— Да понимаю я все, — обиженно надула губки девушка. — Ну чего ты заладил: "непредсказуемые последствия, да непредсказуемые последствия!". Я ж не заклинания вовсе, а просто стишок шуточный читала. Скучно же с закрытыми глазами по комнате бродить, если только не в "Водяного" играешь!
— Шуточный стишок не вызвал бы столь сильного колебания магического фона, — печально вздохнул мосье Д" Агар. — Вы обладаете просто немереной силой, Элька, и должны быть предельно осторожны со словами, в которые вкладываете настроение.
— Что же мне теперь, и стихи не почитать? — огорчилась девушка, искренне любившая хорошую поэзию.
— Стихи можно, но только просто стихи, — великодушно разрешил Лукас. — Вы, мадемуазель, к счастью, не относитесь к категории магов-менестрелей, в устах которых музыка и поэзия становится мощным источником чар. Но если вы произносите что-то, что даже в шутку считаете заклинанием, то стихийная сила вашей магии может высвободиться, отреагировав на настроение. Как и произошло сейчас.
— А что произошло-то? — немножко виновато уточнила Элька, опустив взгляд.
— Не знаю, — честно признался маг. — Но в пространство ушел мощный магический импульс.
— Ушел и ушел, — отмахнулась девушка. — Здесь-то все в порядке, ничего даже не разбилось, чего же ты нервничаешь?
— Я всегда нервничаю, когда сталкиваясь с опасными магическими явлениями, которые не могу контролировать, — пояснил маг, обмахиваясь кружевным платочком, извлеченным из кармана камзола. — А с вами, мадемуазель, я вовсе скоро поседею.
— Не переживай, благородная седина придаст неповторимый шарм твоей внешности, дамы без ума будут, — заверила франта Элька.
— Вы мне льстите, мадемуазель, — для проформы пококетничал любвеобильный мосье и уже деловито закончил. — А теперь давайте завершим эксперимент.
— Давай, — нехотя согласилась девушка и в третий раз исполнила пантомиму под названием "брожение по карте вслепую с цепочкой в руке".
Третий зеленый кружок оказался точно там же, где и остальные два, указывая совершенно точное, плюс минут десять километров, местонахождение лорда Дрэя.
— Voila! — провозгласил довольный маг. — Готово!
Коротким словечком почти из одних шипящих и парой изящных жестов, Элька все не уставала гадать, врожденный это дар или плод каждодневных тренировок перед зеркалом, Лукас уменьшил карту до размеров альбомного листа и поднял ее с пола. Магическая миссия по определению точки пребывания сбежавшего лорда была успешно завершена. Теперь можно возвращаться к команде и хвастаться успехами!
В зале совещаний царила тишь да гладь. Развалившись в кресле, закинув ноги на маленький столик, с которого все-таки удосужились сгрести пустые пакетики и баночки, Рэнд рассматривал какой-то лист бумаги. Гал, выпрямившись на жестком стуле, недовольно рассматривал вора. Похоже, воителю пришлась не по нраву оригинальная поза коллеги, но делать ему замечания в присутствии постороннего, дабы не подрывать авторитет посланцев богов, даже таких непутевых, как Фин, Эсгал пока не спешил. Шарль же, не обращая внимания на двух мужчин, сидя за столом обсуждений, увлеченно марал бумагу новенькой черной гелевой ручкой, попутно отправляя в рот чипсы из пакетика. Приблизившись, Элька заметила, что король не пишет послание, согласно договоренности, а вырисовывает, причем довольно талантливо, какие-то растительные узоры. Бланк уже походил на почти законченный набросок джунглей, и места для текста на нем совсем не оставалось.
— Лорд Дрэй действительно окопался в горах. Мы нашли его ставку! — звонкий голосок девушки нарушил тишину в помещении.
— Мы тоже закончили работу! — заявил Рэнд, не меняя удобной позы, и помахал, словно повстанец знаменем, листком в руках.
— Позвольте, мосье, — попросил Лукас и, не дожидаясь разрешения, прищелкнул пальцами. Испрашиваемое моментально оказался у него в руках, Рэнд изумленно поглядел на свои опустевшие пальцы и завистливо вздохнул. Элька тут же сунула в документ свой любопытный носик.
Каллиграфическим, словно летящим почерком юного короля было написано следующее: "Адрину Дрэю лорду Родхэл, председателю Собрания Лордов, Советнику короля, властителю земель Мануа и Борне, и пр. и пр. Мы, Шарль Виньон Ролан Матеус II король великого Дорим-Аверона приветствуем своего возлюбленного подданного". На этой торжественной ноте строка резко обрывалась и чуть ниже, после отступа, шел текст совсем другого характера и стиля:
"Что, "возлюбленный подданный" Дрэй, небось, уже гадаешь, как же меня заставили это накарябать, чем стращали? Ошибаешься, глубокоуважаемый наставник. Пишу по доброй воле, хотя и не с удовольствием. Всегда бумагу марать ненавидел, сам знаешь. Привет, старина! Как ты там? Соскучился жутко по твоему ехидству! Без тебя в Дориме, да и во всем Дорим-Авероне, такая тоска, хоть голову на плаху клади. Не проходит и дня, чтобы я не жалел о том, что рядом нет друга и мудрого советчика. Нет, Дрэй, я ни в чем не упрекаю тебя и прекрасно понимаю, почему ты поступил так, как поступил. Должно, еще не значит желаемо. Но мне от этого не легче. Авандус и его Ищущие да Очищающие все больше лютуют, и горят костры на площадях.
Остается только надеяться на чудо, что изменит все, и мне кажется, что это чудо может случиться. Клянусь монеткой корабелов, моя затея с Советом Богов, о которой я тебе говорил, удалась. Выход есть! Те люди — посланцы богов, что передадут тебе это письмо, нуждаются в твоем совете и помощи для того, чтобы постигнуть суть нашей общей беды и отыскать правильное решение.
Как государь подданного, как воспитанник наставника, как друг — друга. Прошу тебя, Дрэй, окажи им всю возможную помощь. Надеюсь на скорую встречу."
В конце этого на первый взгляд легкого, пронзительно откровенного и не по-детски умного письма, содержащего не один пласт намеков, стояло простое имя — Шарль и на капле синего сургуча был выдавлен оттиск королевской печати — сокол, чем-то неуловимо смахивающий на дракона.
— Отлично, ваше величество, — промолвил Лукас, закончив чтение. — Лучшего рекомендательного письма я еще не видел. Кстати, возвращаю вам подарок лорда Дрэя. Он нам очень пригодился. Благодарю!
— Не стоит благодарности, помогая вам, я помогаю Дорим-Аверону, — просто ответил король, отложив ручку, принял от мага свою монетку-талисман и вновь бережно спрятал ее на груди.
— Так, письмо одобрено большинством, запечатываем! А то из Гала слова не вытянешь, ладно бы хорошего, так и худого-то тоже, — подхватился с кресла Рэнд и, без помощи всякой магии вырвав из пальцев мага документ, ринулся к столу, где уже был приготовлен плотный конверт с эмблемой команды, синий сургуч для печати и свеча.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
