Читаем без скачивания Та, которой не должно быть… - Лариса Соболева

– Чья тачка?.. На которой сюда приехали – чья?!

– Па… па… па… – заело Майку.

– Ключи!!! – Джидай протянул руку с растопыренными пальцами.

– Лови! – крикнул Федор, сообразивший, что к чему.

Невозможно – в полумраке, при свете ручных фонариков, лучи которых то и дело «плясали», но Джидай ключи поймал! Скорее интуитивно рассчитал траекторию полета, чем увидел, как они летят. Сразу же он скрылся в проеме, оставив салаг в роковом здании одних.

Выскочив наружу, Джидай на секунду замер, определяя на слух сторону, в какую уехал автомобиль неизвестной марки. Пустой город неплохой подсказчик, он выдал направление, а ориентироваться Джидай смог бы и вслепую. С нуля он взял совершенно дикую скорость, на ходу пристегнулся и, выкручивая руль, всматривался в даль – где он, где автомобиль? Эта часть города ночами пустует, так где же?..

Вот и стройный ряд фонарей, ровная проезжая часть, на которой светились маленькие точки огней. Джидай усмехнулся: теперь не уйдет. Одной рукой он вынул из нагрудного кармана мобильник, нажал на кнопку и ждал ответа. Джидай тщательно готовился к сегодняшней ночи, просчитал, что связь может понадобиться внезапно, поэтому номер Руслана поставил на экстренный вызов.

– Мне звонили твои ребята, – обошелся без приветствия Руслан. – Что у вас?

– Парень… кажется, его убили. Я преследую возможного убийцу…

– Джидай, не делай этого! А если он вооружен?..

– Уже перестрелял бы нас, – перебил Джидай, вставляя трубку в подставку для телефона. – Еду к району Будкино. Трубу не отключаю. Буду комментировать, пока хватит зарядки. Сворачиваю на Ушакова…

В это же время Лариса читала, лежа в постели, но подняла глаза на Виталика и задумалась, взглянув на него по-иному. В матовом свете настольной лампы Виталькино лицо выглядело профессорским, не хватало разве что очков в массивной роговой оправе.

Никогда он не будет принадлежать только ей, да и глупо требовать этого от мужчины, она уже сейчас чувствовала, что стала запланированным дополнением к его укладу. То есть: его шкафчик достижений был заполнен не полностью, теперь одна из пустых ниш закрылась, осталась парочка каких-нибудь, и заполнить их для Виталика не проблема. Он не станет изменять, предпочтет удобный секс дома, чем гоняться за шлюхами; с удовольствием исполнит ее капризы, обустроит быт, купит букет цветов, поведет в ресторан… Но будет делать это все попутно, между своими увлечениями, которые, кстати сказать, забирают уйму времени.

Вместе с тем Виталий очень любит ее, данный факт перевесит отрицательные стороны, которые, в сущности, ничтожны, но она уже придирается. Как будто Лариса состоит из одних достоинств – нет же. Вот зачем она скрыла, что ездила с Эдгаром за город? Он прекрасно ориентируется в городе и за его пределами, без нее обошелся бы. Однако ей интересен Эдгар как весьма неординарная личность.

Рос он в детском доме, но оказался сверходаренным, это отмечали и в школе, и в институте, его уже на пятом курсе пригласил один профессор в свою независимую фирму, занимающуюся научными открытиями… кажется, так. Лариса сомневалась, что правильно поняла Виталия, с наукой она не на ты, а уточнить сейчас – внутренний голос удержал от этого неосмотрительного шага. Эдгар получил пару премий, его приглашали на Запад, но ему и здесь неплохо, работает в удаленном доступе, следовательно, властелин своего времени. Ему же не надо на работу топать каждый день, только ездит на защиту своих разработок, которые продаются на Запад. Много найдется успешных людей из детских домов? А то, что технарь по натуре оказался романтиком, с тонким и ранимым внутренним устройством, – вообще фантастика. Но зачем скрыла от Виталия? Нехорошо.

– Ты никогда не рассказывал о Нине, какая она была? – спросила Лариса, надеясь, что диалог органично выйдет на новое жилье Эдгара, тогда она признается, что помогла найти усадьбу.

– Тебя интересует общественное мнение или мое личное? – стуча по клавиатуре ноутбука, кинул ей встречный вопрос Виталий.

– М… – попала в затруднение Лариса. – Оба мнения.

Виталий сидел к ней вполоборота, теперь же развернулся анфас. Он всегда улыбается, когда смотрит на нее, и Лариса тает от сознания, что основательно скрутила этого прекрасного мужика и завидного жениха, кстати сказать.

– Нина – милый, пушистый котенок, которого хотелось держать в руках, ласкать, прижимать к себе, играть с ним. У котенка был дивный голос, как у сирены – певуньи морских глубин.

– Не нравится мне вступление, – сморщила носик Лариса. – Ты говоришь с иронией, значит, во второй части нарисуешь монстра.

– Не угадала. Нина – это… это…

При слове «это» Виталик мечтательно закатил глаза и сделал круговое движение рукой, что Лариса поняла однозначно:

– Ты был в нее влюблен.

И вдруг Виталий с места полетел в постель, Лариса завизжала, закрывшись подушкой, но он упал рядом, затем убрал подушку и поцеловал ее в нос.

– Немного, – наконец она получила честное признание. – Я же сказал – сирена! Нина не только воздействовала на слух, от нее исходила опасность потерять себя из-за безумной страсти к ней. Как только я это понял, задавил чувства сразу.

– Задавил чувства? – удивилась Лариса. – Такое возможно?

– Конечно! Ум должен управлять телом, а не наоборот – китайская мудрость. Говоря современным языком, Нина секси, у которой вся природа была нацелена на завоевание мужчин. Подобные женщины встречаются крайне редко. Многие хотят быть такими, но ими надо быть, иначе на первый план вылезают вульгарность и пошлость. Им не нужен ни ум, ни знания, ни опыт, работать тоже не нужно – они не для работы. Зато рядом с ними мужчина чувствует себя полноценным самцом и гарцует, гарцует… Но она же хищный звереныш, который всегда уйдет к более качественному самцу. Так что, если б не случилась трагедия, Нина легко бросила бы и Эдгара, как бросила Алексашку. Она это делала не ради спортивного интереса, просто жила, как… маленький зверек живет своими зверьковыми заботами.

– Значит, Нина была красивей Жанны?

– Вовсе нет! Жанна – совершенство, этим она скучна. А Нина… была премиленькой и только. Но мужики ползли на Нину, словно зомби.

– Извини, это Руслан, – выскользнула из его объятий Лариса, потянувшись за трубкой, звонившей на журнальном столике. Выслушав, она вздохнула: – Руслан требует нашего с тобой присутствия – очень странное дело.

– О, не-ет… – застонал Виталька, накрывшись подушкой. – Почему мы? Есть же дежурные!

– Поторопись! Там убийство. Необычное.

Лариса отняла подушку, чмокнула его в подбородок и слетела с кровати – ей бы только работать!

15

– Итак, нам ясно, что ничего не ясно, – сделал вывод Виталий после осмотра трупа, пристегиваясь ремнем безопасности в машине. – Руслан, садись быстрее, я устал как собака.

Шел шестой час новых суток, осенний холод, отвоевавший за ночь у дневного тепла этот маленький временной отрезок, заползал под одежду, пробегая по телу вверх-вниз.

Обследовали полностью дом, где убили мальчика, отпечатки обуви убийцы найдены, но ни одного четкого и полностью. Впрочем, и этого хватит, чтоб предъявить преступнику обвинение, останется сравнить размерчик, сделать экспертизу почвы, взятой на месте преступления, и той, что на подошве обуви… Дело за малым: срочно найти того, кто убил юношу, и изъять у него ботинки.

Но кто убил и, главное, зачем? Парнишка наверняка не сделал за свою короткую жизнь ничего, что могло повлечь ответное преступление. И его друзья серьезных проступков за ним не знали, они не лгали, это читалось по их потрясенным, растерянным мордашкам, по зареванным пуговкам-глазам Заваровой Майи и по тому, как они жались друг к дружке, ища опоры.

Руслан забрался в салон автомобиля Виталия, задумчиво мял сигарету, его мысли озвучила Лариса:

– Не везет нам, да, Русик? Не расплевались с дорожными «шутниками», а тут новое дело на нас скинули.

Пришлось ему сознаться, что вляпался он по собственной инициативе, поручив Джидаю следить за «салагами». А события развернулись по другому сценарию. Организатор ночных игр Джидай, найдя труп парня, ринулся в погоню за убийцей, невзирая на опасность. Молодец мужик, но не догнал убийцу. К сожалению.

– Я надеялся, хотя бы номер увидит, – сокрушался Руслан, – поэтому долго не уговаривал отказаться от преследования преступника…

Виталий – человек миролюбивый до такой степени, что иной раз эта его черта подвергалась критике, мол, абсолютно всем хорошим не будешь, нечего и стараться. Так вот он, кажется, принял совет к сведению – не быть хорошим – и высказался неожиданно резко:

– А следовало уговорить! Нет, ты слышала? Он надеялся! Рисковать – это ваша прерогатива, друзья мои. Своими жизнями рискуйте сколько угодно, а людей подставлять права вы не имеете.

– Ты бы тоже так поступил! – завелся Руслан.