собственно, на сегодня это главная проблема. Власть не обладает доброй волей. Власть не хочет, чтобы вместо убогих детских домов у нас появились прекрасные детских дворцы. Отнять власть у богатых и заставить их строить дворцы для детей — не такая уж сложная задача, надо только этого захотеть.
Значит, всё, что нам нужно — чтобы к власти пришли абсолютно бескорыстные люди, которые ни чего для себя не хотят, у которых только одна мечта — новая Россия. Такие люди бесспорно есть уже и сейчас, но при помощи демократических процедур они ни когда не придут к власти, потому что демократия — власть богатых, а богачи сами себя ни когда не обидят.
Впрочем, может быть такой вариант — богачи приведут через выборы к власти человека, который сможет их обмануть, всем своим видом изображая, что будет служить интересам капитала, а, оказавшись у власти, покажет им козью рожу — отменит демократию, введет диктатуру, возьмет курс на реставрацию монархии и заставит капитал служить народу.
