Читаем без скачивания Миротворец - Иван Стрельцов

Досталось несколько радиомаяков и Джамалу Равичу, но добровольно лезть в пасть ко льву он не собирался. А с электронными игрушками разобрался по-своему. Один радиомаяк установил у сербской церкви, обозначив ее в сводке как замаскированный командный штаб полицейской бригады специального назначения. На следующий день пятисотфунтовая управляемая бомба превратила церковь пятнадцатого века в груду щебня.

Другим объектом оказался старый деревенский мост, обозначенный как действующая позиция ПВО. Той же ночью его разнесли в щепки несколько тяжелых ракет, пущенных с палубного штурмовика «Хорнет».

Еще через несколько дней та же участь постигла большой свинарник, который Джамал назвал в своем донесении «казармой танкового батальона».

Карьера авианаводчика удалась: за два месяца благодаря Джамалу Равичу было уничтожено десять «военных объектов». Возможно, уничтожили бы еще больше, если бы военная фаза не сменилась переговорами с последующим выводом югославских воинских частей. Из Косова уходили невредимыми подразделения, которые в сводках ЦРУ и РУМО значились как уничтоженные.

Но эйфория победителей так закружила голову хозяевам, что никто из них не стал обращать внимания на подобные мелочи.

С оккупацией Косова для Джамала наступили черные дни. Внутри области агенты были уже не нужны и их поставили в режим «консервации». Теперь выживать приходилось за счет отряда, которым командовал Али Бекович. Боевики УЧК сжигали и разрушали православные церкви, устраивали провокации против оставшихся в Косове сербов, а заодно подрабатывали на контрабанде оружия и наркотиков.

По-настоящему счастье улыбнулось Джамалу (как он считал) после того, как отряд Али с прибывшими из-за рубежа арабами напал на югославскую военную базу и захватил трофейные американские крылатые ракеты. Уже через три дня ЦРУ вышло на свою агентуру в Косове и предложило сто тысяч долларов и вид на жительство за информацию о похищенных «томагавках». Свой шанс Джамал не упустил, при первой же возможности он связался со своим куратором и предложил сдать сведения о перевозке ракет, но при условии, если правительство США, кроме ста тысяч и вида на жительство, согласится добавить просторный дом для его семьи. Куратор согласился без раздумий, дальше пошла техническая сторона обсуждения предстоящей операции…

Вытащив из реки привязанный садок с двумя загарпуненными форелями, Джамал направился в лагерь. Сейчас все его мысли были заняты только семьей.

«Обязательно купим заправку, — размышлял про себя косовар. — Бензин теперь такая же необходимость для людей, как еда. Потом пристроим к ней автомастерскую, к тому времени старшие сыновья выучатся на автомехаников, младший будет заправлять машины, а средний протирать стекла. Я буду за всеми наблюдать из-за кассы магазина автозапчастей. Потом, когда заработаем достаточно денег, откроем кафе-закусочную, там смогут работать мои доченьки. Вот тогда мы им быстро соберем приданое. Впрочем… — от подобных мыслей Джамал даже шаг замедлил. — Зачем собирать приданое, пусть выходят замуж за американцев, им калым не нужен…»

Отряд боевиков УЧК расположился у заброшенной штольни. Там в ожидании своего выхода стояли четыре грузовика чешского производства «Татра». В их кузова были заложены толстые стволы столетних буков и ясеней. Официально спиленный лес направлялся в Албанию, чтобы оттуда морским путем достичь Италии и превратиться в роскошную мебель. За неофициальной частью этого проекта скрывались три контейнера с крылатыми ракетами, которых с нетерпением ждут на другом берегу Средиземного моря.

Боевики УЧК разместили свой лагерь в тени горы, сами жили в небольших туристических палатках, которые сливались с окружающей природой и надежно скрывали отряд от вертолетных патрулей. Это было последнее задание для боевиков — охранять грузовики до выхода колонны. Потом все они вернутся по домам, спрячут оружие и амуницию и будут жить в ожидании нового задания.

Джамал Равич подошел к группе косоваров, которые расселись вокруг небольшого костра и, продемонстрировав загарпуненных форелей, сказал:

— Мы сегодня обедаем свежей рыбой. — Небритые боевики оживились и закивали.

Равич вытащил из ножен остро отточенный нож, собираясь заняться чисткой рыбы, но ему помешал появившийся рядом молодой узкоплечий косовар, исполнявший при командире роль ординарца, и сообщил:

— Джамал, тебя ждет Али, ты ему срочно нужен.

— Тоже хорошо, — улыбнулся бывший контрабандист, — значит, рыбу будет чистить кто-то другой. — Передав рыбу сидящим у костра товарищам, Джамал направился к командирской палатке, которая находилась в стороне от остальных. Здесь проживал сам Али Бекович и его иностранные гости.

В отличие от остальных командирская палатка была просторной, здесь можно было стоять, выпрямившись во весь рост, а не сгибаться в позе гамадрила. Срочный вызов к командиру не вызвал подозрений в душе боевика, Али часто советовался с ним как с умудренным опытом человеком. Вот и сейчас, контрабандист думал, разговор пойдет на тему предстоящего перехода границы.

Когда боевик вошел в командирскую палатку, Бекович сидел в компании двух зарубежных гостей, поджав под себя ноги. Присутствующие наслаждались зеленым чаем из расписных пиал.

— Ты звал меня, Али? — голосом, полным достоинства, спросил косовар.

Командир отряда опустил на ковер свою пиалу и кивнул, потом перевел взгляд на старшего из гостей и сказал:

— Это он, Джафар…

Джафар смерил вошедшего своими черными страшными глазами и спросил:

— Ты Джамал Равич?

— Я, — ответил косовар, что-то внутри его дрогнуло, но разобраться в своих чувствах он не успел. Второй гость, Карим Мусалдин, сбил его с ног молниеносной подсечкой, а когда боевик рухнул на спину, накинул тому на шею кожаную удавку и что было силы затянул ее.

Джамал забыл про автомат, висевший на плече, про нож на поясе. Он изо всех сил пытался ухватиться руками за край удавки, но силы быстро его покидали. Но прежде, чем наступила темнота, он услышал испуганный крик Али:

— Что вы делаете?

Когда боевик перестал дергаться, Джафар сделал небольшой глоток чая из своей пиалы и спокойно пояснил:

— В твоем отряде, многоуважаемый Али, завелась крыса. Которая продала тебя и наши планы неверным. Теперь колонну ждут на границе.

— Этого не может быть, — растерянно пробормотал Бекович, во рту у которого мгновенно пересохло.

— Карим, покажи, — приказал турку Джафар. Мусалдин криво ухмыльнулся, потом спрятал в нагрудный карман своего камуфляжа кожаную удавку и быстрыми, профессиональными движениями обыскал труп. Через минуту на широкой ладони турка оказалось небольшое электронное устройство, внешне похожее на брелок дистанционного управления от автомобильной сигнализации.

— Что это? — хрипло спросил Али.

— Это ключ запуска радиомаяка, — с усмешкой ответил Джафар. В этот момент его усмешка показалась косовару оскалом тигра-людоеда. — Такие штуки применяются для наведения авиации на цель. Предатель собирался включить радиомаяк, когда колонна спустилась бы с гор.

— Почему же он это раньше не сделал? — недоуменно спросил Али, все еще не веря в происходящее.

— Элементарно, не хотел при захвате попасть под шальную пулю. Еще надеялся потратить деньги, заработанные от предательства своих же братьев.

— Но, может, это случайность, ошибка, трагическое стечение обстоятельств, — не сдавался косовар.

— Если бы Карим своими глазами не видел, как твой Джамал лазил в грузовик с ракетами, а после его ухода не нашел вот это… — На ковер между пиалами упал пластмассовый предмет серого цвета, внешне похожий на банку из-под кока-колы. Это был радиомаяк.

— О, Аллах всемогущий, за что ты меня покарал! — воскликнул Али, воздев руки к небесам, но тут же перевел взгляд на Джамала и осторожно спросил: — Так что же делать? Переход границы сорвался. Может, лучше оставить грузовики здесь, в штольне? Вход засыплем. Отряд разойдется по домам, а через пару месяцев все повторим.

Джафар понял, что судьба ракет косовара меньше всего волнует, он сейчас переживает о другом: знают янки, кто руководил нападением на их бронеколонну, или нет? По большому счету Бекович ссориться с американцами не хотел, в будущем собирался заняться политикой и стать во главе независимого мусульманского государства Косово, а без поддержки дядюшки Сэма эту мечту ни за что в жизнь не воплотить.

— Ты плохой диверсант, Али, — с презрением глядя на косовара, проговорил Джафар. — Ты — плохой командир. Ты не можешь адекватно реагировать на возникшие проблемы, в любом случае тебе всегда захочется убежать и спрятаться. Ты забываешь о порученном нам задании, это плохо. Когда готовишь операцию, для ее успеха необходимо иметь не только основной план, но и на случай каких-либо сбоев запасной, а то и несколько вариантов. — Али, понурив голову, молчал.