Теперь всё эмоциональное дерьмо, довлевшее над вселенной в той реальности, служит топливом для Всепожирающего Пламенного Дракона. Ни о каких новых богах Хаоса речи быть не может. Сгорят все. Не самый худший сценарий – жить без извращающих и губительных сил Имматериума.
«Можно сказать, что я дал самый ценный подарок той реальности», – подумал Рон.
Истинным героизмом Рон считал тот тип героизма, о котором никто не узнает. Никто не скажет ему спасибо за то, что он сделал, так как об этом не знает никто…
//Сегментум Пацификус. Система миров Саббат. Субсектор Новообретенный путь. Планета Кокиаминус. Город Калавта. 0002042.M41 //
В серокаменном соборе шла месса. Проповедник Экклезиархии, Август Трод, стоял за кафедрой и читал яростную проповедь.
– … и пришёл Герой! – вопил проповедник. – И вознёс десницу! И возгласил!
– Изыдите, Отродья Хаоса! – синхронно вторила ему толпа прихожан.
– Умрите, еретики! – фанатично продолжал проповедник.
– Сгорите, мутанты! – закончили прихожане в религиозном экстазе.
– И возлетело из десницы Героя ввысь Пламя Императора! – проповедник Август Трод поднял правую руку. – Но отродья Хаоса не желали сдаваться! Вызвали они хозяев своих!
Знаковые события были восстановлены ценой жизни двадцати псайкеров-провидцев, сгоревших в ходе этого дотла. Они знали, что всё закончится их смертью, но выбора у них не было. Заказ от самой верхушки Экклезиархии либо выполняется, либо выполняется. Иных вариантов не предусмотрено.
Прихожане слышали эту историю уже сотни раз, но каждый раз слушали как в первый.
– И пронзило хозяев отродий Пламя Императора! – буквально заорал проповедник. – И проникло в Имматериум с очистительным походом! Во имя Бога-Императора!!! Во имя Империума Человечества!!!
– Во имя!!! – заорали прихожане.
Почтенные матроны, упитанные торговцы, тощие бедняки и работяги – все бились в едином религиозном экстазе. Потому что это не просто проповедь о некогда случившихся событиях. Это проповедь о том, что было на их планете. Более того, некоторые из присутствующих лично видели Героя Без Имени.
– Но это ещё не всё! – воскликнул проповедник. – Сегодня на планету прибыл тот, кто лично видел Героя Без Имени и даже был им лично спасён!!!
К кафедре подошла высокая женщина в офицерской форме Имперской гвардии. Короткие волосы её были каштановыми, серо-голубые глаза смотрели твёрдо и уверенно. Ростом она была ближе к метру девяносто, но часть роста добавляли аугметические протезы ног. Через всю левую щеку проходил тонкий шрам. Видно было, что эта женщина пережила не одну ожесточённую схватку.
– Меня зовут Дженеция Уизли, – произнесла женщина. – Я офицер 13-го кокиаминского полка Астра Милитарум.
– Слава Щиту Его!!! – возгласили прихожане.
– У Героя было имя, – продолжила Дженеция. – Звали его Рональдом Билиусом Уизли. И он до сих пор жив и проживает сейчас на планете Кадия-Октавиа, что в секторе Сильвана, дарованной 1499-му кадианскому полку Астра Милитарум. Я лично видела его, говорила с ним…
Он просил её никому не рассказывать о том, что он сделал. Но на Кокиаминусе и так все всё знают. Слишком много свидетельств. Слишком много свидетелей.
У Дженеции просто не осталось выбора. Когда её вызвали на Терру, в Экклезиархию, и приказали рассказать всё, что она знает о Герое Без Имени, культ которого необычайно расцвёл в системе миров Саббат, она выложила всё. Естественно, просто так подобное не заканчивается, поэтому её прикомандировали к инквизитору Осирису Алкиду, ответственному за развитие и продвижение нового культа, сочтённого Экклезиархией весьма перспективным.
Теперь они путешествуют между мирами, от системы к системе, продолжая выступать перед истово верующими, дополнительно укрепляя их веру тяжеловесными фактами.
– Какой он, капитан? – с искренним интересом спросил проповедник.
Этот вопрос был вторым по популярности. Первым обычно спрашивали о том, явится ли Герой в их мир.
– Он… – Дженеция вспоминала рекомендованные характеристики, которыми нужно описывать Героя. – Он храбр. Он великодушен к друзьям. Он жесток к врагам. Он никогда не отступает даже перед самыми невыполнимыми заданиями. Он не может оставить человека в беде…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
В который раз она вспомнила тот ужасный день. Это было здесь, в её родном городе. В этот собор они ходили на проповеди всей семьёй, в конце каждой декады…
Хаоситы держали их в многоквартирном доме, двери которого заварили. Иногда они врывались внутрь и забирали людей. В тот день настал черёд дома Дженеции…
Их притащили на рыночную площадь, где заперли в клетках. А потом начали демонстративно свежевать и готовить. Дженеция думала, что сойдёт с ума…
… её брату перерезал глотку мясник, а затем с улыбкой начал пить его кровь…
… её маму изнасиловали, а затем сразу начали есть хаоситы Кровавого Договора…
… отца, совершенно обезумевшего от горя, освежевали и сварили в котле…
… и настал её черёд…
А затем появился он.
Ниоткуда возник штык-нож, как позже узнала Дженеция, кадианского образца. Он вскрыл затылок мясника, а затем её грубо оттолкнули в сторону.
Дальше началось эффективное уничтожение хаоситов Кровавого Договора.
Это были предатели. Некоторые из них были ренегатами Имперской гвардии. Это были опытные солдаты, которые способны дать ожесточённый отпор любому.
Но они умирали – один за другим.
Дженеция смотрела на это с неописуемым восторгом и диким ужасом. Она никогда не видела ничего подобного.
То, как убивал этих ренегатов и убийц Рональд Уизли – это было за гранью человеческой жестокости. Но в глубине Дженеция искренне считала, что они заслуживали и не такого.
Она отчётливо помнила, что он веселился. Тысячу раз она возвращалась к этим моментам, её разум отказывался верить, что в такие моменты можно веселиться.
Дженеция за эти десятилетия участвовала в десятках битв, иногда невыносимо тяжёлых, иногда буднично-лёгких, но никогда она не испытывала веселья во время боя.
Это что-то другое. Рональд Уизли – это прирождённый гвардеец. Рождённый для битв против врагов Империума.
Она не такая. В глубине души она понимала это.
И рядом с этой нечеловеческой жестокостью Рональд Уизли хранил искренне-человеческое.
Дженеция сейчас прекрасно давала себе отчёт о том, что он не был обязан. Более того, он должен был пройти мимо. Задание его было слишком важно, чтобы подвергать его малейшему риску.
Но он изменил план и истребил тех хаоситов. И спас её.
Рон Уизли, с которым она имела честь личной беседы три года назад, был необычным человеком. И к культу вокруг своей персоны отнёсся скептически, со снисходительной усмешкой.
Его пытались выдернуть некие шишки из Экклезиархии, чтобы он, как и Дженеция, путешествовал по мирам и продвигал собственный культ, но Уизли в грубой форме отказался. На него давили, пожаловались на него инквизиции…
Только вот инквизиция отреагировала остро: прибыл инквизитор Осирис Алкид с эдиктом-вето от самого Инквизиторского Представителя с Терры. Рональда Уизли трогать было запрещено вообще кому угодно.
Планета Кадия-Октавия, дарованная 1499-му кадианскому, была миром-схолой, где учат одних из лучших магосов-принципов, способных применять пси-силы без обращения к Имматериуму. Их исчезающе мало, они на вес в тысячи раз дороже адамантия, но, поговаривают, программа по воспроизводству поправит ситуацию за пару следующих поколений. Ещё болтают, будто есть целые полки, укомплектованные магосами-принципами, но их никто воочию не видел.
– Герой жив!!! – провозгласил тем временем проповедник, чтобы прервать возникшую паузу. – Слава Богу-Императору!!!
– У меня с собой письмо от Рональда Уизли, – сообщила Дженеция, доставая письмо. – Он написал вам, жители Кокиаминуса…
Письма он надиктовал универсальные, подходящие каждому из имперских миров, но Кокиаминусу он собственноручно написал особое письмо. Естественно, Осирис Алкид запретил озвучивать людям ТАКОЕ, поэтому письмо подвергли строгой цензуре. В итоге от целого листа с мнением Рональда Уизли о планете и секторе в целом, осталось только…
