город под власть Империи. Прислать туда войска для охраны и организовать префектуру, казармы и прочие административные структуры, чтобы люди знали, куда нести налоги с успешной торговли и строительства кораблей. Тем более, что в связи с последними событиями в старом городе, кораблей придется строить много. В старом городе были свои судостроительные верфи, но пока личи не уйдут в океан и пока не расчистят от обломков сам пролив, говорить о полноценном судоходстве в районе старого города не приходится.
В дом стали заходить гости. На удивление, Лекс действительно знал большинство гостей. Здесь были офицеры, чьи жены гостили в доме Сканда, и наместник старого города. Кроме этого, здесь был и толстяк, который был когда-то временным наместником в городе рыжих, пока Сканд собирал в нем трофеи и рабов, и множество аристократов, с которыми Лекс сталкивался в императорской ложе в Колизее. Со всеми остальными Сканд сразу его знакомил, не забывая добавлять, помимо знатности рода, чем конкретно этот самый аристократ занимается в столице. Кто-то содержал стойла породистых ящеров, кто-то казармы гладиаторов. Здесь были также и сановитые землевладельцы, на чьих землях собирались урожаи зерновых и фруктов. И, конечно же, виноделы! Здесь вино тоже делали из винограда и, безусловно, каждый землевладелец нахваливал свои вина.
Между делом выяснилось, что у Сканда тоже есть загородное имение. Там, правда, были каменистые, скудные земли, но по уверению Сканда, оттуда открывался прекрасный вид на море. Лекс сразу представил кривой, перекошенный на семи ветрах домик, который при шторме заливает соленой водой, и, радостно захлопав в ладоши, заявил, что обязательно должен там побывать! Сканд поцеловал его в щеку и пообещал, что обязательно его туда отвезет.
При разговоре с гостями выяснилось, что до первого пира беспокоить молодую семью считалось неприличным, и поэтому их не приглашали в гости, и не приезжали сами, но теперь, после пира, все желали заполучить в свой дом такую прелестную пару. Лекс только скрипнул зубами, неужели спокойные деньки закончились, так и не начавшись? У него столько планов, и походов по гостям среди них не было! Ему так много хотелось сделать, а тут, похоже, придется отбиваться от назойливых гостей! Поэтому, чтобы подкислить всем настроение, он у каждого гостя с самой заинтересованной моськой интересовался, как они справились с нашествием ворья в старом городе? Ведь у каждого аристократа в старом городе был дом, и не важно, был он оставлен для семьи или сдавался внаем, но ворье могло нанести урон самому дому.
Гости вначале растерянно переспрашивали, в чем дело, потом допытывались, откуда такие сведения, а потом большая часть гостей срывалась с места, чтобы быстрее проверить, насколько правдивы сведения и удалось ли сберечь имущество. Наместник старого города сбежал с праздника, не успев проститься со Скандом, его жена и младший муж едва успели запрыгнуть в паланкин, прежде чем крепкие носильщики рванули на улицу.
— Если ты пытаешься так избавиться от гостей, то совершаешь ошибку, они теперь обязательно припрутся в другой день, чтобы пояснить свое отсутствие на празднике и попытаться доказать, что они наши преданные друзья, поэтому гостевой бум может растянуться на несколько дней, — Сканд с довольной ухмылкой жевал что-то извивающееся на тарелке, — лучше один день перемучиться, чем терпеть их в своем доме целую неделю.
Лекс поджал губы, но согласился. Действительно, это — как экзамены сдавать, или всей группой, или наедине с преподавателем. Поэтому пришлось сосредоточиться на самих гостях, так, чтобы каждый понял, что хозяева им рады в этот раз и больше они могут здесь не появляться. Все гости не могли пройти мимо зеркал и восторгались коллекцией шкур. Сканд со старшими обсуждали, где и когда была добыта та или иная шкура и особенности охоты в разных регионах. Такая коллекция меховых шкур вызвала зависть не только у старших мужей, но и у младших, и, неожиданно, у большей части женщин.
Особенно большая белоснежная шкура по центру атриума. Снежная тень была редким хищником и очень агрессивным. Раздобыть шкуру в одиночку было почти нереально. А в случае, если в убийстве хищника принимали участие несколько человек, шкура делилась на части. Это был негласный закон этого мира и соблюдался он свято. Некоторые рода владели частями шкуры, которые в разное время добывали предки, и их хранили в сокровищнице. И поэтому целая шкура с лапами и головой была невероятным трофеем. Сканд довольно дул щеки и со значением поглядывал на Лекса, но рыжика больше заботило договориться с дядями и родственниками женщин, чтобы после праздника сбагрить их с семействами из своего дома.
У него получилось милостиво разрешить трем из пяти женщин покинуть их гостеприимный дом уже буквально завтра и отправиться к родне или вместе с мужьями вернуться домой. Лекс уже внутренне потирал лапки от удовлетворения, когда в дом заявились Пушан с Гаури собственной персоной. Сканд сразу подхватил рыжика и помчался приветствовать брата с мужем. Ящер так искренне светился от восторга, что может похвастаться брату своим домом, что совершенно не обращал внимание на ледяное лицо Гаури, застывшая улыбка которого больше смахивала на замороженный оскал, чем на радостное выражение. Но добродушный ящер судил о брате по себе, и поэтому с непосредственностью ребенка хвастался своим домом и рыжиком, таким красивым в этой тоге!
Сканд, похоже, никогда не завидовал брату, и поэтому не мог представить, какие чувства бродили у того в голове. А после того, как Лекс поймал на себе настороженный взгляд наследника, он заметно напрягся. Судя по тому, как Пушан обменивался взглядами с Гаури, и они настороженно косились на него, в душе Лекса появилось стойкое чувство, что они о чем-то договорились перед приходом сюда и, похоже, что-то вынюхивают, затевая совместную гадость. Лекс постарался весь остаток вечера быть настороже и приглядывать за змеиной семейкой, пытаясь понять, что они затевают.
Вечеринка двигалась по своему сценарию. Люди приходили, знакомились с рыжиком, потом отпускали комплименты и пожелания молодой семье, приглашали в гости, и уходили осматривать дом дальше, потом возвращались, чтобы переспросить о зеркалах, и опять терялись в многолюдной шумихе. Лекс старался не упускать Пушана с Гаури из виду, он очень удивился реакции Гаури на зеркало. Тот стал от него прятаться и нашептывать что-то мужу на ухо, при этом выражая странные эмоции страха и негодования. Пушан после этого стал посматривать на рыжика с таким видом, будто участвовал в игре «найди 7 различий».
Только Сканд был беззаботен и счастлив. Он необычно много балагурил и добродушно подтрунивал над гостями, при этом стараясь
