прошептал он и быстро и тихо прокрался туда, где звенело и топало.
Заглянув в верхнюю комнату, он увидел там Джекина, мокрого с головы до ног после форсирования рва. Джекин возился с каким-то механизмом, и Роберт не сомневался, что этот механизм приводит в действие подъемный мост.
Внезапно захлопнув дверь, Роберт повернул большой ключ в замке как раз в тот миг, когда Джекин подскочил к двери. Затем мальчик бросился вниз по лестнице и ворвался в маленькую башенку, в которой было самое большое окно.
– Мы должны помешать им проникнуть в замок! – крикнул он остальным, когда брат и сестры вбежали вслед за ним.
Дети подоспели как раз вовремя. Еще один мужчина переплыл ров и уже ухватился за подоконник. Роберт так и не узнал, как этому человеку удалось выбраться из воды, но, увидев, что тот собирается влезть в окно, мальчик изо всех сил ударил его по пальцам железным прутом, подобранным на полу. Человек с плеском свалился в ров.
В следующее мгновение все выскочили из комнаты, Роберт захлопнул дверь и с помощью Сирила задвинул огромные засовы.
Дети стояли в сводчатой надвратной башне, тяжело дыша и переглядываясь.
Увидев, что Джейн застыла с раскрытым ртом, Роберт сказал:
– Не унывай, скоро все кончится.
Наверху послышался скрип, там что-то загремело и затряслось. Детям показалось, что каменные плиты под их ногам задрожали. Затем грохот возвестил, что подъемный мост опущен.
– Это тот негодяй, Джекин, – сказал Роберт. – Но еще остается решетка; я почти уверен, что ее можно поднять только из другой комнаты, ниже, куда он не доберется.
И тут подъемный мост зазвенел, топот вооруженных людей и лошадиных копыт разбудил эхо.
– Наверх, быстро! – крикнул Роберт. – Надо чем-нибудь их забросать!
Даже девочки теперь чувствовали себя почти храбрыми. Они быстро побежали за Робертом и, повинуясь его командам, начали бросать камни в высокие узкие окна. Внизу послышался невнятный шум и стоны.
– О боже! – сказала Антея, кладя камень, который как раз собиралась бросить. – Боюсь, мы кого-то ранили!
Роберт в ярости схватил камень.
– Хочу надеяться! – сказал он. – Я бы отдал что угодно за добрый котел расплавленного свинца. Сдаться? Еще чего!
Тут снова послышался топот и, после паузы – оглушительный удар тарана. В маленькой комнате стало почти темно.
– Мы выстояли! – воскликнул Роберт. – Мы не сдадимся! Солнце должно сесть с минуты на минуту. Жаль, нет времени принести еще камней! Смотрите, все столпились внизу, давайте выльем на них воду. Обливаться, конечно, нехорошо, но им такое точно не понравится!
– О боже! – сказала Джейн. – Тебе не кажется, что лучше сдаться?
– Никогда! – ответил Роберт. – Если хотите, вступим в переговоры, но никогда не сдадимся. О, я стану солдатом, когда вырасту, вот увидите! Чиновником я не буду, сколько ни проси.
– Давайте помашем платком и попросим начать переговоры, – взмолилась Джейн. – По-моему, солнце сегодня вообще никогда не зайдет.
– Сначала выльем на этих мерзавцев воду! – сказал кровожадный Роберт.
Антея наклонила котелок над ближайшим отверстием для кипящего свинца и перевернула его. Внизу послышался всплеск, но, похоже, никто из осаждающих ничего не заметил. И снова таран ударил в огромную дверь.
Антея зачерпнула котелком воду из большой кастрюли, но помедлила.
– Какие мы идиоты, – сказал Роберт, распластавшись на полу и приложив глаз к отверстию. – Конечно, дыры ведут прямиком вниз, в домик у ворот – так устроили для того, чтобы встретить врага расплавленным свинцом, когда он уже вошел в ворота, миновал опускную решетку, и почти все потеряно. Ну-ка, дайте мне котелок.
Он заполз на треугольный подоконник в середине стены и, взяв у Антеи котелок, выплеснул воду через бойницу.
Раздался грохот тарана, топот врага и крики: «Сдавайся!» и «Да здравствует де Тальбот!»
Но внезапно все замерло, потом погасло, как огарок свечи, маленькая темная комната, казалось, закружилась и перевернулась вверх тормашками, а когда дети пришли в себя, они поняли, что находятся в большой спальне собственного дома – дома с кошмарными железными украшениями на крыше.
Братья и сестры столпились у окна. Ров, палатки и осаждающие исчезли; за окном, как прежде, был сад с зарослями георгинов, бархатцев, астр и поздних роз, а дальше – железная ограда и пустая белая дорога за ней.
Все глубоко вздохнули.
– Все в порядке! – сказал Роберт. – Я же говорил. И мы не сдались, верно?
– Ну, теперь-то вы рады, что я пожелал очутиться в замке? – спросил Сирил.
– Думаю, теперь я рада, – медленно сказала Антея. – Но я бы не хотела пережить такое снова, милый Сирил!
– О, все было просто здорово! – неожиданно сказала Джейн. – Я ни капельки не испугалась.
– Как же, как же, – начал было Сирил, но Антея перебила:
– Послушайте, я тут подумала: впервые исполненное псаммиадом желание не втравило нас в беду. Ни в малейшую. Внизу никто не беснуется, мы целы, невредимы и так весело провели день… Ладно, не совсем весело, но вы понимаете, что я имею в виду. И теперь мы знаем, какой Роберт храбрый… И Сирил, конечно, тоже, – поспешно добавила она, – и Джейн. И никто из взрослых на нас не рассердился.
Дверь резко, яростно распахнулась.
– Как вам не стыдно! – сказала Марта. По ее голосу дети поняли, как сильно она сердита. – Я так и знала, что вы ни дня не проживете без озорства! Стоит человеку выйти подышать свежим воздухом у входной двери, как вы тут же выливаете ему на голову кувшин воды! А ну, живо спать! И утром постарайтесь вести себя лучше. Не заставляйте меня повторять дважды, если через десять минут я увижу кого-нибудь из вас не в постели, я вам такое устрою! Надо же, залить мою новую шляпку!
Марта выпалила все это, не обращая внимания на хор сожалений и извинений. Дети очень огорчились, но разве они были виноваты? Что они могли поделать, если пришлось лить воду на осаждающего врага, а замок внезапно превратился в обычный дом, и все вокруг тоже изменилось… Кроме воды, которая случайно выплеснулась на чистую шляпку.
– Не знаю, почему вода не исчезла вместе с замком, – сказал Сирил.
– С чего бы ей исчезать? – спросил Роберт. – По всему миру вода есть вода.
– А по-моему, колодец в замке находился в том же самом месте, где находится колодец у нас на дворе, – сказала Джейн. – Поэтому вода была обычной, не наколдованной.
И она угадала.
– Ни одно наше желание не может обойтись без скандала, – сказал Сирил. – Можно даже и не мечтать. Пошли, Боб, мой военный герой. Если мы быстро ляжем, Марта не будет так сильно сердиться и, может, принесет нам
