люди могут изменить свою привязанность, как они могут начать с одного пути и закончить на другом. Дейн имел в виду мою маму. Он понимал, как она могла влюбиться во врага.
И я совсем чуть-чуть простила Дейна.
Я не знала, как долго оставалась сидеть на гребне. Достаточно долго, чтобы холод просочился сквозь слои моей одежды. Сегодня я ни за что не стала бы загорать.
Жужжание маленького серого самолёта прорезало воздух, привлекая моё внимание вверх. Очевидно, кто-то ещё присоединится к нашему лагерю. Я смотрела, как самолёт приближается, летит всё ниже, и гадала, где он приземлится. Никто не должен был подходить так близко к лагерю. Было правилом приземляться вне поля зрения и дальше идти на лыжах.
Самолёт снизился ещё ниже, направляясь прямо ко мне. Это было хвастовство? Попытка напугать меня? Я знала, что он видел меня. Это было достаточно близко, и мои длинные каштановые волосы были единственным тёмным пятном на белом фоне. Самолёт нырнул вниз, люк открылся, и оттуда выпала тёмная масса. Это было похоже на чёрную простыню, падающую с неба. Я понятия не имела, что это было, и почему самолёт сбросил это. Существо опустилось на землю в нескольких десятках ярдов передо мной.
А потом это перестало трепетать. Оно изменило форму и направление, летя прямо на меня. Это была вовсе не простыня. Это было облако кишащих насекомых.
ГЛАВА 10
Я вскочила на ноги и побежала по тропинке, раньше, чем смогла полностью осознать, что происходит. Тёмный рой полетел ко мне. Их крылья издавали звук, похожий на глухой гул надвигающейся бури. Мне не нужно было их видеть, чтобы понять, что это скарабеи, плотоядные существа. Хорусиане точно определили наше местоположение и прилетели с жуками, чтобы убить нас. Как они нас нашли, я не знала.
Сбегая вниз по склону, я поскользнулась. Мои ноги просто выбило из-под меня. Я сильно ударилась о землю, заскользила, а затем перевернулась. Я покатилась вниз по склону, цепляясь за лёд, пытаясь ухватиться за него. Белые вспышки снега смешались в моём видении. Наконец, я попала на ровное место. Мне удалось остановиться, подняться и снова побежать. Меня охватила паника. Я не могла спуститься с хребта до того, как скарабеи доберутся до меня, а даже если бы и смогла, мне негде было спрятаться от жуков на этом открытом участке земли. И всё же, я побежала. Я бы не стала стоять на месте, ожидая смерть.
Жужжание крыльев стало громче, заглушая звук моих шагов. Они не были чёрными. Теперь, когда они были ближе, я могла сказать, что они были тёмно-зелёного цвета. Отдельные жуки летали передо мной, как кружащиеся точки, приземляясь на мои волосы и лицо. Я отчаянно отмахивалась от них. Как только я стряхивала их, приземлялось ещё больше. Щелчки, гул, поиск. Они ползали по моей голове и спускались по шее. Через несколько секунд весь рой окутал меня. Тысячи жуков затмили пространство. Мне хотелось закричать, но я не могла вынести мысли о том, что они окажутся у меня во рту.
Я ждала, когда они укусят. Разве по словам друга моего отца не это должно произойти — они съедят нас?
Я почти ничего не видела, хотя отчаянно тёрла глаза. Я успела только заметить, что сбежала с края гребня, прежде чем мои ноги взметнулись в воздух.
Падение составляло, по меньшей мере, пятьдесят футов. Падая, я мысленно пыталась уловить какой-то смысл, который могла бы извлечь из своей жизни за мгновения до смерти. У меня была только одна мысль: надеюсь, мама права насчёт рая. Я хотела рай с горами, поросшими соснами, цветами и мягким, убаюкивающим бризом. Может быть, даже одно или два пшеничных поля. Я хотела, чтобы она ждала меня там.
Я ждала удара, который лишит меня сознания. Жуки так плотно покрыли меня, что это казалось лучшим выходом. Но удара не последовало. Вместо этого я, казалось, скользила по воздуху, как будто жуки несли меня. Невозможно. Жуки не могли нести человека, и, кроме того, те, что были на мне, не летели. Я чувствовала, как они ползают по моей коже.
Правда ситуации поразила меня в тот же момент, когда я без усилий приземлилась на землю. Я пролетела вниз. Я летела. Не как Сетит. У них не было такой силы. Это было умение Хорусиан.
Я упала на живот и покатилась по снегу, чтобы раздавить жуков. Хотя я не думаю, что жуки покинули меня из-за этого. На тех, кто вертелся вокруг меня, определённо не повлияло моё метание по льду. Как будто они двигались одним разумом, они отлетели от меня и с жужжанием поднялись вверх, как поднимающийся зелёный торнадо. А потом они исчезли, улетев в направлении лагеря.
Неужели они всё-таки решили, что я не Сетит? Могут ли они догадаться?
Тяжело дыша от облегчения, я смотрела, как они улетают. И в следующее мгновение меня охватил ужас. Они направлялись в лагерь, где находились мои брат и отец. Я поднялась на ноги, бесполезно побежала за ними.
— Нет! — воскликнула я.
Я не могла остановить скарабеев и не могла никого предупредить.
Облако жуков улетело, закручиваясь вокруг себя, так что тени их тёмной массы пульсировали между чёрным и серовато-зелёным. Я побежала по снегу, наблюдая, как они становятся всё меньше. Наконец они выровнялись и исчезли из моего поля зрения. Они добрались до лагеря.
Несколько минут я бежала в белом безмолвии, не видя ничего, кроме яркого солнечного света и облачков инея от моего дыхания. Когда я приблизилась к лагерю, я услышала шум. Рёв. Крики.
Мой отец. Рорк. Я так боялась их потерять.
Я продолжала бежать, заставляя себя двигаться быстрее. Я представила себе Рорка на солнышке со своими друзьями, раздетого по пояс, загорающего во время игры в футбол. Я представила, как на него опускается туча жуков. Даже мои шаги, казалось, звали его по имени. Рорк. Рорк. Рорк. Я не могла потерять его. Я не могла. Не Рорк. Не папа.
Крики стихли. Что это значило? Моё сердце тревожно забилось в рёбрах. Неужели жуки убили всех? Могли ли они сделать это так быстро?
Серое облако двинулось вверх, это были жуки? Когда я увидела лагерь, я поняла, что это был дым. Горела палатка, одна из больших, в которой находился генератор. Когда я подошла ближе, я увидела людей, бегающих вокруг, бросающихся в палатки и выходящих из них. Всё, что осталось от облака скарабеев, — это несколько насекомых, сердито жужжащих в
