Читаем без скачивания Та, которой не должно быть… - Лариса Соболева

– Я не шланг, – оскорбился Джидай.

– Прости, если обидел. Давай так: если заметишь, что они засели в засаду и ждут пешехода, сразу звони мне. И хорошо бы на видео снять…

– Видеорегистратор есть в каждой машине.

Руслан дал ему визитку, а прощались, скрепив договор рукопожатием, – ничто так не сближает, как общее дело.

Дома Жанна только ночевала, а спозаранок мчалась к Эдгару, ставила машину в укромном месте большого двора между многоэтажками и ждала. Надеялась, он выйдет за куском хлеба насущного в близлежащий магазин. А он не выходил.

– Заболел, что ли? – гадала она.

Во дворе Жанна торчала бы и на следующий день, и через день, и через два – как последняя дура, если б Эдгар не приехал домой в это раннее утро. Жанна, конечно, озадачилась: когда же он выехал, если она здесь торчала с шести часов? В четыре, в пять, что ли? Нереально.

Эдгар оставил свою ржавую тарантайку у подъезда, значит, собрался в скором времени уехать. Да, не прошло и пятнадцати минут, он вышел с большим баулом и укатил. Жанна решила, Эдгар уезжает, и это было бы кстати. Она же мечтала забраться в его квартиру, правда, пока плохо представляла, как это сделать. Но идеи приходят, когда их не ждешь, а пока Жанна следовала за ним по пятам, чтоб знать наверняка: уехал или нет.

Но он отправился за город, Жанна – за ним. Участок, куда Эдгар въехал, большой и неухоженный, в глубине – приличный дом, кругом елки-палки да лес густой. Что он здесь забыл? На заборе Жанна увидела табличку с информацией: «Сдается половина дома», внизу таблички написан нетвердой рукой номер сотового телефона. Жанна внесла его в мобильник и побежала к своей машине – она предусмотрительно не подъехала к усадьбе. В салоне Жанна позвонила по номеру, списанному с объявления, ответил старческий голос.

– Мы с мужем ищем жилье, – сказала она. – Вы сдаете половину дома, почему не весь?

– А половину уже снял молодой человек. Да вы не беспокойтесь, площадь на второй половине большая, пять комнат. И входы на обе половины отдельные, но соединяются дверью, которая закрывается на ключ. Господи, ее вообще можно шкафом заставить. Молодой человек, которому я сдала половину дома, вполне приличный, хлопот вам не доставит.

– Мы подумаем. Сначала я должна показать дом мужу, и если ему понравится…

– В таком случае, вам покажет дом молодой человек. Он знает, где лежат ключи от второй половины.

– Вы доверяете первому встречному?

– Что вы! У молодого человека прекрасные рекомендации, я бы не сдала семейную реликвию абы кому.

– Тогда все в порядке. А как его зовут?

– Эдгар. Красивое имя, не правда ли?

– Безусловно. До свидания.

Ну, дела: Жанна караулила его в городе, а рахат-лукум переселился на пленэр! Чудо-парень не хочет жить в квартире, где жил с Нинкой? Но каков жук – половину домищи снял, зачем одному столько? Впрочем, у него всегда были замашки шейха.

– Слабак, – презрительно бросила Жанна и подхватила с соседнего сиденья звонившую трубку. – Вова! Ты с хорошими новостями или так себе?

– С хорошими, – ответил он. – Все, приезжаю в воскресенье.

– Только в воскресенье?! Ты плохой. Бросил Жанночку одну и обещаешь каждый день: завтра, завтра, а сам обманываешь девушку. Я тут до воскресенья загнусь! Не люблю оставаться одна.

– Поверь, я старался…

– Плохо старался.

– Встретишь меня?

– И не подумаю.

– Встретишь. (Она буквально увидела его улыбающуюся довольную физиономию и громко фыркнула, чтоб сильно не заносился.) Целую тебя, жди.

Жанна кинула трубку на сиденье и тихонько, чтоб не угробить машину по бездорожью, тронулась с места. Конечно, злиться на Володю – неправильно, да она и не злилась. Это он помогал организовать похороны, Жанна тогда была в состоянии шока, соображала туго. Вовка постоянно находился рядом, ночевал в одной с ней квартире, но в разных комнатах, проявлял участие, заботу и ничего не требовал взамен. А она, чтоб уснуть хотя бы ненадолго, пила стаканами спиртное. И вела себя не самым лучшим образом, сейчас стыдно вспоминать. Психушка вообще особая статья.

– Этого я им никогда не прощу, – сказала Жанна, скрипнув зубами.

Стоило вспомнить дни и ночи среди дуриков, как накатывала ярость, зубы скрежетали, а пальцы сжимались в кулаки. Сделать из нее идиотку не дал тоже Вовка, ей в жизни крупно повезло встретить его.

Жанна с усилием переключилась на Эдгара, иначе можно остаться без зубов – так сильно они терлись друг о друга. Итак, раз он снял дом, то и вещи перевез в него, следовательно, заветная тетрадка с ним. Теперь нужно дождаться, когда Эдгарик покинет домик, и пробраться в его новое жилище.

– Как же войти? – спросила себя Жанна. – Ладно, способы поищу в Интернете… Кстати, у Вовика куча инструментов есть, он ведь на все руки… Возьму с собой все. У кого бы проконсультироваться, какая железка для чего предназначена?

В пятницу в двадцать два часа по команде Джидая игроки расселись по машинам и не спешили стартовать. В салонах шло бойкое обсуждение полученных текстов, их следовало расшифровать, в результате чего определить места кодов. Задание желательно выполнить до окончания отпущенного времени, чтобы не только получить новое, но и, если повезет, бонус.

Джидай закурил, облокотившись о капот авто черной масти, к нему присоединился Звездин – второй организатор, настоящий латинос мачо, по которому горько плачет Голливуд. Он то и дело подносил руку с часами к глазам, а Джидай бросал косые взгляды в сторону компании Кильки по имени Майка, она махала чего-то там ручонками, шипела на пацанов, огрызалась. За его «бросками» проследил Звездин и не сдержался:

– Какого хрена пустил мелюзгу в игру? Проблем мало? Они же тупые! Вот залезут эти тупари куда-нить не туда, нам всем головы поотрывают.

Джидай, обычно грубо ставивший на место тех, кто любит умничать и учить жить, удивил спартанским спокойствием:

– За Кильку несет ответственность капитан, это записано в правилах.

– Да плевал ее папашка на наши правила.

– Ладно, я за Килькиной машиной поеду, буду их вести.

– Чо-чо-чо? – сморщился Звездин. – Поедешь за… Будешь пасти детишек? Джидай, ты заболел? Тоже мне – Мэри Поппинс.

– Не спорь, так надо…

Но Звездин продолжил убеждать Джидая, что опекунство не их сфера интересов, нужно иметь дело с людьми взрослыми, которые отдают отчет своим поступкам, а не с юношеским неадекватом. Тот слушал вполуха, если вообще слушал.

А в салоне авто «неадекватов», из-за которых возник односторонний конфликт, стояла нервическая обстановка. Длинный и худой Гарик, эдакий переросток с нежным девчоночьим ликом, водил пальцем по карте, пытаясь найти хоть одно знакомое слово из шифровки. Смайл обнимал ноутбук и ждал своего часа, когда нужно будет отыскать информацию в Интернете. Остальные высказывали разного рода предположения, но неуверенно.

– «Багратион с яблоком лежит на рельсах…» – перечитала вслух Майка, подумала и спросила: – А что такое «Багратион»?

– Может, новый сорт пива? – предположил Ром, его круглая мордаха расплылась в улыбке сладострастия, ему бы только пиво пить. – Тогда нам прямо к пивзаводу…

– А если такого сорта нет? – желчно передразнил его Гарик. – Вдруг это парикмахерская? Или кофейня. Скажешь тоже – может! Пф! Так мы всю ночь будем ездить, а здесь указан адрес точно, без «может», его надо понять.

– Нет, это слово – Багратион – я реально где-то слышала.

Майка закатила глаза кверху, вспоминая странное слово, напоминавшее ей заклинание, впрочем, заклинаний она тоже не знала.

– Ну, ребята, вы и… – Смайл не закончил фразу, иначе все обиделись бы. – Багратион – это князь, генерал, командовал второй русской армией в начале войны тысяча восемьсот двенадцатого года…

– Ух, ты, блин! – хихикнул Гарик. – Ты у нас полиглот.

Смайл заржал, подтянув коленки к подбородку:

– Полиглот – человек, владеющий языками… Иностранными… Многими… Ох-ха-ха-ха…

– Так, – настала Федькина очередь взять слово. – Раньше улицы называли именами великих… Кажется, у нас есть улица Багратиона. Открывай карту города, Смайл, и вноси фамилию в строку поиска…

Через минуту они с гиком-криком победителей выехали с места парковки, правда, третьими по счету, но не последними же!

– Я поехал, – отбросил в сторону сигарету и Джидай.

Он сел в черную машину и газанул. К ночному городу Джидай испытывал особенную любовь, его магически притягивали покой и пустота, почти мистическая красота электрического сияния, громады зданий, растушеванные темнотой. Когда он мчался между стройными рядами фонарных столбов один, чувствовал себя властелином этого каменно-бетонного безмолвия. Главное, в изломанном городском пространстве ощущалась защищенность, Джидай не боялся ночного города, он хорошо его знал.

Знал также, какое задание попалось Килькиной группе. Задания эта группа будет получать простейшие, для неполноценных, умственно отсталых, но еще не конченых дебилов. Джидай продумал каждую локацию, чтоб детки щелкали головоломки и входили в раж от успеха, а играть они будут в отдельную игру – таков его план. Разогретым удачей ребятам обязательно захочется совершить нечто яркое, что кипятит кровь. И если это они играют в смертельные игры на проезжей части, то, чувствовал Джидай, обязательно захотят испытать знакомый драйв сегодня. Тогда пускай молятся всем богам. Джидай сопровождал команду по соседним улицам и переулкам, иногда опережая экипаж, который ехал в правильном направлении.