— Да ему бы поскорей к жене под бочок…
— Не нуди. Посреди всего от меня не уходят.
Вуй появился в гостиной, держа Вальда за плечо.
— Братва! — шутливо сказал он. — Объявляется перерыв. Пойдем попаримся, побалуемся с девочками… не против, Ильич? А потом добьем это дело.
— Вах, начинаю спешить, — посмотрел на часы Ильич озабоченно. — Зачем попаримся? Стрелка горит…
— Надо, надо немножко додумывать.
— Нехорошо, дорогой. Без ножа режешь…
Но Вуй раскрыл дружеские объятия и увлек Ильича в сауну. Вслед за ними потянулись остальные. Вальд удовлетворенно обнаружил, что Фила никто особенно не стережет; он с некоторой медлительностью подошел к нему поближе, и никто не помешал их общению. Ни они не подошли к Эскуратову, ни Эскуратов не подошел к ним. Когда перелатались в простыни, Вальд так и остался рядом с Филиппом, а Вуй опять оказался рядом с Ильичом, и видно было, как по мере их беседы желание последнего ехать на стрелку становится все меньше и меньше. В конце концов он послал за телефоном, сделал пару звонков и продолжал тет-а-тет с Вуем вплоть до перехода из сауны в бассейн.
Здесь уже ожидала веселая русалочья толпа; гвалт заполнил гулкое, интимно затененное помещение. Вальд и Филипп, теперь уже на правах гостей, были приглашены в бассейн наравне с другими. Оказавшись в воде, они некоторое время смущенно жались к железной лестнице; но девочки, сочтя такое поведение непонятной и обидной блажью, стали нарочно подзадоривать их еще громче и смелей, пока это и впрямь не начало выглядеть глупым и даже становиться опасным. Скромно отнекиваясь, они невольно выказывали свою моральную чистоту, тем самым противопоставляя себя коллективу. «Смотрите, мы здесь не свои, — как бы говорили они всем остальным; — сделайте нам что-нибудь плохое».
Тогда, плюнув на то, что было прежде, и на то, что могло быть потом, они оба пустились во все тяжкие. Вспомнив о Сьёкье, Вальд выбрал блондинку; Филипп, наоборот, выбрал брюнетку, чем-то похожую на его горячо любимую и несправедливо обиженную им жену. Они погнались за своими русалками, догнали их и схватили за простыни; те же, спасаясь бегством и визжа, отбросили и оставили в их руках эти простыни, подобно тому как ящерицы отбрасывают хвосты, и обернулись дочерьми Евы, имеющими в первую очередь ноги, и бедра, и задницы, и главные органы наслаждений. Ловкими движениями рук Вальд и Филипп поймали своих дам; это походило на синхронное плавание. Они обнажились. Они сжали груди дам. Они обняли дам за талии и прижали их к борту бассейна. Скользнув ладонями по двум гладким, горячим телам, они схватили их за задницы. Они приподняли эти тела, в воде легкие и послушные, и с удовольствием ощутили на своих плечах мягкие пальцы, а на поясницах — твердые щиколотки. Они вняли прерывистой дрожи этих напрягшихся тел, и — как купальные шапочки натягивают на голову, так они натянули их на свои возбужденные члены.
Глава XXIX
Salve Regina. — Секретная информация. — Об Орлеанской Деве и Духе Живом. — Экскурс в историю. — «Не губите, ваше сиятельство!» — Как пеленгуется сотовый телефон— Salve Regina, mater misericordiae, vita, duicedo et spes nostra, salve. Ad te clamamus exules filii Hevae. Ad te suspiramus gementes et flentes in hac lacrimarum valle. Eja ergo, advocata nostra, illos tuos misericordes oculos ad nos converte. Они будут отрубать пальцы моему Господину. Et Jesum, benedictum fructum ventris tui, nobis post hoc exsilium ostende. O clemens, o pia, o dulcis Virgo Maria…
— Мария, — как эхо молитвы, послышалось за спиной.
— Я здесь, — сами собой шепнули губы.
— Волков переулок.
Она встала с колен.
— Госпожа, я должна немедленно Вас покинуть.
Госпожа безмолвно подняла на нее кроткий взгляд.
— Это необходимо; не спрашивайте ничего. Я люблю Вас, Госпожа. Все будет хорошо.
Она наклонилась, поцеловала Госпожу в лоб и пташкой выпорхнула из церкви.
Точно так же, как и в последний раз, с пересадкой из машины в машину, ее повезли в Романов переулок и повели знакомым путем, что она сочла добрым знаком. Тем не менее, мысли ее были далеко от Ордена; как она ни старалась, ей не удавалось хотя бы на время уйти от страшного образа отрубленных пальцев ее Господина. Она понимала, что это бесполезная, даже вредная мысль, но ничего не могла с собой поделать. Она испытала стыд, заходя в кабинет князя Георгия и представая перед ним не будучи исполненной благоговения, приличествующего моменту.
— Ты какая-то необычная сегодня, Мария, — заметил его сиятельство после обмена приветствиями.
— Не могу не удивиться проницательности вашего сиятельства, — сумрачно ответила Марина, — вы видите меня третий раз в жизни, и уже читаете во мне, как…
— Что-то случилось?
— Прошу вас, не обращайте внимания. Это личное… это пройдет…
— Не думай, что состояние твоей души не имеет для меня значения.
— Ваше сиятельство необыкновенно добры.
— Ну что ж, — сказал князь, — вижу, ты не настроена откровенничать; действительно, здесь не дамский салон. Тогда перейдем к делам. Ты довольна своей квартирой?
— Очень довольна, ваше сиятельство.
— Ты изучила источники?
— В какой-то мере, ваше сиятельство.
— Хм. Поясни.
— Видите ли… не все они так уж просты, некоторые совсем не бесспорны… а самое главное — мне кажется, мало что из них по-настоящему относится к делу.
— У тебя возникли какие-либо вопросы?
— Очень много, ваше сиятельство. По каждой книге я завела файл со своими комментариями… туда же вписывала и вопросы — наверно, глупые… Впрочем, если это кому-нибудь нужно, я могла бы переслать их по электронной почте… если бы знала куда.
— Я чувствую, ты хорошо поработала.
— Спасибо, ваше сиятельство.
— В прошлый раз, — напомнил князь, — мы остановились на тех средствах, которые должны помочь тебе. Сегодня я хотел бы развить эту тему.
— Я вся внимание, ваше сиятельство.
— Как и у любой другой организации, у Ордена есть определенное устройство, — сказал князь. — Он состоит из групп. Группы специализированы. Например, есть группы аналитиков различного профиля, группы специалистов по технологиям, группы подготовки силовых решений и так далее. Все группы состоят из профессионалов. Тебе нет нужды изучать все это; достаточно будет сказать, что требуется такое-то количество программистов, или историков, или даже боевиков, и соответствующие группы будут немедленно предоставлены в твое распоряжение.
— А если не хватит групп? — спросила Марина.
— Значит, будут скомплектованы новые.
— Вы так говорите, ваше сиятельство, — задумчиво заметила Марина, — будто у вас неограниченное количество всяких ресурсов. Какие же это деньжищи надо иметь, чтобы прокормить столько людей! Да и мыслимо ли сохранить тайну в таких условиях?
