потом нужно будет менять – местами ткань уже ползла.
Мари с интересом оглядывалась вокруг.
Легкий дневной бриз не давал мне возможности отвлечься. Идти приходилось галсами, так что от парусов не отрывался – я далеко не самый умелый моряк.
Вчера я облюбовал себе местечко возле двух торчащих из воды скальных макушек. Наткнулся я на него случайно. Но улов был более чем достойный, и идти я собирался снова туда же.
Заметив, что Мари замерзла от слишком свежего ветра, я кинул ей кусок просоленного жесткого брезента:
-- Закутайся. Он, конечно, рыбой попахивает, но сразу станет теплее.
-- Андрей, а ты так и будешь рыбу ловить?
-- А у тебя есть другие предложения? – она молчала, и потому я продолжил: -- Мы пока слишком мало знаем, а за рыбу платят совсем неплохо. Во всяком случае, на нормальную еду и одежду я вполне заработаю.
-- Нет, ты не думай, что я капризничаю, – она заговорила торопливо, как бы извиняясь. – Просто мне не кажется рыбалка слишком уж надежным делом. Тут ведь не все от тебя зависит, многое и от удачи. Кроме того, бывают шторма, да и просто плохая погода.
-- Не каркай! Пока все равно лучше ничего не придумали, – заметив, что она расстроено замолчала, я постарался успокоить: – Со временем, разумеется, постараюсь найти работу получше. Может быть, торговлей займемся. Мне кажется, здесь это будет проще всего. А пока – так…
То ли я отвлекся и пропустил вчерашние скальные верхушки, то ли слишком скверно еще ориентировался на море, но часа через полтора-два, когда берег уже скрылся, я понял, что дальше искать их нет смысла.
Сети, которыми здесь пользовались, были не слишком велики и в собранном состоянии напоминали большой мешок – по краю была продернута крепкая веревка, конец которой крепился к небольшому выносному блоку. Вчера я, признаться, еле разобрался в системе. Большая круглая сеть закидывалась в воду в развернутом состоянии и падала вглубь до тех пор, пока хватало веревки. Потом я немного ждал и начинал наматывать веревку на некое подобие деревянной катушки.
Вытащил её практически пустую – немного водорослей и две рыбешки размером с ладонь. Для такой мелочи в лодке была корзина. Отпускать я их не стал, кто знает, сколько и чего выловим сегодня, а этих можно хоть на уху пустить.
Меня не пугал примитивный быт. Как любой деревенский подросток я умел косить, работать в огороде, ухаживать за скотиной. Даже с отцовским ружьишком доводилось в лес ходить. В деревне на такое смотрели спокойно.
Голодать мы точно не будем – море и лес прокормят. Но глядя на Мари, я понимал, что такой быт ее пугает. Получается, пока я буду зарабатывать деньги, ей придется стирать, готовить, следить за одеждой. Вряд ли, интересную, неглупую женщину могут радовать такие перспективы.
Закинув сеть снова, я дождался вопроса от какой-то слишком уж притихшей Мари:
-- А что мне делать?
-- Пока ничего. Вот если сеть пойдет полная – поможешь мне тянуть, – я с сомнением посмотрел на нее – очень уж она худенькая, пожалуй, особого толку от ее помощи не будет.
Солнце взошло, становилось теплее, и Мари, аккуратно свернув брезент, встала на носу суденышка, балансируя от легкой качки.
-- Оскар, посмотри вон туда, -- Она махнула рукой куда-то влево и вдаль.
Лодка не была совсем уж крошечной, но вряд ли она выдержит, если я встану сейчас с ней на носу.
-- Просто скажи мне, что ты там видишь.
-- Там большое светлое пятно.
-- И что? – не понял я.
Она как-то смущенно пожала плечами, слезла со скамьи и, повернувшись ко мне лицом, пояснила:
-- Понимаешь, там огромное светлое пятно. Конечно, я, может быть, и ошиблась, – торопливо проговорила она, – но, мне кажется, что там большая отмель. Может быть, там ловить будет удобнее? Ну, рыба ближе к солнцу разве не собирается?
Я хмыкнул и честно ответил:
-- А фиг его знает. Я на море никогда в жизни не рыбачил, поэтому, что тут и как - толком сам не знаю.
Когда второй раз вытянул сеть и обнаружил там все то же самое – двух мелких рыбок, несколько клочков водорослей и морскую звезду, решил все же переплыть туда, куда показывала Мари. Солнце поднималось к зениту, а у нас кроме порции мелочи ничего еще не было.
-- Здесь? -- Мари торопливо закивала головой и я, размахнувшись, закинул сеть. Теперь надо было немного подождать.
Говорили о разном. Дом решили пока не продавать – арендная плата показалась нам заманчивее. Мари, в основном рассуждала о том, что и как нужно изменить в хозяйстве. В общем-то я ее понимал. Стирать грязное тряпье руками – то еще удовольствие.
Обсудили возможность изготовления механической стиральной машинки. Я обещал покумекать – в принципе, там нет ничего особо сложного. Если подумать, то вопрос, скорее, упирается в стоимость изготовления. Валки для отжима белья можно сделать и из дерева, а вот машинку все же лучше из металла. Или корпус тоже можно деревянный?
-- Я подумаю, но пока ничего обещать не могу, сама понимаешь.
-- Понимаю…
В общем-то, проблем по дому было столько, что мы оба не слишком хорошо понимали, с чего нужно начинать.
-- Давай определимся. Есть вещи жизненно важные – еда и тепло. Честно говоря, у меня наша печь вызывает сомнения. Мне кажется, она зимой дом не прогреет.
-- Кстати, надо бы еще узнать стоимость дров. Я тоже думала о том, что тепла от такого камина будет не слишком много. И еще, хорошо бы нам обувью разжиться, хотя бы сланцами на первое время.
Мы обсуждали хозяйственные проблемы, но, похоже, оба были изрядно растеряны. Конечно, мы сможем благоустроить дом и заработать себе на еду и одежду, но стоит ли устраиваться именно на этом месте?
-- Знаешь, -- оживилась Мари, – а, пожалуй, ты прав. Может быть, когда у тебя будет выходной день, мы сходим в город и посмотрим что там и как?
-- Да. Так и сделаем. По крайней мере, в городе мы лучше сможем оценить уровень развития мира, – заметив ее несколько недоуменный взгляд, пояснил: -- Ну, как минимум узнаем, какие здесь уже существуют металлы, оружие, станки и прочее. Может быть, действительно нет смысла оставаться в этом поселке.
Сеть шла очень тяжело, Мари изо всех сил цеплялась в веревку, и я понимал, что даже
