практически всю свою человеческую память, девушка прекрасно умела оставаться незаметной и затеряться в толпе. А приобретенные в посмертии знания человеческого тела и недюжинная сила позволили ей все сделать максимально быстро и незаметно. Вряд ли кто-то сможет вспомнить, как она выглядит.
Девушка шла по городу уже десять минут, но преследователи так и не показались. Один раз по улице пробежала группа стражников, но Маришка, заблаговременно услышав топот ног, подошла к лавке с цветными тряпками, так что, когда стражники поравнялись с ней — она во весь голос, до хрипоты, торговалась, пытаясь сбить цену у прижимистого лавочника.
— Зевс с тобой, красавица! Ух, давно я так не торговался! Только из-за твоих глаз — забирай за двадцать драхм.
Маришка приветливо улыбнулась торгашу, отсчитала нужную сумму и выбросила купленный отрез в ближайшую сточную канаву, едва завернув за угол. До Капитолия, показавшегося над крышами ближайших домов, оставалось пройти несколько кварталов.
Достигнув широких, распахнутых настежь ворот, ведущих на территорию резиденции клана Енисис. Шагая по чистой, посыпанной белым песком широкой дороге, ведущей к Капитолию, Маришка внутренне ежилась от разлитой вокруг магии жизни. Охранные заклятия были развешаны буквально на каждом дереве, чутко сканируя каждого гостя на предмет враждебных намерений или магии.
Однако Марекит, лично работавший над ее созданием, смог превзойти самого себя и выдать шедевр магической науки. Вшитая в подсознание последовательность действий становилась активной только по достижению предыдущей цели. И сейчас для Маришки она звучала весьма однозначно — получить пропуск в Капитолий. И больше ничего. Никаких убийств или прочих «враждебных намерений». А что насчет магического фона — глава Танатис смог выстроить циркулирующие в мертвом теле потоки силы так, что они нивелировали сами себя, ничем не выдавая своего носителя. Едва заметный призрачный фон магии Смерти был надежно замаскирован. Марекит даже заставил ее сердце биться!
— По какому вопросу?
Вопрос задал абсолютно лысый пожилой мужчина. Он без какой-либо заинтересованности оглядел гостью, однако Маришка почувствовала, что ее сканируют. Приближенный.
— Хочу устроиться на службу. В городе висят объявления, что во дворец требуются служанки.
— Может, и так. Только отчего ты решила, что окажешься полезной?
— У меня есть рекомендации. Я прислуживала во дворце Правителя Крита.
Маришка извлекла из небольшой сумки на поясе конверт со сломанной печатью, изображающей зеленый росток — символ клана Якостроф. Протянула вперед и старик принял его. Извлек бумагу и принялся читать.
— Хм… Интересно. Твой прежний наниматель пишет, что ты отлично знаешь свое дело, исполнительна и трудолюбива. Отчего же ты ушла, раз тебя так высоко ценили.
Маришка нахмурилась, «вспоминая»:
— Понимаете, в чем дело, господин… Тяжело там, во дворце… Люди не выдерживают. Даже магам, говорят, несладко, куда уж там нам, простым людям. Голова болеть начинает, память пропадает, просыпаться тяжко — руки-ноги словно деревянные. Говаривают, что тому виной страшная женщина-колдунья, что живет в подвалах дворца, но по мне так все это враки. Просто Правитель слишком сильный чародей, вот людей и заворачивает в его жилище. А так он хороший, жалованье исправно платил и не обижал никого.
Слушая рассказ Маришки, Приближенный не перебивал и, сам того не замечая, кивал в тех местах, о которых был осведомлен. Конечно, не поверил насчет дурного влияния женщины-некроманта или самого Якострофа, но явно оказался осведомлен о некоторых… особенностях гнетущей атмосферы во дворце.
И все равно ему этого оказалось недостаточно:
— Очень жаль терять такую ценную сотрудницу, но мы уже приняли всех, кто нам нужен. Так что, если у тебя нет никаких других талантов…
Маришка прекрасно поняла, куда клонит этот старый кобель. Все его низменные желания легко читались в алчном блеске глаз.
— Господин, мне очень нужна эта работа! Пожалуйста! Обещаю, вы не пожалеете. Я найду как вас отблагодарить. Лично вас.
Девушка поправила волосы, как бы невзначай чуть отодвинув лиф платья, и игриво посмотрела на похотливого старикашку, на лице которого тут же выступила плохо скрываемая похоть.
— Ну что ж. Думаю, мы и правда можем помочь друг другу. А если будешь покладиста, то и непыльное местечко можешь заслужить. Но не вздумай забыть, кому обязана работой. Эй, Григо!
К ним подошел тощий, словно палка, юнец с длинным носом и и изрытым крупными оспинами лицом.
— Проводи ее ко входу для слуг. Отведи к Розалинде. Пусть она ее проверит и, если все в порядке, — пристроит в крыле для слуг. А заодно и определит фронт работ.
Потеряв к девушке всякий интерес, Приближенный отвернулся и зашагал прочь. А парень, смешно оттопырив нижнюю губу, во все глаза уставился на новую служанку. Густо покраснев от невовремя пришедших в голову мыслей, характерных для мальчиков в период полового созревания, парень поманил ее за собой и повел к западному крылу.
Последовав за пареньком, Маришка почувствовала, как зашевелилась в груди, готовая проснуться, следующая цель. Текущая почти выполнена.
* * *
Последние несколько дней Элиза почти безвылазно проводила на городском некрополе, в той его части, где хоронили городских нищих, безымянных мертвецов и просто тех, кого некому было хоронить. Сопровождающим ее гвардейцам Николай строго-настрого приказал оберегать некроманта от любых любопытствующих глаз и по возможности не мешаться под ногами. А уж работники некрополя, давным давно безразличные ко всему, так и вовсе перестали ее замечать на второй день, делая свое дело так, словно и не было рядом страшного некроманта.
Впрочем, рыжеволосую это полностью устраивало. Впервые за тьма знает сколько лет она занималась своим истинным призванием — создавала армию нежити.
Конечно, ей было очень далеко до лича с его прорвой магической силы и безграничными тайными знаниями магии Смерти, но и Приближенная, чей талант именно к созданию нежити отмечал еще отец, кое что умела.
Пока что ей удалось создать две Костяных птицы, несколько десятков скелетов. Даже одну Плакальщицу! Элиза не знала, кем была эта женщина при жизни, но явно обладала весьма скверным характером. Когда некромант приказала своему творению закричать, то ее глотка издала вопль такой силы, что проняло даже саму Элизу, а невовремя сунувшиеся в этот момент в некрополь могильщики грохнулись в обморок.
Жаль, что вампира создать не удастся. Для этой высшей нежити требовалась не только мертвая плоть, прорва силы, но и сложнейший ритуал, половины ингредиентов для которого на острове попросту не существовало. Тот же Гниющий светоч, редкий цветок, можно было найти только на могиле мага из клана Танатис.
Работая, Элиза не забывала о Мареките и том, что он рассказал насчет Правителя Крита. Получается, что это именно Якостроф натравил лича на Карфаген, поставив клан на грань
