сварит, нам неинтересно, – сказала Эмми.
– Не будем торопиться. Разве кроме куска перламутра вас ничего не интересует? – с надеждой спросил старик.
– Расскажите об этом мире, в который нас привёл случай. Мы блуждаем как кроты, постоянно испытывая внутренний диссонанс от противоречий во всём, с чем приходиться сталкиваться, – попросил я.
Нерей бросил на меня короткий, но проницательный взгляд и начал:
– Давным-давно, когда Хаос породил Гею, стали рождаться люди с необычайными способностями, которых назвали богами. Сначала приоритетом богов было обустройство земли и собственного мира, а потом, по мере расширения пространства, возникла необходимость в божественной специализации по направлениям влияния на ту или иную сферу деятельности. Божественный инкубатор производил на свет богов для консолидации людей, объединённых общим ремеслом, укладом или образом жизни. Скотоводы имели своего покровителя, виноделы – своего, моряки – своего, воинство поклонялось своей богине и так далее. Каждый человек выбирал себе бога, которому молился и на которого уповал. Шли века, сменяясь один другим. Люди стали сомневаться в могуществе своего покровителя, так как рядом всегда имелся человек более успешный, молящийся другому богу. Это привело ко всеобщему недоверию людей в силу божеств уже существовавшего тогда Олимпа. А мы, хоть и пытались исправить положение, вмешиваясь в отдельные моменты людских противостояний, но не смогли наглядно доказать свои полномочия по управлению земными делами. С тех пор мы живём сами по себе, а люди стали искать защиту у Единого и Всемогущего, отказавшись от многобожия. Скажу откровенно, для нас это был оптимальный выбор, а вот людям повезло немного меньше. Объединив всех богов в одном лице, они потеряли идентичность и стали однородной массой верующих. Боги Олимпа потеряли саму суть своего предназначения, то есть перестали быть божествами. Мы перестали рожать детей и занялись праздным времяпрепровождением, со всеми вытекающими последствиями. Некоторые по несколько раз перестраивали свои жилища, некоторые пустились во все тяжкие. Кто-то решил заняться самообразованием, а кто-то ударился в науку. Короче, каждый сам по себе. Самый распространённый недуг у нас называется депрессия, и лекарство от него не всегда эффективно. Дельфины на хвостах принесли слушок, что на большом совете решили воскрешать талантливых людей для пополнения нашей резервации. Идея хорошая, но я не вижу решения нашей основной проблемы, которая мешает ощутить жизнь по-настоящему. Эта проблема – бессмертие. Я завидую людям именно потому, что в условиях ограниченности их жизни они вынуждены бороться за неё каждую минуту, переосмысливая ошибки и принимая важные решения. Их путь суров, но сколько радости они получают от, казалось бы, ничтожных моментов бытия, ловя миг счастья и преодолевая препятствия. Это ответ на ваш вопрос.
– Постойте, но нам Геката сказала, что реинкарнируемые будут жить на земле и там прославлять могущество богов Олимпа, – угрюмо выдавила из себя Эмми.
– Я не готов говорить на эту тему. Дельфины могли приврать, а я неправильно их понять, – ответил Нерей.
– Почему перестали рожать детей? – спросила Эмми.
– Вероятно, это последствия бессмертия. У всех мужчин нарушен сперматогенез, а у женщин – овуляция. Все попытки излечить патологию были безуспешны, – с грустью ответил старик и добавил: – У нас нет будущего.
– В прошлых беседах, которые мы имели с другими богами, не чувствовалось такой безысходности и пессимизма. Но сама суть проблемы мне кажется достаточным поводом для поиска выхода из этой ситуации, – заметил я.
– В тебе говорит человек. А ты попробуй встать на место бога и ощутить нутром бесконечность, тогда, может быть, я выслушаю твой совет, – печально ответил Нерей.
– Мы разыскиваем пропавшего Кроноса. Вы что-нибудь слышали об этом? – перевёл я разговор на другую тему.
– Кронос не букашка, чтоб пропасть, но, если он решил спрятаться, найти его будет непросто.
– Какие приёмы существуют у богов при игре в прятки? – спросил я.
– Мимикрия, натуральное превращение в неодушевлённый предмет и ещё много чего, – подумав, ответил Нерей, – но есть одна загвоздка – душу бога не спрятать и не замаскировать.
– Выходит, у Крона похитили душу? – включилась в разговор Эмми.
– Я бы не стал заявлять так безапелляционно. Может быть, его душа находится в месте, непривычном для восприятия нами, и боги не могут её опознать, – ответил мудрый старик.
– Мы подумаем над вашей гипотезой. Кажется, это наиболее правильный путь к поиску Кроноса, – вставил я.
– Могу дать вам хороший совет, – проговорил Нерей, – опросите всех, кого повстречаете, но при разговоре не спрашивайте про Кроноса, а интересуйтесь: «Куда можно спрятать душу бога?»
– Почему не нужно называть имя Кроноса? – поинтересовалась Эмми.
– Назвав имя, вы конкретизируете объект поиска и сбиваете собеседника с темы, которая интересна вам, но не ему. Отвечая абстрактно, визави будет более искренен и раскован с вами, что увеличит объём и точность информации, – ответил Нерей.
– Если душа Крона находится вне обозрения, где же его тело? – спросил я.
– Идентификации подлежит только душа, а тело всего лишь набор химических элементов. Поэтому стоит сосредоточиться на поиске его души, а тело потом приложится, – поучительно сказал Нерей.
– Может быть, сам Зевс поспособствовал исчезновению Крона? Говорят, что ему это выгодно, – спросила Эмми.
– Похоже, ты меня плохо слушала, раз задаешь такой вопрос. Боги давно перестали бороться за власть именно потому, что бороться оказалось не за что. Мы мёртвый народ. Мы умершая власть. Нам нечего желать и некуда стремиться. Олимпийцы добились всего, но теперь не знают, что делать дальше. Мы обречены на вечное существование, как бессрочные консервы, затерянные в глубинах Тартара. Ты ищешь жемчужину, надеясь обрести новую жизнь, а для нас не придумали такой надежды, – печально произнес старик.
– Но, если мы найдём жемчужину и Геката оживит многих талантливых и выдающихся учёных и философов, возможно, они смогут найти решение вашей проблемы? – с надеждой спросила Эмми.
– Ты очень молода и наивна, как и все люди твоего возраста. Ответь, разве на Земле учёные и философы смогли решить хоть одну проблему до конца? У вас нет войн? Нет голода? Нет болезней? Я мог бы ещё долго перечислять ваши проблемы, но осознаю, что человечество никогда не приблизится к пониманию элементарной истины.
– Какой? – перебила Эмми старика.
– Каждому – своё. Люди всегда будут вступать в противоречие с природой, друг с другом и суждениями о правильности бытия. Развитие наук никоим образом не влияет на суть человека, на его внутренний мир и естество. Вас невозможно ни объединить, ни вразумить, да и жить вы не научились по-человечески за многие тысячелетия. Вы молитесь разным богам, но не один из них не помог вам преодолеть свои пороки. В основе любой религии лежат нравственные цензы, которые люди, оправдывая необходимостью, варварски
