Его Императорское Величество, соправитель Российской империи Александр Михайлович (Сандро)
Что ощущает человек, когда понимает, что его тупо хотят использовать? Что испытывает правитель, когда понимает, что его государство, его народ тоже хотят использовать? Тупо, грубо, примитивно. Нет, далеко не все деятели в этой делегации настолько прожженные интриганы, те же церковники — они искренни, но при этом не против того, чтобы на чужом горбу въехать в рай. Простые решения — столкнуть две империи и отвоевать себе право на величие. Ага! Только так не бывает, когда собственное величие строится на крови других. Ты или сам велик, или при попытке достичь того, что тебе не по зубам — скатываешься в пропасть, на самое дно. В общем, я испытывал раздражение, хотя бы потому, что просто отмахнуться от этих проблем невозможно. Их надо решать. Конечно же, не так. как этого хотели бы мои посетители. С другой стороны, в правящих кругах Турции с идеей чуть-чуть загеноцидить армян носятся не первый год. И только необходимость как-то держать марку перед лицом европейского сообщества, которое под видом обеспечения свободы совести балканских православных народов отпилило от империи османов значительные куски, сдерживает пока что эти планы. И от угрозы реального геноцида мне, как правителю, что имеет на Кавказе серьезные интересы, отмахиваться никак невозможно. И опять вспомнил о Хозяине земли русской, что-то я не видел очередного отчета о состоянии дел у мальчика из Гори. А вы что, думали, что это я о Николаше Кровавом подумал? Вот уж, извините! Какой из него хозяин, даже с маленькой буквы его хозяином назвать было в моем времени большим преувеличением. Расстреляли его за бесхозяйственность, н и поделом! Такую страну просрать надо было очень сильно постараться! А маленькому Сосо сейчас одиннадцать… да, про пешком под стол я загнул…
В общем, к очень многим политическим деятелям, которые сейчас только-только начинают свой жизненный путь или политическую карьеру, приставлены наблюдатели. Нет, ничего они не делают и вмешиваться не собираются. Только собирают информацию и следят. И шлют мне отчеты. Наверное, все-таки с организацией экспедиции на Север я какие-то рабочие моменты упустил. Ничего, не посплю еще пару часов, нагоню. И не могу сказать, что ничего совершенно не удалось изменить: тот же Александр Ульянов, еще будучи весьма перспективным студентом получил приглашение потрудиться в Менделевском комитете. Его настолько загрузили научной работой, что времени на тайное изучение марксизма и участие в кружках народовольцев просто не оставалось. Да и основные персоналии этой террористической организации были разобраны по каторгам и шарашкам. Толковые ученые –в шарашки, тупые боевики — на каторгу, самые перспективные и умные — в двойные агенты. Наиболее непримиримых втихаря отправили на тот свет. Сейчас Александр признанный ученый, создающий взрывчатку. Один из лучших учеников Менделеева. Трудится на благо государства. А его брат Володя спокойно учится на юридическом факультете Императорского Казанского университета, и оценки его по марксизму, который включен в университетскую программу, не самые лучшие.
В этих мыслях дошел до своего малого рабочего кабинета, в котором я принимал только самых близких соратников. Тут в сейфе находился и шифроблокнот, без которого прочитать полученное сообщение было невозможно. Мы использовали комбинированный трехуровневый код, который просто так перевести из ряда цифр в слова было невозможно. Через пятнадцать минут передо мной лежало весьма простое сообщение:
«Успех. Личность подтверждена. Вариант возвращения по плану Д».
Ну что же! Значит, у Полковникова всё получилось! Это радует. Но теперь я понимаю, что добираться они будут в Архангельск по морю. И надо обеспечить мероприятия по возвращению Михаила из Архангельска сюда. Ну что же, попросил адъютанта пригласить генерала Мезенцева. Тот появился примерно через час, это хорошо, что был где-то неподалеку.
— Сергей Николаевич! Рад Вас видеть! Мы должны обговорить ряд мероприятий, которые возникли в связи с новыми, совершенно секретными обстоятельствами. Но сначала хочу обратить вам внимание на одну весьма перспективную личность. Прошу обратить на него особенное внимание. В связи с некоторыми обстоятельствами, вам придется взять на себя еще одно направление.
Мезенцев приготовился внимательно слушать. Переворот, который удачно совершил Николай Михайлович, стал его серьезной ошибкой, и сейчас генерал-майор Мезенцев просто горел на работе, стараясь доказать государю, что этот промах был неприятной случайностью.
* * *
Москва, таверна «у Ашота».
6 января 1890 года
Мурад Себастаци, армянский воин-фидаи
В Москве есть где поесть. Заведения общепита на любой вкус и кошелек. Есть рестораны для аристократии и богатых купцов, кафе для московских обывателей, булочные и таверны для людей не столь богатых. Переехавшие в новую (старую) столицу граждане самых разных национальностей не могли пройти мимо такого удачного бизнеса — кормежки народа. Были в Москве и заведения разных национальных кухонь. В том числе имелось несколько заведений с армянской кухней. Одним из самых известных из них в это время считалась таверна «у Ашота». Ашот Араян был невысоким полным мужчиной, который умел очень хорошо готовить! Но намного лучше у него получалось построить так работу на кухне, что ему оставалось только проконтролировать процесс. А стоимость еды в его заведении была более чем демократична. Для публики более требовательной имелись и кабинеты, в которых можно не только поесть, но и поговорить приватно. И блюда там стоили подороже.
Главным украшением зала служила большая картина неизвестного художника, изобразившая вид на Арарат. Днем тут народ не толпился, но забежать перекусить заходили многие, особенно чиновники из расположенных рядом присутственных мест. Для них всегда в послеполуденное время находился недорогой набор из трех блюд, который в нашем времени назвали бы «комплексным обедом».
За столиком в углу заведения, точнее, в самом темном углу заведения, сидел молодой человек среднего роста, небритой наружности, с ярко выраженными восточными чертами лица. Он плохо знал русский, точнее, почти совсем его не знал, но на армянском говорил совершенно свободно, это и было одной из причин, по которой молодой человек обедал у Ашота. Ему принесли долму и немного молодого вина. Этот божественный напиток делал родич купца Арояна в Карабахе из местных сортов винограда и оттуда его привозили большими бочками в столицу. Всего два сорта: молодое белое и молодое красное. Он выбрал белое, которое было почему-то золотистого цвета с чуть терпким вкусом
