В отношении губерний
В губерниях сих состояния, влияние более или менее имеющие, суть следующие: помещики (поляки), шляхта, евреи.
Из числа первых едва ли сыщется десятая часть, нам благорасположенных, и потому и нужно противопоставить им силу моральную. Сия сила может родиться от верующего.
К событиям в Царстве Польском многие поместья тех губерний вследствие повеления вашего подвергнуть конфискации и самым справедливым образом, ибо нарушители священной присяги сего достойны. Имения сии, разделив их по удобности на большие и малые, образовав так:
1) чтобы крестьяне сделались свободными;
2) чтобы подвержены были не иначе как распорядительным положениям, высочайше утвержденным, своим обязанностям, но в такой степени, чтобы они чувствовали весьма ощутительную перемену в улучшении своего быта, словом сказать, чтобы могли почувствовать свое блаженство; и чтобы сии насчет их обязанности и прав владельца распоряжения были так изложены, чтобы никакого не могло последовать по этому недоумения. Исправив таким образом участь сих имений, раздать их заслуженным и отличившимся, в особенности в нынешнюю войну, воинам с тем, что имения сии суть майораты, которые ни в коем случае не могут выходить из фамилии или подвергнуты какому-либо ущербу.
Таковым распоряжением вы наградите заслуги, соделываете счастливых и упрочиваете существование целых семейств людей заслуженных; водворяете новый разряд дворян, монархии и вам преданных. Выводите из состоянии несчастного крестьян, которые, воссылая за вас мольбы к всевышнему, уже, конечно, не подвергнутся никогда и никакому обольщению и не захотят перемены в своем положении. Сверх того, в сих новых помещиках вы будете иметь самую бдительную полицию, ибо, кроме правил, их собственный интерес к оному заставит, да и помещики поляки по принятии правительством таких мер поделаются прочнее.
О шляхте
Шляхта делится на 2 главных разряда: шляхта окольная и шляхта дробная, или чиншевая.
Первая имеет свою собственность, вторая живет по большей части по уговорам на землях помещичьих.
Небезызвестно всем и каждому, сколько шляхта вредна, в особенности в минуты неустройства, а потому и сему состоянию надо положить какие-либо к добру клонящиеся правила и взять меры к отнятию у них средств вредных.
Лет 10 прошло с тех пор, как рассматриваются права шляхт, и, кажется, доселе разбор о них не окончен и не будет окончен, если в. в. не потребуете сего настоятельно. Разбор сей заключается в том, чтобы знать, кто дворянин, кто нет. Тот, кто доказал, что он дворянин, пользуется и правами, достоинству сему присвоенными, тот же, который права не доказал, само собой разумеется, должен поступить в рекруты, хотя и вольных податных состояний, а потому я бы и полагал полезным поспешить окончанием сего разбора, а доколь всех тех, кои подвержены состоянию податному, подвергнуть тотчас и рекрутской повинности, а как оные десятки лет склонялись от оной, то по сущей справедливости подлежит с них в течение нескольких наборов брать вдвое против прочих. Те же, которые хотя и доказали свое дворянство, но не приносят никакой пользы государству, ибо не несут службы ни военной, ни гражданской по выборам, могут, мне кажется, подвергнуты быть по всей справедливости некоторым обязанностям.
Хорошо бы из них сортировать 2 сильных кавалерийских полка, которые должны быть всегда в комплекте, предоставя им для заманки некоторые преимущества, как-то: название, петлицы и т.п.
Срок служения положить 5 лет, по прошествии коих дать им права выходить юнкерами в армию. Полкам сим можно определить квартиру в С.-Петербурге, в Москве или в других местах, как, например, на Кавказе. По прошествии 5 лет тем, которые не пожелают продолжать военную службу, не принуждать их к тому, можно предложить селиться в тех местах, где находиться будут. В таком случае нужно предоставить им ощутительные выгоды, в особенности первым, ибо от примера сего много зависеть будет. Таким образом, вредная и ни к чему не полезная шляхта уменьшится, потеряет свою силу и соделается полезною.
О евреях
Народ сей, по моим понятиям, самый несчастный, ибо при многолюдстве оного и при стесненных оборотах по торговле он каждодневно беднеет, а при недостатках разного рода соделался и соделывается более порочен, нежеле был когда-либо, что по времени угрожает всякого рода неустройствами и дурными последствиями, а потому и нужно немедленно заняться, чтобы исторгнуть его из сего состояния, соделать его полезным.
Мне кажется, и сего достигнуть можно, составив под председательством особы, облеченной доверенностью государя и высокого сана, комитет, в котором бы заседали как чины, государем названные, так и знаменитейшие сочлены еврейского народа для состава положения о них.
Евреев можно бы было, думаю, разделить на 3 разряда: из одного сделать поселенцев, на основаниях доклада 1804 г., отводя им земли и предоставя выгоды, которые по времени обратятся в пользу общую. Из другого составить земские слободы во всех западных губерниях, подобно как таковых устроено по московской дороге, ибо многие из евреев отличные фурманы, что оградит губернии сии от сбора на почтовую гоньбу и упрочит состояние сих евреев, которые несли обязанности с вытии и пользуются правами ямщиков, могут быть пресчастливыми.
Наконец, третий разряд составит сословие торговое и, не быв обязано платить за бедных, как ныне сие по кагалам чинится, постепенно придет в цветущее состояние и не захочет изменения в жребии своем. <…>
Опочинин.
Белоруссия в эпоху феодализма. Т. 4. С. 84 -88.ИЗ МЕМУАРОВ ДЕНИСА ДАВЫДОВА (1836)
…Тяжкий для России 1831 год, близкий родственник 1812-му, снова вызывает Давыдова на поле брани. И какое русское сердце, чистое от заразы общемирного гражданства, не забилось сильнее при первом известии о восстании Польши? Низкопоклонная, невежественная шляхта, искони подстрекаемая и руководимая женщинами, господствующими над ее мыслями и делами, осмеливается требовать у России того, что сам Наполеон, предводительствовавший всеми силами Европы, совестился явно требовать, силился исторгнуть — и не мог! Давыдов скачет в Польшу, 12-го марта он находится уже в главной квартире армии, в местечке Шенице, а 22-го в Красноставе, где кочует порученный ему отряд войск, состоящий из полков: трех казачьих и Финляндского драгунского.
Шестого апреля он берет приступом город Владимир-на-Волыни и низлагает в нем одно из главных ополчений мятежников Волынской губернии.
Двадцать девятого апреля он, вместе с генерал-майором графом Толстым, загоняет корпус Хржановского под пушки крепости Замостья.
Седьмого июня, командуя авангардом корпуса генерала Ридигера в сражении под Лисобиками, Давыдов принимает на щит свой все удары главных сил неприятеля и не уступает ему ни шагу. Бой длится более трех часов. Генерал Ридигер, пользуясь стойкостью пехоты Давыдова, обходит сражающихся, ударяет в тыл неприятеля и сим искусным и отважным движением обращает победу на свою сторону. За этот бой Давыдов производится в генерал-лейтенанты.
В течение августа Давыдов, продолжая командовать то различными отрядами, то всею кавалериею корпуса генерала Ридигера, действует за Вислою между Варшавою и Краковым. Наконец, командуя в предмостном укреплении на Висле при местечке Казимирже, он отбивает учиненное на него всем корпусом Ружицкого нападение, предпринятое 28-го августа, и по совершенном низложении мятежа русскою армиею возвращается в Москву, на свою родину, к своему семейству.
Денис Давыдов. Литография К. Гампельна, 1830-е годы22 МАРТА 1831 г.
УКАЗ НИКОЛАЯ I СЕНАТУ О НАКАЗАНИИ УЧАСТНИКОВ ПОЛЬСКОГО ВОССТАНИЯ 1831 г.
При самом начале мятежа, возмутившего Царство Польское, предвидя влияние оного на умы слабые, готовые увлечься мечтами законопротивными к нарушению спокойствия в губерниях, возвращенных от Польши к империи Российской, мы в постоянном попечении о благе верноподданных наших жителей тех губерний обратились к дворянскому в оных сословию как знаменитейшему классу обывателей и изъявили оному ожидания наши, что оно употребит в сих обстоятельствах все усилия свои, дабы оказать нам и отечеству непоколебимую верность свою и постоянное ко благу общему усердие. Таковые ожидания наши совершились почти везде и повсеместно. Дворянство губерний Виленской, Гродненской и Волынской чрез временных военных губернаторов поспешило излить пред нами неизменные чувства верноподданнической преданности своей, а вслед за тем на самом опыте доказало, сколь охотно жертвует оно достоянием своим и трудами к удовлетворению многоразличных и значительных военных требований по снабжению действующей армии продовольствием и иными потребностями. Тем с большим прискорбием получили мы ныне сведения, что горсть людей неблагодарных, недостойных имени дворянского, забыв долг присяги и недавний еще новый обет верности, дерзнула нарушить спокойствие Виленской губ. в уездах Тельшевском, Шавельском и Россиенском; но с твердостью решили мы исполнить над ними пример заслуженного наказания, который остановит, мы уповаем, колеблющихся и возвратит заблудших к обязанностям долга и присяги.
