ровно на рюкзак Егора, ныть и говорить что-то я не решалась.
Пока мы шли леском и у подножья горы, было еще не так тяжело и интересно. Поэтому внутри просыпалась бабка-ворчунья. Я проклинала себя, начальство, что отправило в отпуск и вообще всех на свете. Но чем выше мы поднимались, тем меньше было мое ворчание.
— Мамочки! Егор, — выдыхала я восторженно, когда мы поднялись достаточно высоко для меня, но не так чтобы очень.
Но на площадке, где сделал привал мой поводырь, открывался умопомрачительный вид. Голова кружилась то ли от высоты, то ли от восторга.
— Ты это видел? — задала идиотский вопрос, — А там! — продолжала визжать от восхищения я.
— Видел, и очень рад, что тебе тоже это нравится. Значит все не зря, — проговорил довольный мужчина, потирая плечи.
Восхождение было очень трудным для меня. Егор, конечно же, повел меня не по отвесным скалам. Это были туристические тропы, которые вились между растительностью и уходили далеко вверх. Полпути я еще шла, а вот дальше в прямом смысле плелась как дитё малое. Оставалось только ныть, но я держалась как могла.
— Вот, тут и переночуем, — кинул рюкзак мужчина, до вечера еще было время.
Но так как я уже очень устала, и мне ужасно хотелось есть, то спорить даже не собиралась. Егор стал доставать что-то из рюкзака, а я пошла оглядывать окрестности.
— Далеко не уходи. Потеряешься, — проговорил строго он.
Оглянулась на мужчину, который ловко распаковывал снаряжение, которое мужественно нес всю дорогу. И стало стыдно.
— Давай помогу! — тут же подбежала к нему.
Первый раз в жизни я ставила палатку, которая почему-то была в единичном экземпляре, разворачивать спальные мешки Егор не дал. Сказал, что может заползти кто-нибудь посторонний. А потом мы совместно готовили ужин, н же обед. И могу сказать честно, ничего вкуснее, казалось мне, я не ела до этого. Вид был умопомрачительный. Еда вкусная, разговоры с Егором легкими. Расслабление было полное.
— Ты обгорел, — после того, как мы все съестное убрали, и просто сидели на импровизированной лавочке из валуна, провела рукой по его красной щеке, — завтра будет гореть. И вообще, — не убирая руки, залюбовалась лучами заходящего солнца, что поблескивали у него в глазах.
Егор завороженно смотрел на меня. А потом стал склоняться в мою сторону, видимо собираясь поцеловать. Желание полыхнуло во мне. Но тут же погасло под воздействием страха.
— Нет, не надо! — отвернулась от мужчины я.
— Почему? Ты же тоже хочешь! — расстроился Егор.
— Потому что я не могу просто так.
— А откуда ты знаешь, как будет, просто так или нет?
— Потому что у меня есть билет на обратную дорогу. Номер оплачен на конкретный срок… — стала сыпать аргументами, но меня прервали.
— Ты думаешь, что завтра будет. А представь. Что мы можем не вернуться. Или когда вернемся, нас смоет штормом. Машина может сбить, да и много чего. Вдруг это последний миг. И именно сейчас я хочу тебя. Я знаю, ты хочешь меня. Так почему нет?
— Потому что лето кончится! — продолжала стоять на своем даже не думая, что я умру в этих горах, от счастья не умирают.
— Ну, так позволь себе это лето! — проговорил Егор перед тем, как страстно вцепиться в мои губы.
Дальше я не могла контролировать себя. Да и Егор тоже. Кое- как добежали до палатки! И до самого утра меня совершенно не смущало, что она одна. А спать в обнимку в одном мешке было даже теплее.
Глава 16
Марина
Несколько дней в горах были просто незабываемыми. И нет, я не наслаждалась видами. Я наслаждалась мужчиной. Он был неутомим, я была ненасытна. Никогда не думала, что могу быть настолько раскрепощенной, отзывчивой и страстной. А еще, что могу так часто получать удовольствие. Возвращаться в город не хотелось.
— Давай еще побудем здесь! — канючила я, когда Егор сворачивал наш лагерь.
— Зачем? Тебя уже покусали комары. Еда вся съедена. Горным воздухом подышали, виды посмотрели, — делал вид что ничего не понимает мужчина.
— Ты все понимаешь, — обиделась, скрестила на груди руки и подошла ближе к обрыву.
— Сколько раз говорить, не стой на краю! — одернул меня к себе Егор, и я не устояла на ногах, буквально рухнула к нему в объятья.
— Мне надо работать, тебе отдыхать, а точнее отвлекать меня от трудов праведных, — ущипнул меня за попу, и привлек в горячем поцелуе к себе мой спутник.
Как только поцелуй прервался, я попыталась стоять самостоятельно. Но ноги подгибались. Я поняла за эти несколько дней, что я очень слабая женщина. И слабая я потому, что рядом сильный Егор. Именно с ним я не боюсь в горы, именно с ним, я не могу устоять на ногах. Потому что я уверенна, что он подхватит, что не упаду, что не расшибусь.
— Ты такая грустная, — вырвал из философских размышлений меня мой гид.
— Просто задумалась! — повернулась к нему, положила руки на его широкие теплые плечи, а потом прижалась всем телом, кладя голову на его грудь. И так мне стало хорошо, что плакать захотелось.
— Марин, я просто с ума схожу, когда ты такая! — вздохнул тяжело мужчина.
— Какая? — прошептала или пропищала я, поднимая голову.
— Такая грустная, загруженная. Хочется вытрясти весь хлам из головы, и чтобы ты думала только над тем, что вечером оденешь эротического, чтобы порадовать меня.
Не стала отвечать. Почему-то я была уверена, что как только мы спустимся с гор, вся магия закончится. На Егора навалится работа, мнение окружающих. А я опять погружусь в самокопание и разрушу даже приятные воспоминания об этой поездке.
— Давай так! Тут недалеко есть горная гостиница. Мы еще одну ночь переночуем там. Поедим и отправимся домой. Мне правда надо на работу, — строго произнес мужчина.
Я инстинктивно захотела сказать: «Есть, мой капитан», и вытянуться по струнке. Но я только улыбалась как ненормальная и хлопала в ладоши как маленькая девочка.
— Вау, Егор! — еще больше восторга я испытала, когда мы все-таки добрели до этой гостиницы.
Отдельные домики с видом на горы, подобие цивилизации с душем на улице и теплой, нагретой солнцем водой. Радовали после отсутствия такового в палатке, неимоверно.
— А почему мы сразу сюда не пошли? — задала вопрос, который сразу пришел мне в голову, когда я распласталась на кровати.
— Дитя цивилизации. Тебе не понравилось со мной в палатке? Если бы мы сразу были тут, ты бы так не срывала голос. Мы бы щадили соседей, — подмигнул мне Егор и пошел что-то улаживать.
Приняла
