Душат слезы, но, обернувшись через плечо, стою до тех пор, пока красные стоп — огни не исчезают за поворотом.
Очень холодно, запутавшийся в волосах ветер леденит кожу, а я все не могу заставить себя уйти.
— Жанна! — окликают меня.
Быстро стираю слезы и поворачиваюсь к шагающим по тротуару девчонкам. Светящаяся радостью, Настя, держит в руке прямоугольный бумажный пакет с изображением недорогого бренда.
— Я платье купила! — кричит она, поднимая его на уровень глаз.
Мне плохо. Внутри все болит и истекает кровью. Я не могу сейчас с ними говорить.
— Пошла за курткой, а купила платье! — смеется Лиза.
— Такое платье грех прятать под курткой!
Вдох. Выдох.
Ко мне возвращается чувствительность, и я начинаю трястись от холода.
— Ты чего?.. — приближаясь, спрашивает Настя.
Сощурив глаза, она быстро меня осматривает.
— Она ревет.
Развернувшись на пятках, я прячу лицо в ладонях и быстро иду туда, куда не так давно уехала машина Макса.
— Жанна!
Не реагирую. Потом, позже придумаю что-нибудь, а сейчас мне жизненно необходимо уединение.
— Жан!..
— Пусть идет. — доносится до меня приглушенный голос Лизы, — Наверное, с мажором своим рассталась…
Я ускоряю шаг, спеша увеличить между нами расстояние, потому что новый приступ за секунду заливает мое лицо слезами и сотрясает тело в рыданиях.
Перехожу на бег, едва не сбивая кого-то с ног и, согнувшись, ныряю в пространство между домом и густыми зарослями кустарника. Голые колючие ветки цепляются к одежде и волосам, но я быстро шагаю вдоль оштукатуренной стены и скоро оказываюсь на заднем дворе, недалеко от ряда старых металлических гаражей.
Падаю на холодную лавку и натягиваю капюшон на голову. Держать в себе обиду больше нет сил. Реву, наплевав на проезжающие мимо машины и то, что меня могут видеть из окон квартир.
Он все-таки сделал это!.. Поставил гребаную жирную точку!
Он смог!
Трясусь и не могу перестать плакать. Слова его, как острые иглы, с каждым вдохом втыкаются в сердце все глубже.
«Я больше не хочу… выдохся»
Боже…
Кому ты врешь, Максим?! Это же не правда. Я бы почувствовала! Ты горишь так же, как и я!..
Найдя его подарок в кармане, новый телефон, открываю нашу переписку и пишу сообщение:
«Я тебе не верю».
Глава 28
Максим
Пытаюсь разлепить глаза, но веки, как намагниченные, захлопываются снова. Рядом на тумбе напильником по мозгам вибрирует мой телефон.
Вызов прекращается, но всего на несколько блаженных минут.
— Бля-а-а-дь!.. — хриплю, нащупывая его рукой.
Голову не поднять, с каждым движением в виски вкручиваются саморезы.
Жмурюсь сильно, открываю один глаз и вижу на экране имя своей невесты.
— Да?..
— Максим! — восклицает с облегчением, — ты спишь, что ли?!
— Типа того… — бормочу, растирая лицо рукой, — что случилось?
— Я прилетела и…
— Чего?.. Куда прилетела?
Морщась от боли поднимаюсь и смотрю на электронное табло настенных часов.
12:37.
— В Москву! Встретишь меня? Я хотела папе сюрприз сделать, у него сегодня день рождения!..
Осознав, наконец, масштаб свершившегося пиздеца, просыпаюсь окончательно. Откидываю одеяло и соскакиваю на ноги. Пол под ними начинает раскачиваться.
— Кто тебе разрешил? — выпаливаю с досадой, — тебе же сказали до Нового года не приезжать.
— Я сама решила… у папы день рождения!..
Твою мать!.. Ее отец на жесткой химиотерапии. Никакого торжества точно не планировалось!
Ловя равновесие, на несколько секунд прикрываю глаза ладонью. После вчерашнего мутит немного, но чашка крепкого кофе должна помочь.
— Максим, ты не рад?.. — звенит голос Стефы, — я тогда отцу позвоню.
— Рад. Я приеду, жди…
— Точно?.. Я могу на такси.
— Жди, я сказал…
Отключившись, заряжаю кофе-машину и принимаю бодрящий душ. Пока чищу зубы, по привычке открываю последнее сообщение Дженни:
«Я тебе не верю».
Тут же закрываю. Утренний ритуал.
Придется поверить, Жанна. Поиграли, и хватит.
Ставлю блок на мысли о ней и, наливая кофе в чашку, звоню отцу.
— Стефа в Москве, — сообщаю без предисловий.
— Как в Москве?!..
— Вот так. Сюрприз для отца ко дню рождения…
— Так он… блядь… — слышу тяжелый вздох, — где она? У тебя?
После того, как я дал понять отцу, что он может рассчитывать на стопроцентную мою поддержку, он заметно смягчился и даже назначил наставника из числа своих спецов, с которым мы сейчас готовим заявку на участие нашей компании в программе государственного субсидирования.
— В аэропорту. Сейчас поеду за ней… — говорю, поставив телефон на громкую связь и начиная одеваться. — Куда везти ее?
— Надо же все объяснить девочке… Она ж с ума сойдет… — причитает он.
— Я ее тогда к нам привезу. Там все и расскажем, да?..
— Ну, да… да. Не в больницу же ее везти. Подготовить надо.
Представив реакцию Стефы на болезнь отца, внутренне содрогаюсь. Она безумно любит его, и после его смерти останется практически сиротой. Мать давно бросила их — ушла из семьи к другому мужику, уже лет пятнадцать живет в Майами и с дочерью связи не поддерживает.
— Ладно, я поехал.
— Макс!
— Что? — спрашиваю, чувствуя, словно мне за шиворот горсть снега запихали.
— Ты все подчистил?.. С девкой той решил?
— Решил…
— Не дай Бог, я узнаю…
— Я сказал, решил!..
Отец молчит какое-то время, а затем, прочистив, горло, отвечает:
— Надеюсь на твое благоразумие, сын.
Его миролюбивый тон и доверие в голосе разливаются ядом по венам.
«Послушный мальчик. Умница»
Сжав ладони в кулаки, глушу порыв разъебать все вокруг. Это мое решение. Мое!
— Скажу Нине, чтобы приготовила чего-нибудь повкуснее, — произносит заботливо отец и, пожелав мне удачи, отключается.
На дорогу до аэропорта уходит почти два часа, в течение которых Стефа звонит мне пять раз подряд. Волнуется из-за того. Что ее отец не берет трубку.
В просторном зале нахожу ее не сразу. Смотрю в указанном ею направлении и не вижу.
— Максим! — вдруг окликает ее голос.
Перевожу взгляд вправо и замечаю сидящую в кресле брюнетку. Подняв руку вверх, она активно машет.
Стефа.
Блядь.
Ну, нахрена?..
— Привет, — говорю, подходя ближе.
Она поднимается на ноги и виснет на шее. Крепко прижавшись к щеке, окутывает меня ароматом духов с цветочным ароматом.
— Ты все еще растешь? — смеется немного неуверенно, — ты стал выше.
— Тебе показалось, — усмехаюсь, касаясь ее губ в коротком поцелуе, — вот так сюрприз!..
— Надо было заранее тебя предупредить. Или на такси домой ехать.
— Идем?..
— Да.
Беру за ручку ее чемодан и качу к выходу.
— Я хочу подарить папе майку в автографом Дитера Болена, — начинает тараторить, поспевая за мной, — ты не представляешь, сколько я за нее отвалила… Ты будешь в шоке, когда узнаешь!..
— Десять тысяч евро?
— Да…
