Алекс уже выходил из каюты, когда наткнулся на Диану, спускавшуюся по лестнице. Довольно долго они стояли в темном коридоре и смотрели друг на друга. Алекс знал, что кто-то должен пропустить другого, потому что вдвоем пройти по лестнице было невозможно. В конце концов, он с усмешкой поклонился и сделал шаг назад, прижавшись к стене и уступая ей дорогу. Диана поколебалась, но потом, подобрав юбки, шагнула вперед и попыталась проскользнуть мимо него. Не смотря на явное желание не касаться Алекса, шнуровка платья зацепилась за его пряжку. Диана замерла, чувствуя себя словно в ловушке. Алекс увидел, как возвышается над затянутым корсажем ее грудь, и подумал, что еще один вздох, и она окажется на свободе. Он так живо представил себе это, что у него даже пересохло во рту. Диана подняла на него затуманившиеся глаза, от волнения у нее сбилось дыхание. Алекс наклонился к ее полуоткрытым губам, забыв обо всем на свете. Не так уж трудно будет справиться с юбками, прижать ее к стене и сделать то, чего они оба так страстно хотят. Капитану судна можно все. Страсть кипела в его крови, требуя выхода. Алекс нагнулся и коснулся губами ее губ. В этот момент корабль качнуло, шнуровка отцепилась от пряжки, и Диану отбросило к противоположной стене. Алекс сохранил равновесие, встряска его словно отрезвила, и он немедленно взбежал по лестнице наверх. Он знал, что от него потребует Диана, и не хотел быть обязанным. Отец Дианы должен ответить за свои преступления, как и всякий, кто нарушил бы закон. И ничто не поможет ему избежать наказания.
– Вам досталась красивая женщина, капитан.
Алекс медленно повернулся. Ему пришлось задрать голову, чтобы увидеть лицо собеседника, потому что мистер Джеймс, боцман корабля, был почти на голову выше. Чернокожий наблюдал за усердными попытками Дианы чинить паруса вместе с командой. На его лице было написано восхищение, а глаза светились уважением.
– Спасибо, мистер Джеймс, – коротко ответил Алекс. – Она действительно красавица. – Алекс оглянулся, восхищенно отметив, как горят на солнце ее волосы. Он мучительно осознавал, что не может отвести от нее глаз.
– И умная, к тому же.
– Я знаю.
Мистер Джеймс улыбнулся, обнажив белые зубы, блеснувшие почти также ярко, как две серебряные серьги в его левом ухе. Огромной рукой он похлопал Алекса по плечу.
– Вы счастливый человек.
Не говоря больше ни слова, он повернулся и пошел прочь.
Мистер Джеймс был уже третьим человеком из его команды, который говорил комплименты в адрес пленницы. Жаль, что она только на словах является его любовницей.
Алекс нахмурился, ему совсем не понравился такой ход мыслей. И хотя он скорее бы принес в жертву свое мужское достоинство, чем позволил женщине лечь в его постель из чувства долга, он все же чувствовал к ней физическое влечение. Интересно, что бы произошло, если бы Диана предложила ему себя по собственному желанию? Сохранил бы он верность принципам, или они не выдержали бы натиска страсти?
Между ними была огромная палуба, и Алекс видел, как Диана передала одному из членов команды большую иглу. Хотя она очень старалась, у нее все же не хватало сил проткнуть плотную ткань паруса. Но она продемонстрировала силу характера, присев рядом с членами команды и постаравшись наладить с ними отношения. И это, признался себе Алекс, порадовало его гораздо больше, чем все ее попытки соблазнить его, которые чуть не удались.
Когда Диана встала и отряхнула юбку, к ней подошел Берк, чтобы подать руку. Рассмеявшись, она помахала тем, кто продолжал чинить паруса, и направилась вместе с Берком туда, где трое мужчин чистили пойманную сегодня утром рыбу. Она с неподдельным интересом стала наблюдать за их действиями. Алексу это показалось любопытным. Похоже, Диана всегда получала удовольствие от того, что делала. Ее энтузиазм приводил в восторг его побывавших в битвах людей. Старый матрос, с которым она сейчас разговаривала отнесся к ней с уважением. И так было со всеми членами команды.
Алекс снова нахмурился. Если он не будет соблюдать осторожность, то скоро тоже поддастся чарам своей собственной любовницы.
– Вы быстро привыкаете к жизни на корабле, – отметил Берк.
Диана подарила ему улыбку и снова обратила свое внимание на мужчин, чистящих утренний улов.
– Я никогда не любила сидеть дома. Отец часто брал меня с собой на корабль, когда я была ребенком. Но стоило мне подрасти, он решил, что благоразумнее оставлять меня дома.
– Это было мудрое решение.
– Я тоже так считаю, но все же всегда скучала без моря.
Диана подставила лицо солнцу и улыбнулась. Легкий ветерок трепал ее волосы. Глубоко вдохнув соленый воздух, она открыла глаза и наткнулась на задумчивый взгляд Эль-Морено.
Он наблюдал за ней с противоположного конца палубы, заложив руки за спину, с видом человека, который разгадывает трудную загадку. Она на мгновение встретилась с ним глазами и сознательно отвела взгляд. Даже несмотря на расстояние, его пристальное внимание по-прежнему вызывало в ней дрожь.
– Когда я была маленькой, я любила рыбачить с отцом, – сказал она Берку, стараясь не обращать внимания на волнение, которое охватило ее от присутствия Алекса. – Иногда мне кажется, что отец по ошибке принимал меня за сына, а не за дочь.
– Сейчас он такой ошибки не сделал бы. Вы стали очень красивой, девочка.
Диана вспыхнула, услышав в его голосе искреннее восхищение.
– Вы очень добры, мистер Фрейзер.
– Берк Фрейзер никогда не врет.
Диана криво улыбнулась.
– Если бы и другие разделяли ваше мнение!
Не дожидаясь ответа, она присела на корточки рядом с одним из матросов, восхитившим ее ловкостью, с которой он чистил рыбу. Отходы он бросал в бочку, а почищенную рыбу – в корзину, предназначенную для камбуза.
– Осторожно, девочка, это грязная работа, – предупредил ее Берк.
Диана улыбнулась:
– Мне всегда нравилось чистить рыбу, Берк. Интересно, помню ли я, как это делать? – Диана посмотрела на седого одноглазого матроса с недостающим зубом. – Можно мне попробовать?
Матрос с сомнением посмотрел на Берка. Но тот не успел ничего ответить, как раздался голос капитана:
– Пусть леди попробует. – С улыбкой на лице Алекс пересек палубу и остановился в нескольких шагах. – У нее тяга к острым предметам.
Диана напряглась. Судя по его саркастическому тону, он надеется, что она либо отступит, либо неумело обойдется с ножом.
Взяв предложенный одноглазым матросом нож, Диана выбрала большую рыбину. Руки отлично помнили работу. Мгновенно нахлынули воспоминания, как они с отцом рыбачили на реке рядом с Ковингтон-Холлом. Она будто чувствовала большие крепкие руки отца, которые держали ее маленькие ручки и учили, как разрезать рыбу, как выпустить из брюха внутренности. Уверенными движениями она отрезала голову, потом выпотрошила рыбу и проворно отделила мясо от костей, вспоминая, как первый раз делала это. Она помнила, как радовалась своему первому улову, какой вкусной была эта рыба, приправленная лимоном и перцем, но больше всего ей запомнилась отцовская гордость.
