Любопытно, а как же путешествовал Юхан? Ведь не вплавь же!
Сева не выпускал весла. Без помощи весла, которым можно было рулить, лодка неслась, как щепка в ручейке у тротуара, — крутилась, стукалась носом о берег, замирала, норовила перевернуться…
К тому же когда рулишь, то занят. А когда занят, то быстрее проходит время.
Ручей довольно круто стремился вниз. О его течении и будущих намерениях можно было догадываться по шуму впереди. Сева быстро догадался, что означают перемены в этом шуме. Если тебя ждет очередное озеро или разлив, то звуки почти исчезают, если слышишь журчание, значит, ручей потечет быстрее, вскоре жди перекатов, может, даже водопада, о котором тоже можно узнать заранее — у воды, которая падает с высоты и ударяется о дно, особый ревущий звук.
Сева долго плыл без приключений, и вдруг ручей ударился в завал.
Такого Сева не ждал — с чего бы под землей оказаться завалам? Ладно бы еще обвалились камни, но впереди виднелись сучья, словно когда-то здесь росло дерево, свалилось и вода содрала с него кору.
Когда байдарка уперлась в сучья, Сева стал искать проход и тут догадался, что это не дерево, которому попасть в щель невозможно, а кости. Гигантские кости животного, которое каким-то образом забралось в щель и застряло здесь навсегда.
А потом, перетаскивая через кости лодку, Сева сообразил, что видит перед собой кости дракона или динозавра — кто их разберет!
А вот и морда!
В десять раз больше Севы!
Вот был гигант!
Подумав так, Сева осекся и даже засмеялся. Ведь он-то теперь малыш! Любая ящерица рядом с ним великанша. И голова у дракона не так велика, меньше метра. Нет, все равно солидный зверь. Может, он прятался здесь от перемены климата…
Все стихло. Лишь чуть-чуть урчит вода, омывая камни и передвигая песчинки.
Байдарка выплыла на широкую гладь большого озера. Ручей вливался в него медленно и чинно, как настоящая река.
Светлячки на потолке изображали звездное небо. Некоторые из них бросались с высокого потолка и падали вниз, к воде, как звездочки, но перед тем как коснуться воды, вдруг замирали в воздухе и по крутой дуге уносились вверх, словно нарочно, чтобы порадовать Севу.
Сева даже переставил фонарь на дно байдарки, под кожаный полог, чтобы он не мешал любоваться этим зрелищем.
И как бы в благодарность за это сразу два светлячка направились к Севе и уселись на борт байдарки.
Сева наклонился к ним и присмотрелся.
Он думал увидеть жучков или кузнечиков, где-то он читал или слышал, что светлячки похожи на сверчков, но это оказались маленькие феи, девчурки с ноготок, с прозрачными мотыльковыми крыльями. Светились их тела, а крылья лишь отражали и усиливали этот свет. Феи танцевали, прыгали на борту байдарки, они понимали, что Севе нравится на них смотреть, и давали ему собой полюбоваться.
Заглядевшись на светлячков, Сева упустил тот момент, когда из воды вылезла морда белого полупрозрачного хамелеона. Он высунул язык, закрученный в пружину, который разворачивался, когда рядом оказывалась фея-светлячок, и ударял по ней. Оглушенная жертва приклеивалась к языку и в мгновение ока исчезала во рту ящерицы.
Раз-два…
И нет маленьких фей!
В ужасе погасли огоньки на потолке пещеры.
А ручеек снова подхватил байдарку и потащил ее дальше, к черным глубинам Земли.
Севе было жалко фей, хотя он понимал, что такую сцену мог увидеть и на поверхности. Пускай это будут не феи, а бабочки.
Но все равно грустно.
Севу убаюкало безопасное и ровное путешествие, и он забыл о том, в каком жестоком и темном мире оказался.
А ведь Снежная королева предупреждала его — будь настороже! Рядом нет никого, кто бы тебя защитил.
Озеро осталось позади.
Сева поставил фонарь на нос байдарки.
Спереди донесся шум. Куда как более громкий, чем был раньше.
Значит, там пороги.
«Чудесненько, а то мы застоялись», — сказал себе Сева.
— Мы готовы к боям! — произнес он вслух.
Что делать?
Надо думать.
Шум становился все громче. Даже странно, какой шум мог издавать довольно небольшой ручей.
Когда он стал громче человеческого голоса, Сева стал думать, что надо бы остановиться, выбраться на берег…
Но, как назло, стены расщелины сошлись близко, и некуда было пристать.
Ага, вот уступ!
Сева отчаянно принялся грести, и байдарка уткнулась носом в каменную ступень.
Сева сосредоточился, он понимал, что это не лагерные игры — от его прыжка зависит его жизнь.
Он схватил конец троса, привязанного к носу байдарки, и выпрыгнул на берег. Байдарку сразу потащило дальше, но Сева крепко ее держал и вытянул на камни.
К счастью, байдарка была легкая, и это ему удалось без труда.
Все.
Теперь можно отправляться в разведку.
Сева оставил в байдарке фонарь, а с собой взял второй, маленький фонарик.
Он удобно прикреплялся на ремешке ко лбу, чтобы руки были свободными.
Сева осторожно двинулся вперед.
Уступ, по которому он шел, был не широк, меньше метра, и кое-где завален камнями, то ли упавшими сверху, то ли принесенными ручьем.
Шум впереди доносился все громче.
Еще несколько шагов, и вот обрыв.
Сева отодвинул в сторону какие-то липкие веревки, чтобы приглядеться.
Он наклонил голову, но луч не достал до воды.
Вода падала вниз, шумела, но какой высоты водопад, Сева не смог понять, потому что веревка, за которую он держался, дернулась и потащила за собой его руку.
Сева отпустил веревку, но не тут-то было.
Ладонь приклеилась к веревке.
Сева схватил веревку другой рукой, чтобы оторвать правую руку, но и левая приклеилась.
Что за веревки? Откуда они?
Но когда он повернул луч фонаря в ту сторону, луч уперся в два огромных круга.
Сева не сразу сообразил, что за блестящие круги прикреплены к стене.
Он дернул головой.
Луч фонарика тоже дернулся и осветил густую шерсть вокруг кругов…
Это же глаза!
И острые когти — каждый коготь чуть ли не с Севу размером, — покрытые белесой шерстью, шевельнулись и потянулись к Севе.
Да он же попал в паутину!
Как в страшном ночном кошмаре!.. Но ведь так не бывает! Так быть не может, мне это снится!
В голове крутились бесполезные слова, он сам себя старался успокоить, но этим только помогал пауку — добыча ждет вас, ваше благородие!
Но руки продолжали отбиваться, правда, все более прилипая к паутине.
Паук гипнотизировал жертву и не спешил. Видно, он привык нападать наверняка и понимал своим примитивным умишком, а то и просто инстинктом, что жертве некуда деться…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
