— Послушайте, у вас ведь был длинный перелет. Почему бы вам не пойти наверх и не прилечь? — осторожно предложила Корина.
Невозможно было не заметить печаль в глазах женщины, причиной которой стала неверность мужа.
— Бруно пытался убедить меня, что все это глупости, что он просто помогал девушке разобраться с ее рабочими проблемами. Уверял, что не стал ничего мне говорить, потому что знал мою реакцию… Он сказал, что я совсем с ним не общаюсь, не желаю слушать его, и дети значат для меня больше, чем он. Он даже говорил, что брат значит для меня больше, чем он сам… что я уделяю больше внимания тому, что сказал старший брат… что только брату я доверяю, как никому другому, что только к нему обращаюсь за помощью…
Софи запнулась от переполнявших ее эмоций и потом хрипло проговорила:
— Да, наверное, вы правы, мне стоит отдохнуть… Я пойду наверх, если вы не возражаете. Столько всего произошло, что я даже и думать ни о чем не могу. Бруно и не знает, что я здесь, — устало добавила она. — Я так хотела увидеть брата!.. Мне так нужно было поговорить с Луиджи!.. Я подхватила детей и прилетела.
Софи прикрыла глаза, подавила зевок и вздохнула.
Кора подождала, пока женщина заснет, и позвонила в офис.
Но Луиджи на месте не оказалось. Пришлось разговаривать с Тео, который сказал, что ожидает появления босса приблизительно через час.
— Передай, пожалуйста, чтобы он позвонил мне, как только вернется, — попросила Кора зятя, не желая вдаваться в подробности. Семейные проблемы босса — его личное дело, и было бы неприлично обсуждать их с кем-то еще.
Поднявшись наверх, она проверила, все ли в порядке у гостей, повесила в ванную чистые полотенца и задумалась. Интересно, каково это — полностью положиться на брата, знать, что он в состоянии помочь в любой ситуации? Довериться ему настолько, чтобы просто так уехать из дома с двумя малышами, будучи уверенной, что только он решит все твои проблемы.
Наверное, это не совсем честно, подумала Кора. Все-таки брат не сможет заменить мужа, избавить от боли, вызванной изменой, восстановить разбитый брак, а любимый дядя не заменит отца, подумала она, вспомнив горечь в словах Софи, и замешательство в глазах Луиджи-второго.
Корина не винила Софи за те чувства, которые та испытывала. Узнать, что твой муж, которого ты любишь и которому полностью доверила себя и свою жизнь, отец твоих детей, встречается с другой женщиной… занимается любовью с ней!.. Должно быть, это самый ужасный удар, который может нанести жизнь.
Спустившись вниз, Кора подошла к холодильнику. Часом раньше, глядя на то, как Софи размазывает еду по тарелке, Корина засомневалась, что у той вообще появится аппетит, но вот дети — совсем другое дело, особенно малыш.
В холодильнике оказалось много свежих фруктов и овощей, и Корина решила сделать сок для детей.
По поведению старшего мальчика было понятно: он догадывается, что что-то произошло между родителями. Дети в этом возрасте уже многое понимают и порой начинают винить себя в том, что происходит у взрослых.
Сверху раздался какой-то шум. Корина прислушалась… Может, это проснулся ребенок?
Она направилась наверх, но внезапно ее отвлек новый звук. Сердце готово было выскочить из груди. Это подъехала машина Гатти. Кора никак не ожидала его скорого появления. Она думала, что он сначала позвонит. Сердце сжалось от волнующего трепета.
Сейчас они увидят друг друга впервые после ночи… впервые после… Ну хватит, прервала себя Корина, сейчас не время для подобных переживаний.
Она напряглась, когда дверь в кухню отворилась.
— Кора, что-то случилось? — обеспокоенно спросил Луиджи, заметив ее напряжение, и потянулся к ней.
Корина поняла, что он собирается ее обнять. Предательская краска запылала на щеках. Она с трудом преодолевала желание приблизиться к нему, ощутить его тепло и ласку, восстановить ту физическую связь, которая соединяла их прошлой ночью. Ее тело уже начало реагировать на его присутствие.
Кора понимала, как легко это осуществить, надо лишь шагнуть навстречу и оказаться в сильных объятиях. Она чувствовала, что имеет полное право так сделать.
Корина поняла, что против воли смотрит на его губы, а ее собственные дрожат в предвкушении сладкого поцелуя. Она могла сравнить себя с хорошо настроенным инструментом в руках мастера. Ведь едва любовник появился в дверях, как перед ее глазами всплыли все подробности их близости, и она испытала почти тот же экстаз.
— Дорогая!..
Настойчивость в его голосе вернула Корину к реальности, и как раз в этот момент в холле раздались звуки приближающихся шагов.
— Луиджи, — начала она, но, прежде чем успела что-то сказать, дверь распахнулась, и Софи с радостным криком бросилась в объятия брата.
— О, Луиджи, слава богу, что ты здесь!..
— Софи?.. — В его голосе слышалось удивление. Он вопросительно посмотрел поверх головы сестры. — Что?..
Кора тихо вышла и прикрыла дверь. Им есть о чем поговорить, и эти вещи не для посторонних слушателей. Такое обсуждается наедине.
Поднимаясь наверх, она услышала плач малыша и заспешила в спальню, чтобы успокоить его.
Войдя в комнату, Корина обнаружила, что Луиджи-младший тоже уже проснулся.
— А где мамочка? — робко обратился он к Корине.
— Она внизу, разговаривает с твоим дядей, — ответила Кора, а потом спросила: — Ты не знаешь, где лежат пеленки? Твоего братика нужно перепеленать.
— Пеленки? — Мальчик смущенно потупил взор.
Кора тем временем пыталась вспомнить другой синоним этого слова.
— Подгузники, — с облегчением выпалила она.
Они вместе помыли и перепеленали малыша, причем Корина всячески старалась растянуть это занятие, чтобы у маленького Луиджи не возникло соблазна подслушать разговор матери и дяди. Ему совсем не нужно знать об измене отца, он и так достаточно натерпелся за все это время.
Взяв на руки воркующего малыша, Кора заметила, что старший мальчуган неотрывно смотрит на дверь. Его терпению явно приходил конец. К счастью, именно в этот момент дверь распахнулась, и на пороге появились Луиджи и Софи.
— Мамочка, — мгновенно набросился с вопросом Луиджи-второй, — когда мы поедем домой? Я так соскучился по папочке…
Было очевидно, что Софи совсем недавно плакала, и губы сына задрожали, когда он заметил это. Но Гатти всех выручил. Он вошел вслед за сестрой и поднял племянника на руки.
— Привет, зайка! — весело проговорил он.
— Дядя Луиджи… дядя Луиджи! — радостно завизжал мальчуган, обнимая того за шею.
— Сейчас я позвоню в аэропорт и узнаю, когда вы сможете вернуться домой, — обратился он к сестре, по-прежнему прижимая к себе племянника.
