Ана задала роботу маршрут.
— А мой багаж? — спросил Рекс.
— Вы найдете его у себя в номере, — улыбнулась Ана. — Мы вовсе не такие дикари, какими вы, видимо, нас считаете.
— И никаких таможен? И международную кредитную карточку предъявлять не надо?
— Вы же прошли через все эти процедуры в Праге, верно? К тому же сегодня нет никакой необходимости при проверке багажа переворачивать его вверх дном. А что касается вашей кредитной карточки, то мы все проверили еще тогда, когда вы только собирались покинуть свою страну. Как только вы заказали авиабилет в Советский комплекс.
— Время мчится вскачь, — пробормотал Рекс, — хотя, должен признаться, порой мне хочется соскочить с лошади — или с кого там? осла? мула?
Девушка рассмеялась, хотя острота получилась не бог весть какая.
Лимузин тронулся. Вскоре они по мосту переехали Дымбовицу. Рекс уже заметил, что Бухарест выглядит современнее Праги, в нем куда больше жилых небоскребов западного типа. Интересно, сколько времени понадобится псевдогородам, чтобы достигнуть Балкан?
По дороге Бадеру не раз бросались в глаза приметы фестиваля. Если в Праге он видел национальную одежду только в ночных клубах да в средневековых тавернах вроде «У Флеку», то здесь она встречалась повсюду. Мужчины и женщины — все были в красиво расшитых народных костюмах. Преобладали яркие цвета: красный, зеленый, белый, золотисто-голубой.
По улицам, часто рука об руку, бродили людские толпы, горланившие веселые песенки. Причем аккомпанемент им как будто и не был нужен. То и дело машина тормозила или даже вовсе останавливалась — дорогу преграждали лихо разгулявшиеся посреди мостовой плясуны. Наблюдая за одним из таких танцев. Рекс тут же окрестил его про себя «неистовым». Танцевали по-всякому: то дюжина мужчин, положив друг другу руки на плечи, топталась по кругу в сумасшедшем ритме, то их место занимали женщины, а порой женщины и мужчины плясали вместе. Лица людей раскраснелись — от напряжения, от спиртного или от того и другого вместе.
Во время одной из таких остановок лимузина к Рексу Бадеру обратился через раскрытое окошко плясун с затуманенным взором, едва стоявший на ногах. Он сунул Рексу в руку выпуклую бутылку и что-то пролепетал. Бадер разобрал только последнее слово: «лихьер».
Ана спокойно перевела:
— Он приглашает вас выпить вместе с ним цуйки.
— А что такое цуйка или как там вы произнесли это слово? — поинтересовался Рекс.
— Попробуете — узнаете, — отозвалась девушка сухо. — Это румынский национальный напиток. — И добавила: — Отказаться — значит нанести обиду.
Рекс поглядел на бутылку. Пробки на ней не было. Он поднес горлышко к губам, сделал глоток…
— Ооох!
Крепостью этот напиток ничуть не уступал венгерскому бараку.
Плясун пьяно улыбнулся Рексу, забрал у него бутылку и поплелся прочь.
— Для вас, как я погляжу, фестиваль не шутка, — бросил Рекс. — И долго это будет продолжаться?
— Всю ночь.
— Начавшись сегодня утром?
— Начавшись вчера.
Машина свернула налево — как пояснила Ана, на бульвар Киселева. Глядя по сторонам. Рекс решил, что Бухарест вполне заслуженно называют восточноевропейским Парижем.
Толпа на улицах становилась все плотнее. Тут и там виднелись оркестрики бродячих музыкантов: скрипачи, гитаристы, аккордеонисты — словом, что душе угодно. Попадались и одиночки. Большей частью музыканты были цыгане; один из них вел на цепи медведя.
— Куда мы направимся после отеля? — спросил Рекс.
— Если вы не возражаете, поедем осматривать город.
Рекс поглядел на девушку.
— Вы ни с кем не хотели бы меня познакомить?
Ана быстрым движением поднесла пальчик к губам. При этом вид у нее был такой, словно она всего лишь хотела подправить слой помады.
— Да вроде нет. А с кем бы вам хотелось встретиться? Боюсь, у нас в Советском комплексе не водится частных детективов. Поэтому не рассчитывайте, что вам удастся пообщаться здесь на профессиональном уровне.
— О'кей, оставим это. В Штатах любой автомобиль, общественный или личный, управляется компьютером, память которого хранит сведения обо всех поездках. Если необходимо, компьютер может записать разговор, который ведут пассажиры в салоне. Ваша автоматизация до такого уже дошла?
— Уже перешла, товарищ, — сказала Ана ровно. — В Советском комплексе записываются все разговоры, которые ведутся в салонах автомобилей. Наша полиция считает, что это весьма эффективный метод слежки за предполагаемыми шпионами и другими врагами народа. Причем записываются разговоры не только в автомобилях, но и во всех общественных зданиях, а также почти во всех квартирах. Это очень удобно.
— Разумеется, — мрачно согласился Рекс. — Однако что значит «почти во всех квартирах»? Бывают исключения?
— В автомобилях и домах членов партии, которые занимают ответственные посты, подобные устройства отсутствуют, поскольку крупные правительственные чиновники, каковыми они все являются, вряд ли станут заниматься подрывной деятельностью. Кому придет в голову подрывать самого себя?
Машина еле двигалась. Народу на улицах все прибавлялось. Пестрые национальные костюмы, вереницы плясунов — картина была просто феерическая.
Рекс Бадер глядел во все глаза.
— Это ваша повседневная одежда? — спросил он, имея в виду костюмы гуляк.
— Ну что вы! — рассмеялась Ана. — Конечно, нет. Однако мы, румыны, больше всех других европейских народов привержены традициям в одежде. Наши люди гордятся своими костюмами и надевают их только по особым случаям.
Лимузин вполз на большую площадь. Рекс невольно восхитился мастерством компьютера, который управлял автомобилем, — казалось, в толпе яблоку некуда упасть.
— Это площадь Победы, — тоном гида объявила девушка. — Если хотите, могу рассказать, как она получила свое название.
— Наверно, не стоит. Ведь в каждом городе на земле есть площадь либо проспект Победы независимо от того, сколько раз то или иное государство терпело поражение в войне. Кстати сказать, я что-то не припомню ни единой площади Поражения.
Автомобиль выбрался на широкий бульвар. Ана сказала — в голосе ее слышалось удивление:
— Вы правы. Эта улица называется проспектом Победы.
На проспекте народу было поменьше, чем на одноименной площади, но все равно достаточно. Метр за метром лимузин продолжал движение.
Наконец он остановился у подъезда отеля.
Здание это выглядело так, словно было построено по меньшей мере полвека назад. В Штатах же сегодня не осталось ни одного отеля даже двадцатилетней давности. Они уступили свое место более современным гостиницам.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
