Читаем без скачивания Дом без выхода - Олег Рой

Подойдя поближе к окну, чтобы лучше работала связь, Виолетта набрала номер:

– Алло, Марьяна?

– Да, Виолетта, это я. Как вы там, все в порядке?

– Не совсем. У нас тут вышла небольшая ссора с Катей.

– А что случилось?

– Видите ли, девочка почему-то решила, что я рылась в ее вещах. С чего это взбрело ей в голову – ума не приложу, – посетовала она, любуясь летними сумерками. – Требовала, чтобы меня уволили, поругалась из-за этого с родителями.

– А что сказали родители?

– Заступились за меня. Но Катя теперь обиделась, грозится объявить голодовку. Поклялась, что ни с кем из нас не сядет за стол.

– Думаете, это серьезно?

– Марьяна, но вы же знаете Катю. Никогда не поймешь, чего от нее ожидать. А нам с вами такие конфликты в этом доме не нужны, не так ли?

– Да, вы правы. Мне кажется, лучше всего будет, если я завтра вечером приеду к ним в гости. Даже не одна, а с Алексеем. Посидим, поболтаем все вместе – все и уладится.

– Отличная идея. А то, понимаете ли, мне совсем не хочется, чтобы кто-то из членов этой семьи был настроен против меня.

– Да и мне этого не хочется, у меня на вас совсем другие планы. Скажите, Виолетта, а как там наши дела, продвигаются?

– Продвигаются. Мне есть что вам рассказать. И не только рассказать.

– Да, конечно, надо бы встретиться. Вот только когда, вы же так заняты... У вас может быть хоть несколько свободных часов?

– Не знаю, я пока еще ни разу не заговаривала о выходном. Но могу попробовать.

– Попробуйте. А я сейчас позвоню Тине, напрошусь на завтра в гости.

И проблема с Катей действительно уладилась. Утром, подготовленная Стасом, Галина Ивановна принесла ей в комнату чай с бутербродами, а днем уговорила ее пообедать – ведь есть она будет одна, а это не считается. А вечером, как и обещали, приехали Федоровы. Марьяна, обняв Катю, усадила ее рядом с собой за стол, и девочка не стала противиться. После ужина Виолетта повела Сашуру купаться и спать, а взрослые вместе с Катей перешли в гостиную – ту, что попросторнее, с камином, в доме ее называли западной. К счастью, набегавшийся и наигравшийся мальчик (Федоровы привезли ему в подарок робота с дистанционным управлением) быстро уснул, и гувернантка вскоре присоединилась к остальной компании. Вечер прошел довольно живо, спорили о конкурсах красоты. Марьяна утверждала, что, когда женщин оценивают как лошадей, в этом есть что-то унизительное. Катя, устроившаяся со стаканом сока на ковре у ее ног, полностью соглашалась, что внешность в человеке абсолютно не главное. Тина заявила, что эти пустышки все равно ни на что больше не способны, кроме как себя демонстрировать, а Стас вдруг принялся яро защищать конкурсы – в кои-то веки можно полюбоваться на столько красивых девушек сразу. Разумеется, его жене совсем не понравились подобные речи, и она еще яростнее принялась нападать на ни в чем не повинных красоток, а потом принялась обвинять Стаса, и дело чуть не кончилось семейной ссорой. Виолетта, сидевшая в дальнем кресле, предусмотрительно молчала. Старуха устроилась у нее на подлокотнике и ворочала головой, точно следила за теннисным матчем. Погасить страсти удалось только Алексею. Он наговорил комплиментов присутствующим дамам, уверил всех, что в таком обществе им со Стасом не нужны никакие конкурсы красоты, и обратил все в шутку.

– Ты не находишь, что пора выводить на сцену Анну? – спросила Старуха, когда они с Виолеттой остались одни. – Что-то предмет твоих вожделений слишком много говорит о женщинах.

– Я все еще думаю, нельзя ли нам обойтись без нее, – пожала плечами Виолетта, придвигая к себе хрустальную пепельницу и с наслаждением закуривая. Сегодня ей целый день пришлось обходиться без сигарет.

– Все еще не теряешь надежды охмурить его сама? – Старуха так и забегала по комнате. – Ну-ну, мечтай, да смотри не промахнись! Помнится, у тебя уже была одна попытка, боюсь, второй раз с рук не сойдет. Вылетишь отсюда с треском, плакали тогда твои денежки. Да и Марьяна тебя по головке не погладит!

– Ладно, твоя правда. В конце концов, пусть он на нее просто посмотрит, хуже не будет. А станет она ему женой или падчерицей – это мы еще поглядим. Вот что, сядь, не мельтеши. Давай-ка с тобой как следует обсудим, что и как. Кстати, под это дело можно будет и с Марьяной встретиться...

На другой день была суббота и, когда вся семья собралась за обедом, Виолетта попросила Тину отпустить ее завтра на первую половину дня.

– Конечно-конечно! – отвечала Тина, но женское любопытство тут же дало себя знать: – А куда вы собрались, если не секрет?

– У друга моей дочки день рождения, – отвечала Виолетта, зачерпывая ложкой уху – супы кирилловской кухарке всегда удавались на славу. – Он приглашает нас на свою яхту.

Это сообщение привлекло всеобщее внимание. Даже Катя подняла глаза от тарелки и удивленно поглядела на гувернантку. Сашура тут же закричал, что тоже хочет на яхту, Стас осведомился, какая именно яхта у приятеля ее дочери, и Виолетта только улыбнулась в ответ: «Вы думаете, я разбираюсь в яхтах?» Но больше всех новостью заинтересовалась Тина.

– Вы так редко рассказываете о своей дочери, Летта. Какая она?

– Как всякая мать, я считаю, что очень красивая, – отвечала воспитательница.

– А чем она занимается?

– Аня закончила иняз.

– С каким языком?

– С итальянским. Сашенька, не кроши хлеб, пожалуйста. Кушай как следует.

– И где работает?

– В настоящий момент она не работает. Когда она вышла замуж, муж настоял на том, чтобы она сидела дома.

Стас хмыкнул, но ничего не сказал, а Тина возмутилась:

– Какие же все-таки эти мужчины деспоты!

– Знаете, Тина, в отличие от вас Анна совсем от этого не страдает, – очень миролюбиво и доброжелательно сообщила Виолетта. – Она прекрасная хозяйка, великолепно готовит... Домой к нам просто приятно войти – всегда чистота, порядок, уют. У меня никогда так не получалось! Потому мы с ней так и решили – я буду работать, а она заниматься домом.

– А кто ее муж? – Тина поспешила переменить тему.

– Муж ее был ученый, микробиолог. Очень талантливый человек, но, к сожалению, пьющий. Ах, это была настоящая трагедия! Анечка очень хотела ребенка, она их так любит, но... Словом, им пришлось разойтись. Бедная девочка, она так переживала, целый год не могла прийти в себя! А сейчас в нее влюбился бизнесмен.

– Владелец яхты? – уточнила Тина.

– Ну да. У него свой... забыла, как называется, слово еще такое смешное, похоже на холодильник.

– Холдинг? – Стас тоже прислушивался к разговору.

– Да-да! Там и торговая компания, и рекламное агентство, и все на свете...

– А как называется?

– Понятия не имею. Я, знаете ли, даже фамилии его не знаю – Сережа и Сережа. Но завтра обязательно спрошу – если вы меня отпустите, конечно.

– Разумеется, отпустим! – заверила ее Тина. – Во сколько вы собираетесь поехать?

– С вашего позволения, я отправилась бы рано утром и вернулась после обеда. Сашура, мы же с тобой уже много раз говорили – нож надо держать в правой руке, а вилку в левой. Вот так, возьми в другую ручку.

– Попросить водителя отвезти вас прямо на пикник?

– Нет, что вы, это слишком! Да и ни к чему! Сережа заберет нас с Анной прямо из дома.

– А обратно? Вас встретить?

– Спасибо, это тоже ни к чему. Анна меня привезет. Ей, кстати, очень давно хочется познакомиться с вашим семейством.

– Конечно, мы будем очень рады ее видеть, правда, Стас?

– Ты даже не представляешь, как он будет ей рад! – захихикала сидевшая на краю диванчика Старуха.

Неугомонный Витек болтал всю дорогу, что было абсолютно некстати. В машине Виолетта планировала еще раз все обдумать и уточнить, проговорить со Старухой все мельчайшие подробности первого появления Анны в этом доме, чтобы ничего не упустить и добиться максимального эффекта, – а вместо этого вынуждена была слушать анекдоты и байки из прошлой милицейской жизни охранника. Она вежливо улыбалась, поглядывая то на сидящую рядом хмурую Старуху, то через окно на такое же хмурое свинцовое небо, но в душе у нее все клокотало. Уже к Калужской она возненавидела разговорчивого водителя лютой ненавистью, и вид родного дома, наконец-то показавшегося вдали, обрадовал ее как никогда.

Виолетта ураганом влетела в квартиру (Старуха еле поспевала за ней) и, едва сбросив в прихожей туфли, вбежала в комнату Анны. Так и есть, дочь еще сладко спала, лежа на спине и приоткрыв рот.

– Подъем, подъем! Кто спит, того убьем! – пропела Виолетта, с шумом распахивая шторы. Открывшийся вид отнюдь не радовал – тучи совсем сгустились, и с минуты на минуту должен был полить дождь.

– Мама? – Анна открыла глаза и с недоумением вытаращилась на Виолетту. – Ты чего это здесь? Тебя что, уволили?

– Анька, проснись сию же минуту! Опять до рассвета в Интернете торчала? Ты что, не помнишь, о чем мы вчера говорили?

– О чем? Сколько времени? Ну, чего ты шумишь, я спать хочу...