Матыцына может повлечь обрушение всей конструкции.
- Ты мне вот, что скажи! Тебе кто-нибудь давал указания по этому делу? – не дождавшись новых откровений, спросил Валентин Павлович, – Я хочу знать про любые поступившие тебе указания в отношение лично меня!
- Нет, – помотал я головой после недолгих раздумий, – Никто мне насчет вас указаний или рекомендаций не давал! Но одно могу сказать со всей определённостью! Главного технолога Шалаева удавили, если не по прямому указанию начальника городской милиции и горпрокурора, то, как минимум, с их ведома. Это точно!
- Это как? – встрепенулся Второй секретарь, – С чего ты это взял? Хочешь сказать, что Дубянский с Красавиным меня подставили? Но зачем?!
- Откуда мне знать, – равнодушно пожал я плечами, – Однако они почему-то сильно забеспокоились, когда я заметил некоторые несоответствия и проявил желание осмотреть труп Шалаева более тщательно.
- Осмотрел? – подался ко мне через стол Матыцын.
- Никак нет! – огорчил я его, – Начальник ИВС, как увидел, что я к трупу интерес проявляю, сразу же, как резаный орать на меня начал. Он мне заявил, что, если я дело по ЛВЗ в прокуратуру передал, то не моя эта забота труп Шалаева осматривать!
- И ты его послушался? – недоверчиво всмотрелся мне в глаза партийный секретарь, – Что-то не верится мне в это, Корнеев! Слишком уж не похож ты на покладистого служаку!
- Похож, не похож, но труп я осмотреть успел. Наспех, но всё же успел! И еще мне удалось на эту тему со следователем прокуратуры и с судмедэкспертом пообщаться. Насчет необычного следа от петли и ориентировочного времени, когда смерть наступила. Если вам интересно, Валентин Павлович, вы сами можете с ними пообщаться. Только сначала привет им от меня передайте, тогда, быть может, они вам врать не посмеют!
Стопроцентной уверенности, что удалось загрузить Матыцына качественными подозрениями в отношении горпрокурора и начальника городской милиции, у меня не было. Но с другой стороны, на безрыбье и сам раком засвистишь. В любом случае, когда я покидал кабинет Второго секретаря, он находился в глубокой задумчивости. Это раз. И, что самое главное, диким зверем, как в начале нашего разговора, на меня он уже не смотрел. Это два.
Выйдя из здания обкома партии, я прямиком зашагал в сторону трамвайной остановки. Для этого пришлось пересечь площадь и пройти еще квартал.
В РОВД я вернулся с легким сердцем. Понятное дело, что товарищу Матыцыну недолго осталось сидеть в своём кресле. Но так же понятно, что торопиться с его отстранением от должности никто не будет. Стало быть, всё это время, пока в его руках будет власть, ядом в мою сторону он плеваться не станет. А это очень радует.
С этими благостными мыслями я и свернул в свой закуток.
- Зайди! – едва я зашерудил ключом в замочной скважине, в приоткрытой двери своего кабинета появилась капитан Зуева.
Выглядела Лида так, словно я обманным путём завладел её денежным довольствием за квартал вперёд. Включая надбавку за выслугу лет. Прикинув в уме её календарь, я исключил поправку на критические дни и насторожился.
Войдя в её кабинет, я затворил за собой дверь и с показным смирением остановился перед ее столом. Никаких вопросов Лидии Андреевне я задавать не стал. Судя по её недоброму взгляду, у неё ко мне появились какие-то претензии.
Начальница тоже безмолвствовала и буравила меня своими прекрасными, но неласковыми глазами. Поняв, что разговор растянется на какое-то время, я сел на стул и приготовился к попрёкам. В том, что обвинения и попрёки будут, я уже не сомневался.
- Какой же ты всё-таки бессовестный, Сергей! – не дождавшись от меня первого слова, начала стыдить меня Лида.
Я согласно кивнул и продолжил разглядывать руководство любящими и преданными глазами. Вступать в разговор раньше, чем недовольная женщина как-то определённее выскажется о наболевшем, смысла я не видел.
- Чего ты молчишь, как истукан? Чего ты дураком прикидываешься? – всё больше и больше распалялась Зуева.
- Я не прикидываюсь, душа моя, я такой и есть! – проникновенным тоном возразил я расстроенной руководительнице, – Как только вижу тебя, так сразу и глупею! Это у меня такая реакция на красоту твою ангельскую! Каких-то других объяснений этому явлению у меня нет!
- Наглец ты, Корнеев! – оборвала мои дифирамбы Лидия, – Ни стыда у тебя, ни совести! Твои бабы уже сюда ходить начали! Скотина ты, Сергей! – с чувством выкрикнула она последнее утверждение.
Прокрутив в уме всех своих знакомых дам, которых можно было бы причислить к
указанной категории, я не смог определиться с вариантом. И потому попросил капитана Зуеву уточнить, кого конкретно она имеет в виду.
Лида с гримасой, полной презрения, достала из ящика стола какую-то бумажку и бросила её мне.
Поймав на лету и развернув скомканную половину листа, я вгляделся в буквы.
Кроме телефонного номера, там была фамилия и инициалы. Юдина А.Ю. У меня отлегло от сердца и я облегченно выдохнул.
- Прежде, чем обзываться, любимая, ты бы поинтересовалась, кто она, эта Юдина А.Ю.! – осуждающе покачал я головой. – Нехорошо, Лида! Обидела ты меня своей понапраслиной! Эта Юдина свидетель по уголовному делу! По тому самому спиртовому делу, которое вы с Данилиным мне подсунули! Эх, Лида, Лида!
Но несмотря на мою аргументацию, Зуева продолжала злобно хмуриться и военной тропы сходить не спешила. Она скривила губы в презрительной ухмылке и покачивала в такт моим словам головой. Показывая тем самым, что словам моим она не верит ни на грош.
- А спать тебе с этим свидетелем обязательно было? – в запальчивости продемонстрировала Зуева свою чудовищную осведомлённость, – Только не говори, что в обязанности следователя входит блядство со свидетелями! – не на шутку рассерженная Лида сверкнула на меня разгневанными глазами. – Скотина!
Вот это поворот! Ну вот на хрена Алле понадобилось всё это?! Мало того, что припёрлась в РОВД, так еще и сдала меня с потрохами! И кому сдала-то! Лиде Зуевой!
Тянуть с оправданиями было нельзя ни секунды. Промедление в таких случаях смерти подобно. Молоть нужно любую чушь, но только не молчать. И желательно, что бы эта чушь сбивала с толку.
- Я, Лида, исключительно из-за тебя пошел на эту
