Доклад лично мне в любое время суток как только будут новости! Как только закончится операция — звоните! Я буду у себя!
Не дожидаясь больше вопросов или возражений от подчинённых Генрих резко развернулся и зашагал обратно к выходу. День сегодня был просто отвратительным, хуже и не придумаешь. И крепло устойчивое опасение что ночь будет не лучше.
Львов, УССР.
24 мая 1940 года. Вечер.
Александр Самсонов.
Он отжимался прямо на полу, считая вслух. В комнате было тепло и Саша разделся до трусов перед тем как немного размяться. Сильное, тренированное тело, подкачанное в учебном лагере НКВД, запускать не стоило. Особенно сейчас, когда его же собственными стараниями вокруг началась движуха. Понятно что фитнесс-клубами здесь и не пахнет, наматывать километры по улице тоже глупо, тренажёры для квартир не придуманы… значит надо как-то самому выкручиваться. Откровенно говоря, заниматься поддержкой своей физической формы ему было лень, гораздо приятнее просто лежать и наслаждаться комфортной периной на кровати, но заиметь пузо и посадить дыхалку чревато гибелью. Поэтому, хочешь-не хочешь, приходилось заставлять себя шевелиться.
Турник тут не повесишь, значит остаются отжимания и всякие другие штучки для которых не нужны особые условия. И он решил начать прямо с утра, после того как Матильда Витольдовна провела с ним очередной урок польского языка. Ох уж эти пшеки с их долбанными «пшч», «пан» и тому подобными извращениями! Вот если бы не настоятельная необходимость то хрен бы он вообще начал этим заниматься! Увы, «гордые» поляки не понимают или не хотят понимать великий и могучий русский язык. Ну что ж, как говорят в армии: Не умеешь? — Научим! Не хочешь? — Заставим! Дайте только время…
Сначала Александр немного побоксировал с «тенью», вспомнив героев некоторых фильмов. Потом всякие наклоны, повороты, выгибания тела в разные стороны. И, как эпилог, отжимания. Утром всё прошло неплохо, хотя в конце дрожали руки и ноги а тело налилось знакомой тяжестью, совсем как раньше, когда «Филин» заставлял его заниматься дополнительно, чтобы не подводить группу. И сейчас, вечером, Саша решил повторить.
Первый десяток отжиманий, второй, третий… Упражнения он делал находясь к двери боком, и только когда периферийным зрением уловил какое-то движение и еле слышный шорох платья то вспомнил что забыл плотно закрыть её. Матильда Витольдовна подсматривает? Хм… Интересно. А, впрочем, почему бы и нет? Пусть любуется на молодого и симпатичного квартиранта, ему не жалко. Даже наоборот, приятно.
И сделал ещё десяток отжиманий прежде чем упруго вскочил на ноги, отвернувшись от двери чтобы не отпугнуть женщину. Хитро улыбнулся, пользуясь тем что та не видит, положил руки на пояс и начал крутить тазом. Сначала в одну сторону, потом в другую. За дверью было тихо, значит та не ушла, или же сделала это настолько незаметно что он не услышал. Закончил упражнения раскруткой обеих рук вперёд-назад и тут же двинулся к двери, словно ни о чём не подозревая.
За порогом сразу послышалось шуршание ткани и тихий стук домашних туфель. Резко открыв дверь комнаты Саша вышел в коридор и наткнулся на квартирную хозяйку, быстро удалявшуюся по коридору. Та нервно поправляла волосы а услышав его, обернулась.
— Матильда Витольдовна? — удивлённо воскликнул он, будто бы никак не ожидая её увидеть. — Извините, я не думал что вы…
— Нет-нет, Сергей, ничего страшного! — заверила его женщина, её щёки покраснели.
Александр заметил как женский взгляд скользнул по его полуголому телу, задержался ниже пояса… и вильнул в сторону.
— Но всё же я попросила бы вас на будущее не выходить из комнаты в таком… — она замялась, но потом посмотрела ему в лицо и закончила… — в таком неподобающем для молодого человека виде. Надеюсь, для вас это не составит труда?
— Нисколько, Матильда Витольдовна! — улыбнулся он. — Я сейчас же переоденусь.
— Благодарю, Сергей! — признательно ответила женщина, полностью овладев собой. Она хотела что-то добавить но её прервал звонок в дверь.
Брови дамы удивлённо взметнулись вверх и Саша понял почему. За всё время что он здесь жил к ним никто не приходил в гости. Только служанка Ванда, на которой во многом держалось хозяйство и уборка, посещала их. Но сегодня пятница а Матильда Витольдовна отпустила ту пораньше. Кто бы это мог быть?
Женщина направилась к двери а Александр вернулся в свою комнату чтобы надеть хотя бы брюки. Конечно, лучше сначала немного сполоснуться в ванной, чтобы смыть пот, но если вдруг пришла какая-нибудь подруга Матильды Витольдовны то появляться перед ними в трусах по пути обратно не слишком-то удобно. Выглядеть перед квартирной хозяйкой каким-то неотёсанным варваром, не имеющим понятий об элементарных приличиях, очень не хотелось.
Пока Саша надевал брюки и брал полотенце, в коридоре раздался звук открывающихся замков. А потом он несказанно удивился, услышав даже в своей комнате довольно громкий детский плач со стороны входной двери. Очень интересно… Откуда тут взялся ребёнок?
Заинтригованный, Александр накинул полотенце на плечо, вышел в коридор и направился ко входу, гадая кто пришёл. Фигура Матильды Витольдовны, да и не до конца распахнутая дверь не давали ему увидеть гостя, но вот уши уловили, кроме капризного детского плача, новые голоса. Подойдя и встав сзади женщины он посмотрел над её плечом и тоже удивился. Потому что на пороге стоял не только ребёнок но, похоже, целая семья.
Рыхлый, достающий Саше до носа, мужчина от тридцати до сорока лет в светлом, мятом костюме без галстука и распахнутом вороте рубашке. Мясистый красный нос, двойной подбородок, раздражённые глаза, излучающие недовольство. Он держал в руке пухлый коричневый портфель, потёртый на сгибах, и плащ.
Рядом с ним худощавая женщина его возраста, сжимающая в руках дамскую сумку и какой-то лист бумаги. Скуластое вытянутое лицо, немного напоминающее ему небезызвестную Собчак, упрямо поджатые губы, тронутые помадой. Подведённые черным глаза. Одета в длинный сиреневый сарафан с квадратными плечами и расшитый всякими цветами, косынку на плечах, синий берет и маленькие башмаки на ногах. Невольно Саше бросилась в глаза её грудь… вернее, почти полное её отсутствие. Что-то там было, несомненно, но крайне маленькое. Да уж, не повезло женщине в этом плане.
Рядом с ними стоял и размазывал слёзы плотный мальчишка на вид не больше восьми лет. Ботинки, шорты на лямках, полосатая футболка и маленькая кепка. Скорее всего, сын этой странной пары. Но что им нужно?
— Матильда Витольдовна, что здесь происходит? — спросил он, когда закончил изучать неизвестных гостей.
При его появлении
