разберусь с ним, — Пушан кивнул головой, даже не обернувшись на сурового Тиро с Гаури на руках, — я приношу свои извинения за то, что усомнился в Избранном. Прости меня, Лекс, как я могу загладить свою вину?
— Давайте забудем об этом досадном недоразумении, — Лекс поморщился, — это все очень неприятно, я надеюсь, ты разберешься с мужем и больше такого не повторится.
— Ты очень великодушен, — Пушан склонил голову, а потом цепко посмотрел на Лекса, — ты хотел показать, что значат надписи на дощечке.
— О! Это другой вид цифр, это намного проще и понятнее, чем те, какими вы все пользуетесь, — Лекс придвинул ближе пустые дощечки взял стило в руку, — я сейчас покажу! Эти цифры более компактны и понятны, когда надо писать быстро или большие числа.
После этого Лекс с азартом стал объяснять арабские цифры. Количество углов и упрощенное написание чисел для счета. Когда не надо путаться с черточками и приглядываться к написанию цифры. И, кроме этого, не надо запоминать отдельно большие числа, а просто составлять их все из тех же цифр, что и прежде. Пушан пододвинул к себе старую дощечку, и показав пальцем на столбик, попросил объяснить, что это такое. Лексу пришлось объяснять, что такое умножение и как умножать в столбик двузначные числа.
Пушану понравились новые, «тайные» цифры и он начал сам писать стилом, пытаясь выводить их так же быстро и ровно, как и Лекс. Кроме этого, он записал что-то вроде таблицы умножения, его очень увлекла идея умножения, это была совершенная революция в математике в этом мире. Лекс, коварно улыбнувшись, обратил внимание наследника на ноль. Ноль — это удивительная цифра, как начало координат, не только обозначает начало следующего десятка, но и является началом любых чисел, как начало математики. А потом нарисовал линию с началом в ноле и делением на десятки.
Линейная алгебра была прекрасна в своей наглядности и гармоничной простоте. Она легко объясняла многие математические задачи, и даже умножение становилось простым и наглядным действием. Когда Пушан с восхищением уставился на рыжика, тот коварно поинтересовался, хочет ли тот узнать тайное знание, доступное только избранным? Наследник от восторга забыл, как дышать, и его зрачок расширился, как в преддверии оргазма. Похоже, тайные знания его возбуждали так же сильно, как и секс. Лекс довольно улыбнулся своим мыслям, продлил линию от ноля в обратную сторону и объяснил про числа с отрицательным знаком.
Сразу же возник скорее философский спор, как считать такие числа, как долговые обязательства или векторное движение. Тиро принес угольки, Лекс откинул карты со стола и они с Пушаном принялись увлеченно тыкать пальцами в расчерченный на столе линейный график. Плюс и минус как мерило жизни. Прибыль и долг. Сила и противодействие. Расстояние и длина.
У Пушана от удовольствия горели глаза, он выглядел взъерошенным и очень довольным. Новое знание пришлось ему по вкусу, так же, как и новые цифры, они действительно были проще в написании и легче в прочтении. Умножение было удивительной находкой, которое обещало облегчить расчеты, особенно при исчислении большого количества одинаковых чисел. Например, расчет оплаты воинам. Теперь не надо было рассчитывать монотонным сложением, теперь, зная количество воинов и величину выплаты, можно было сразу получить необходимую сумму, которую требовалось выдать из казны. Это было похоже на чудо!
Лекс посмотрел на расслабленного Пушана и, между прочим, спросил:
— А Гаури не рассказывал, что случилось с парнем, который говорил «Во-от»? — Лекс прикинул возможные варианты, по всему выходило, что парень был англоговорящим. «Во-от» — это, скорее всего, было «What». Парень пытался разобраться, что происходит и куда он попал, а, не зная языка, сделать это было затруднительно. Он, наверное, пытался договориться на языке цифр, как универсальном языке, но только цифры у каждого народа, как и буквы, свои собственные…
— Его признали одержимым злыми духами, — Пушан пожал плечами и провел пальцем по линии с отрезками обозначающие числа, — его забили камнями, а тело утопили в болоте. У нас бы такого выставили в Колизее против ящеров, и пусть бы боги сами рассудили, насколько он ценен для них.
— Уже утро, — Сканд зевнул, — я собираюсь проспать до вечера. Тиро, подай и мне каши, не хочу ложиться спать голодным.
— Я, пожалуй, пойду домой, — Пушан еще раз кинул взгляд на рисунок углем на столешнице и, довольно улыбнувшись, поправил тогу. После этого подхватил пару дощечек с расчетами и, наконец, вышел из комнаты.
— Если бы тебя признали одержимым, то я вышел бы на арену вместе с тобой, — Сканд развернул рыжика к себе лицом и провел пальцем по скуле мужа, требовательно заглянув в глаза, — мне все равно, одержимый или избранный. Ты мой, и я бы вышел на арену вместе с тобой. Если Гаури посмеет на тебя еще хотя бы криво посмотреть, то я его удавлю, как змею. Или Киреля на него натравлю, напрасно они считают, что я, кроме меча, ничего в своей жизни не видел. Если мне неинтересны склоки в сенате, то это совсем не значит, что я ничего в этом не понимаю. Я не позволю обидеть тебя никому. Ты не можешь быть злом, потому что мне с тобой счастье.
Сканд притянул к себе мужа и уткнулся носом ему в шею. Лекс, не ожидавший такого признания, обнял здоровяка за крепкую шею и запутался пальцами в волосах. Сканд вздохнул ему в шею и замер, наслаждаясь нехитрой лаской. Тиро заглянул в комнату, увидел обнявшихся супругов, оставил пару тарелок с кашей и мясом и начал недовольно бурчать, что день уже начинается, работы полно, а от хозяев опять толка не будет.
— Тиро, не нуди, — Лекс мягко выпутался из объятий и вручил ложку Сканду, — ну, чем мы можем помочь? Слугами командовать? Так вы с Тарой справляетесь с этим лучше нас. И, кроме этого, сегодня половина подселенных гостей будет собираться и съезжать в гости к родственникам. Не будем мешать людям с переездом. Пладий, насколько я понял, остался ночевать с женой и утром собирается возвращаться в старый город. Передашь им всем наши наилучшие пожелания, а мы отправляемся спать.
Сканд довольно хмыкнул, стянул кусок мяса из тарелки Лекса и провокационно улыбнулся. Похоже, у неутомимого амбала были свои мысли на тему, чем он займется в спальне, но Лекс сурово посмотрел на мужа и погрозил ему пальцем.
— Я сказал, спать! Столько дней без отдыха — это неправильно! Надо отдыхать! И пожалуйста, Тиро, поставь у наших дверей и окна охрану. Я хочу спокойно спать, не переживая, что
