Южане держали наготове на нижнем течении Миссисипи эскадру из 18 больших и малых судов под начальством коммодора Митчела. В состав этой эскадры входили: таран «Манассас», двухвинтовый 16-пушечный броненосец «Луизиана» с двумя рулями посередине, имевший 200 человек команды, и 16 вооруженных пароходов и буксиров. Два сильных броненосных судна и броненосный таран «Арканзас» находились еще в вооружении. На эскадре было общим числом 30 орудий. Было заготовлено много плотов, брандеров с горючим материалом. Команда была мало подготовлена к войне.
В нижнем своем течении Миссисипи несет свои воды по большой низменной и болотистой равнине, тянущейся до залива. Приблизительно в 120 милях от устья начинается его веерообразная дельта – низменность в 750 квадратных километров, часто затопляемая по июль; берега реки напоминают сбой иногда искусственные дамбы. Бесчисленные рукава реки, называемые «байю», вливаются в прибрежные мелкие лагуны, расположенные ниже уровня реки. Глубина пяти главных рукавов колеблется от 20 до 80 метров. На почти непроходимых берегах растут кипарисы и болотные пальмы, и вдоль их образуются заторы из плавучего леса. Перед всеми устьями лежат плоские, широкие отмели – бары, далеко простирающиеся в море. Бесчисленное количество рукавов образует массу островов и затонов. Скорость течения местами доходит до 3,5 миль.
Главными фарватерами служат самый восточный и самый западный из проходов: внешний проход и юго-западный проход. Остальные называются северо-восточным, юго-восточным и южным проходами. Северо-восточный и юго-восточный проходы соединяются с внешним, а этот соединяется с остальными у так называемой «вершины проходов». От этого места, до расположенных на 18 миль выше фортов глубина меняется от 20 до 80 метров, от фортов до Нового Орлеана – от 20 до 60 метров. Главные проходы имеют до своих баров протяжение в 11-12 миль и глубину в 10-30 метров. Глубина на баре при малой воде 3.5-4 метра. Прилив, раз в сутки, начинающийся не через определенный промежуток времени, поднимает уровень воды на баре приблизительно на 0,5 метра. Длина бара около 4 миль у каждого пролива. Расстояние между барами, меняющими часто свои очертания, около 30 миль. В настоящее время главным входом служит южный проход шириной в 70-100 метров, а глубиной в 9-12 метров.
Форты, Джаксон на юго-западном берегу и Филипп на северном, лежат на том месте, где река, текущая до этого по направлению NNW – SSO, внезапно поворачивает почти под прямым углом к западу, чтобы затем выше по течению, опять принять прежнее направление. Глубина ее в этом месте 45-60 метров ширина в среднем 700-900 метров. От Нового Орлеана форты отстоят на 80 миль; у города глубина реки 12 метров.
Форт Филипп мог обстреливать реку на довольно большом протяжении.
Валы обоих фортов состояли из кирпичной кладки. Более современный форт Джаксон представлял из себя пятисторонний бастион и отстоял приблизительно на 100 м от берега. Из его 75 орудий 38 было установлено на барбетах (32-х и 24-х фунтовые), 14-24-х фунтовых стояло в казематах. Выдвинутая на WSW батарея из 7 орудий, у самой воды, великолепно обстреливала приближающегося с юга противника. В общем, в сторону реки было направлено 59 орудий. В цитадели форта находились неуязвимые для бомб блиндажи, усиленные еще слоем песка в 2 метра толщиной, в которых хранились большие запасы. На форте Филипп все 53 орудия были установлены в барбетах и у самой воды находились 2 мортирных батареи; в общем, к реке было направлено 42 орудия, а на обоих фортах вместе 101 орудие. Гарнизон каждого форта состоял из 700 человек. Главнокомандующим был бригадный генерал Дункан.
Но для защиты этой важной реки и расположенного вблизи большого города этой сотни орудий было недостаточно, а о небольших батареях, лежавших выше по течению не стоило и говорить. Весь расчет южан был сделан исключительно на атаку с юга.
В виду этого в последний момент приготовили у форта Джаксон на главном фарватере, где течение и водовороты были слабее, большой и тяжелый плот из древесных стволов и этим закончили начатое раньше заграждение. Это последнее состояло из 8 блокшивов, поставленных на 60 метров друг от друга с протянутыми между ними цепями и занимавшими почти всю ширину реки. Плот же был сделан разводным для пропуска, в случае надобности, судов. Мачты и такелаж блокшивов висели в воде, чтобы затруднить уборку заграждения.
Поставленное раньше заграждение из цепей, бревен и плотов было размыто рекой; это же держалось хорошо, так как наносимый рекой плавучий лес беспрепятственно проносило над висевшими в воде цепями.
Секрет предприятия был хорошо сохранен на севере, и вся экспедиция являлась такой неожиданностью, что южане еще незадолго до этого отправили орудия и мелкие броненосные суда дальше на север, несмотря на протест Дункана, который как бы предчувствовал грозившую опасность.
Путем разведки Фаррагуту удалось установить много подробностей, но плоты-брандеры и заграждение из цепей были замечены лишь позже.
Приготовление морских сил к предстоявшему серьезному бою велось им очень тщательно; пополнялись запасы угля, снарядов и провизии.
Обоим большим фрегатам пришлось остаться за баром.
План атаки фортов допускал несколько вариантов: можно было форсировать проход, не атакуя самых фортов; можно было атаковать одним флотом, и, наконец, атаковать их соединенными силами армии и флота.
После довольно долгих рассуждений Фаррагут пришел к определенному решению и выработал для подчиненных ему сил ряд инструкций.
Судам следовало: выдвинуть утлегари, спустить стеньги и сдать на берег весь рангоут и такелаж, кроме необходимого для постановки марселей, кливера и бизани; очистить палубу для свободного действия артиллерии на носу; усилить носовую и кормовую артиллерию, так как по траверзу приходилось стрелять лишь на 3-4 румба; приготовить кормовые якоря; иметь на шлюпках абордажные крюки и кошки против брандеров; сделать дифферент на нос приблизительно на 2 дюйма, чтобы в случае прикосновения к мели кормой, сидящей обыкновенно глубже, корабль не разворачивался бы носом к югу; на форт-марсах установить шлюпочные гаубицы; иметь якоря готовыми к отдаче, чтобы удержать нос против течения в случае повреждений в машине; приготовить перлиня для буксирования заднего мателота; иметь помпы и всю пожарную принадлежность готовыми к действию; принять меры к немедленной заделке ожидаемого большого количества пробоин; приготовить у грот-мачт с левого борта верпы для удержания неприятельского судна, если представится возможность пойти на абордаж; принять меры для увеличения скорострельности артиллерии; защитить котлы и машины, развесив по бортам якорные канаты и швартовные цепи; покрыть палубу известью, замазать борта речным илом для уменьшения видимости судов и много других подобных мер.
Далее Фаррагут запрещает выходить из линии огня без разрешения и напоминает о том, что предстоящая атака является одной из самых опасных операций, в которых приходиться участвовать морякам. В данном случае, указывает он, речь идет о задаче, ни разу еще не решенной и к решению ее приходится приступать, не имея за собой никакого опыта. Он требовал, чтобы одинаковое внимание было обращено не только на быстрые и правильные действия орудийной прислуги, но также и на заделку пробоин и тушение пожаров. Особенно тщательное внимание он требовал по отношению к словесным приказаниям его самого и своего начальника штаба, и к сигналам.
Атаку предполагалось начать бомбардировкой с мортирных шхун, разделенных на три дивизиона; два из них должны были стать у западного берега и один у восточного. Местом стоянки избрали густо покрытые лесом участки берега, а выдающиеся над лесом верхушки мачт очень удачно замаскировали привязанными к ним ветками.
Шхуна, находившаяся севернее всех, стояла у западного берега, приблизительно в 2850 ярдах от форта Джаксон и 3700 ярдах от форта Филипп; следующая – у восточного берега отстояла от Джаксона на 3700 ярдов. Мортирные суда стояли в одной или двух тесно сомкнутых линиях как можно ближе к берегу.
Бомбардировка началась 16-го апреля; каждое судно выпускало через 10 минут по одной гранате. Форты стали немедленно отвечать, но с небольшим успехом. Несмотря на это восточный дивизион, прикрытый менее других, к вечеру настолько сильно пострадал, что его после захода солнца пришлось также перенести на западный берег.
Начавшийся около 5 часов на форте Джаксон пожар отвлек весь гарнизон от боя.
Понемногу мортирные суда увеличили свою скорострельность вдвое и выбрасывали под конец 240 снарядов в час. Так как это сильно утомило прислугу, то ночью суда давали только по одному выстрелу через полчаса.
В первый же вечер можно было бы форсировать проход без особых затруднений, если бы флот был готов к атаке.
В течение следующих дней продолжалась бомбардировка с повышенной скорострельностью; с самого же начала почти все снаряды попадали в цель. На фортах сгорело все дерево и были разрушены все закрытия, подбитых же орудий было мало. Форты отвечали очень редким огнем.
