на всю обстановку, я разом угрохал почти две с половиной тысячи рублей. И даже не представлял, куда я все это буду ставить, ведь до окончания ремонта было еще далеко.
Но как оказалось, что к нашему приезду, обои уже были оклеены, и хотя еще были несколько сыроваты, но это ничуть не помешало нам, установить мебель на свои места. Получалось, что пока мы мотались на склад, потом в магазин, женщины с обеих квартир, плюс их отпрыски дружно все завершили, и даже успели навести относительный порядок. Полы решили не красить. По словам одной из женщин, достойной краски сейчас в продаже нет, а сурик, что имеется в магазине, будет сохнуть дня три, и не факт, что нормально просохнет.
— Ты лучше, если еще остались деньги, на следующие выходные слетай в Петропавловск, и купи там палас, да и ковер на стену, тоже не помешает. И будет гораздо лучше и теплее, что ходить по голому полу.
— Деньги-то есть, но где там что искать.
— Ничего страшного ответила жена Семен Семеныча, мы как раз собирается к сыну, так что можем взять тебя с собой, и все покажем.
Я конечно же с радостью согласился. Вечером, отмечали новоселье. Вначале, посидели за столом, принесенным из учительской квартиры, раздвинули его, посчитали всех, кто должен занять места за столом, собрали все стулья и табуретки, и из-за практически её полного отсутствия у меня, посуду. Эмалированные миски и кружки, которыми я пользовался до сих пор, единогласно были признаны «некошерными» поэтому, использовались разве что на кухне, для размешивания салатов. А вся посуда была принесена от соседей. Ближе к вечеру, накрыли столы, плотненько поели, выпили, и запели. Ну действительно, какое может быть застолье без песен?
Наевшись, напевшись, решили, что нужно заняться чем-нибудь интеллектуальным. Лишняя посуда, тотчас была унесена на кухню, а на столе, появились карточки лото, в центре стола большое блюдо с горой мелочи по одной копейке, и Николай Петрович в роли ведущего. Было очень весело и как-то по-домашнему. Все шутили смеялись, а Николай Петрович, как мне казалось, объявлял номера бочонков еще до того момента, как успевал доставать их из мешка, и естественно всегда был в выигрыше. И одно это вызывало такую неподдельную радость у игроков, что смех не утихал ни на минуту. Позже меня просветили, что об этом знают все присутствующие, и старательно ждут, когда же он наконец ошибется. Просто до приезда сюда этот человек работал в обществе слепых, обучая их чтению с помощью азбуки Брайля, ну и естественно и сам научился многое различать просто на ощупь. А учитывая, что цифры на бочонках рельефные, понять, что они обозначают, мог только благодаря своим способностям.
Одним словом, было очень весело, и разошлись мы далеко за полночь. Слегка убрав со стола и помыв посуду, а о принесенной мебели никто и не вспоминал, все разошлись по своим квартирам. Разве, что, уходя подхватили по паре стульев, чтобы было на чем позавтракать с утра. Я, проводив всех гостей вышел на кухню, и закурил возле приоткрытой форточки. Честно говоря, даже не предполагал, что меня здесь встретят так добро. На какой-то момент, даже подумалось о том, что может стоит плюнуть на все и остаться здесь навсегда. Потом вспомнив о том, что может произойти в далеком будущем, отринул от себя эти мысли. Людей, живущих здесь было конечно жаль, но вряд ли мне бы кто-то поверил.
Хотя и эти места почти не затронула война в будущем, но тем не менее, здесь влачили весьма жалкое существование. Ведь несмотря на то, что в будущем на полуострове найдут и уголь, и газ, но снабжение все равно будет происходить большей частью с Большой Земли, на одной рыбе, которую поставляет море, здесь не выжить. А из-за близости к крайнему северу, здесь практически ничего не растет. Да, уже в начале двадцать первого века, здесь на полуострове поставят множество теплиц, используя для их обогрева геотермальные источники, но все равно, основное снабжение будет идти с материка. Поэтому оставаться здесь и надолго оседать, не имело никакого смысла. Но пока я здесь, следует поддерживать добрые отношения, это не вызывало у меня, никаких сомнений.
Приняв перед сном ванну, я залез в теплую постель, и моментально уснул, в последний момент вспомнив о том, что завтра нужно рано вставать и потому, поднявшись завел будильник на шесть утра, и теперь уже окончательно отрубился. Поднявшись с постели, едва зазвенел звонок, отправился в ванную где привел себя в порядок, и в очередной раз порадовался за то, как меня здесь хорошо приняли. Пока грел чайник, собрался на работу, приготовив с собой старую рабочую одежду, ту самую, что некогда взял в магазине у станции Пихтач. С тех пор как добрался до Женьки и приоделся, она так и лежала в чемодане. Еще только собирался поесть, как зашел сосед, сказав, что довезет меня до места. Позавтракав остатками от вчерашнего пиршества, которые похоже придется доедать именно мне и не один день. Собрал все в походный рюкзак и вышел из дома.
Автопарк Семена Семеныча, находился возле Судоремонтного завода, и поэтому я отправился на работу именно с ним. На работе, меня приняли хорошо. Оказалась, что взятая мною рабочая одежда в общем-то не особенно нужна, потому как здесь мне тут же выдали новый комплект, хотя и может пригодиться, в качестве подменки. Помимо обычного костюма, выдали теплую зимнюю куртку с цигейковым воротником, подняв которой можно было укрыться до самых ушей, теплую шапку ушанку, яловые сапоги, и нательное белье. При этом обещали, что уже к октябрю, то есть через каких-то четыре месяца мне дадут зимнюю рабочую одежду, в которую входят ватные штаны, телогрейка.
— … А, это тогда что? — удивленно я прервал завхоза указывая на выданную куртку.
— Это верхняя зимняя рабочая куртка. Телогрейка это тоже утепленная ватная стеганая куртка, но она без воротника и карманов, и поддевается под верхнюю куртку зимой. Поверьте, очень нужная вещь. Кроме того, будут выданы валенки, а если вас будут привлекать в командировки, то и меховые унты.
В общем наобещали довольно много. Пока же приняв то, что выдали, прошел в раздевалку, занял свободный деревянный шкафчик, переоделся в рабочую одежду, и повесив на шкафчик еще вчера приобретенный замок отправился в кабинет главного механика. И уже оттуда с мастером моего цеха на рабочее место.
Вообще, чаще всего, приходилось заниматься работой в чреве очередного судна, которому требовался ремонт
