душ, завернулась в большое банное полотенце и села на веранду, наблюдая еще один закат в горах. Вскоре передо мной стояла тарелка с едой бокал вина и приборы. Рядом уселся Егор с таким же набором.
— Это сказка! — выдохнула я, отпивая немного из бокала.
— Наслаждайся, милая! — так же тихо произнес мужчина, но накинулся на еду, а не на жидкость, которая красиво играла в бокале.
— Жалко, что только одна ночь! — стало опять почему-то грустно.
— Не последний день живем. Приедем снова! — прожевывая еду, ответил мой спутник.
— Ты уж определись, завтра нас моет цунами или мы будем жить долго и счастливо и умрем в один день! — сначала сказала, а потом пожалела, так как явно давила на мужчину, призывая к серьезным отношениям, которые я сама ему дать не могла.
— Не знаю как ты, но меня больше устраивает второй вариант, и я всегда верю в лучшее. А цунами переживем! Оно обычно в океане. До нас не дойдет, — усмехнулся он.
А я опять задумалась о том, что скоро все закончится. Я улечу в Москву, а он останется тут, на теплом пляже, в утренней дымке. А еще тут, в этих чудесных горах. И какая-то другая женщина будет так же щуриться на солнце, что вот-вот скроется за горой и уступит место ночи.
— Я вижу тебе нельзя долго думать, молчать тоже вредно. Ты должна кричать! Пусть соседи потерпят одну ночь, — сказал мне Егор, когда мы закончили с ужином. Подхватил на руки и утащил в комнату, сильно трудиться ему не пришлось, так как полотенце упало еще где-то на пороге. Ему оставалось только справиться со своими шортами, что получилось легко, и ночь опять выдалась у нас горячей. Очень активной. И действительно, в такие моменты думать у меня не получалось.
— Позавтракала? — спросил Егор, когда я утром пила кофе на той же веранде.
— Да, уже почти допила.
— Тогда выходим. Нам надо домой!
— Тебя ждет работа, — выдохнула в чашку и поставила ее на стол.
— Да. Работа, — грустно отозвался он.
Вниз мы спускались почти молча. Шли достаточно быстро. Так как спускаться было быстрее. Местами я просто не могла идти медленно и сбегала. За что слышала маты и крики Егора в спину. Но мне все равно, почему-то, не было страшно или обидно.
— Марин, — уже почти у подножья, где начинался лесок, остановил меня мой гид, — Слушай, — он отводил глаза, и у меня ухало в пятки сердце. Ком просто перекрывал дыхание через горло и было трудно вдохнуть. Сердце стучало в висках, — Я не знаю, — опять тишина, которая резала мне вены осколками стекла, с которым перемешивалась кровь, — не подумай ничего плохого, я не жмот, просто, зачем тебе тратить деньги на номер, может ты на остаток дней переедешь ко мне в дом?
Я не сразу сообразила, о чем говорит Егор, а когда поняла, стало и радостно и грустно. У нас все еще был ограниченный срок, который каждый осознавал. Но даже его, мне предлагалось провести в доме Егора. Хорошо ли это? Или я потом пожалею?
Егор
Я никогда не приводил женщину к себе домой. Благо для этого у меня было место. Но в этот раз мне стало дискомфортно от того, что Марина будет жить в гостинице. Да и как я буду брать с женщины, с которой сплю деньги за постой. Спать с ней в номере не буду, так как слухи мне не нужны. Значит она будет бывать у меня дома. А потом что? Уходить к себе? Странно все. Дико. И я решился предложить. Меня от взрыва мозга спасало то, что это на время. Пока не кончится отпуск у Марины. А, следовательно, пока она не уедет. А так, все будет в порядке. Денег с нее брать никто не будет. Номер я сдам другим постояльцам. И у Марины останутся только приятные впечатления о курорте, городе, отеле и отпуске.
Но мое предложение было встречено как-то странно. Девушка стояла как будто она рыба, выброшенная на берег. Хватала ртом воздух и не могла вдохнуть.
— Марина? — обеспокоился я, — Ты меня слышишь? Тебе плохо? — почему-то сразу вспомнил про горную болезнь.
Но был не готов к такому. Ведь был уверен, что она начинается куда выше, чем те координаты, куда мы поднимались. Да и спустились уже почти. Но вид девушки очень волновал.
— Я вызову скорую, у тебя что-то с легкими или сосудами. Надо было медленнее спускаться! — психанул из-за того, что не уберег Марину от неприятностей со здоровьем. В очередной раз.
— Не надо! — женская рука одернула мою с телефоном, — сейчас пройдет. Все хорошо. Пойдем!
Было видно, что голова у Марины кружится. Она шла неуверенно. Коленки будто подгибались. И взять ее на руки не мог. Рюкзак хоть и стал легче, но все равно был внушительным, а главное крайне неудобным для таких подвигов. Поэтому сбавил скорость. Давай Марине прийти в себя. А для себя решил, что эту женщину просто нельзя оставлять одну. Так что идем сразу ко мне домой. Оставляю ее там. Пусть поспит, полежит. А тетушке скажу, чтобы вещи ее собрала. И перенесла ко мне.
Чуть погодя, нетерпение распирало. И я написал тетушке сообщение. Где как раз и попросил об одолжении. И когда мы зашли в мою спальню, на кровати лежали некоторые вещи Марины и стоял ее чемодан.
— Егор? — обернулась она ко мне с претензией, до этого никак не протестуя зайти немного передохнуть с дороги, а тут и голос прорезался, и руки привычно скрестились на груди.
Но мне почему-то не было ни страшно, ни раздражительно. Было забавно и почему-то классно.
— Ты промолчала, молчание — знак согласия, — стукнул я по носу девушку и пошел в душ, закрывая не щеколду дверь.
Надо сказать, что Марина не ломилась, не кричала. К моменту, когда я вышел, она просто стояла и разглядывала свои вещи на моей кровати.
— Непривычно? — спросил первое, что пришло в голову.
— Страшно! — тут же сиплым голосом отозвалась девушка.
— Я вроде тебя не пугал! Или ты от страха так кричала? — решил добавить немного юмора в накаляющуюся атмосферу спальни, но по взгляду Марины, обращенному в мой адрес, понял — зря, — Я оденусь и пойду поработаю. Обживайся. Если не хочешь тут, то есть соседняя комната. Будем ходить к друг другу в гости ночами, — подмигнул ей, и начал одеваться.
Быстро собрался и пошел в офис. Надо было проверить работу отеля, решить текущие вопросы.
— Вечером тетушка принесет ужин! — поцеловал в
