где они их взяли. Но я испугался. Было понятно, что будет война… Понятно, что большинство баронов плюнут на клятвы и попытаются урвать кусок… Да… Урвать… Я бежал, боясь, что нас сотрут в порошок. Мало кто из баронов останется верен Империи. Мало… Так мало…
– Колин, – Силен положил ладонь ему на плечо, – ты все равно принес весть от Кольца. Ты записался там в добровольцы?
Колин всхлипнул и покачал головой.
– Я… Нашел разведчика в кустах, когда бежал мимо Кольца. Он умирал. Рассказал мне, как все было с Кольцом. Я понял, что дезертира повесят точно, и испугался еще раз. Надел его форму и пошел на юг. Я трус, а никакой не герой.
– Эй! Не думай так! Все равно, если бы не ты, весть от Кольца не добралась бы до манипулы.
– Они все равно все умерли! Я не сказал, что у северян будут свои маги! Побоялся, что меня будут спрашивать, откуда я это знаю… До сих пор не сказал… Я трус, и из-за моей трусости все погибнут… Как в тот раз. Это ужасно…
– Ты сказал мне. Этого довольно. Завтра я отправлюсь к легату и расскажу о том, что мы взяли языка. Придумаю что-нибудь, отговорку, почему не сообщил об этом сегодня. И все будет хорошо. Мы будем предупреждены благодаря тебе!
Колин всхлипнул. Последних слов Силена он, похоже, уже не слышал, так как заснул прямо на столе. Силен потрепал друга по плечу, но тот не очнулся. Тогда Силен вздохнул и, взвалив Колина на плечо, отправился к выходу из трактира. Колин был небольшого роста, а Силен очень силен. То, что на столе и под ним остался еще пяток его сослуживцев, он как-то забыл.
Пошатываясь, Силен тащил Колина по узким переулкам к казарме. Для столь щуплого человека Колин весил прилично, да и сам Силен был явно нетрезв. В одном из переулков он чуть не налетел на подслеповатого старика. Тот отшатнулся от них.
– О боги! Мой господин! – запричитал старик. – Знамения верны, час настал!
Силен недоуменно посмотрел на старика, по виду тот был опрятно одет, но, судя по всему, являлся городским сумасшедшим.
– Скажите мне, господин, нужно ли обучить страждущих и дать им знание о Великом? – не успокаивался старик, щурясь на Силена в свете факелов. Силен перехватил Колина поудобнее, и тот что-то невнятно забормотал о своей трусости, кивая сам себе. Не хватало еще, чтобы он проснулся сейчас.
– Старче, делай, как знаешь, нам пора!
Оттерев старика плечом, но стараясь не уронить его, Силен двинулся дальше. Через десять минут он наконец-то дотащил Колина до казармы.
На следующее утро голова Силена раскалывалась так, что он решил потерпеть еще Месть и Милосердие у себя в голове. Лучше два настырных голоса, чем постоянный звук боевых труб! Колину было еще хуже. О вчерашнем разговоре он, судя по всему, не вспоминал. Может быть, оно и лучше. Приведя себя в относительный порядок, Силен решил честно выполнить обещание, даже если друг о нем позабыл. Прибыв к штабу легиона, он доложил о срочном отчете лично легату и уселся в теньке у стены ждать, пока его позовут.
Спустя десять минут из дверей появился сам легат Амброзий, за которым следовал сухощавый мужчина в годах с армейской выправкой. За этими двумя пытался поспеть однорукий паренек. Силен поднялся и отдал честь. Мужчина, следующий за Амброзием, махнув рукой в сторону Силена, громко сказал:
– Даже этот полупьяненький легионер понимает, что северяне не просто так поперлись на юг! Они разыграли еще не все свои карты. И у них еще есть козырные, а то и крапленые тузы в колоде, мой старый пес!
– Ацелий, ты уже надоел мне своим бурчанием! Будут тебе новые пушки! – Похоже, легат был на взводе. Взглянув на нашивки Силена, он кивнул ему. – Что за срочное дело, центурион?
– К вчерашнему докладу о разведке на территории противника считаю нужным добавить конфиденциальную информацию о войсках северян! – оттараторил Силен голосом декана. Очень хриплым голосом. Боги, нужно было вчера быть умереннее!
На Силена взглянули с удивлением оба мужчины. Парень тоже посматривал с любопытством.
– Конфиденциальную? – уточнил Амброзий.
– Верно, легат! Вчера я передал доклад через адъютанта и не решился доложить о том, что нами был захвачен язык.
– Где он? – вклинился второй мужчина. С удивлением Силен заметил у него нашивку претор-легата.
– В Меридиане, претор-легат. У нас не было возможности вернуться с ним. Но он заговорил, подтвердил численность войск. А также… – Силен запнулся.
– Численность войск это хорошо, – сказал Амброзий, отворачиваясь от Силена.
– А также что, мой смелый василиск? – почти что пропел претор-легат.
– А также, что на стороне северян сражаются не менее двух сотен магов, претор-легат.
– Что?! Чушь! – возмутился легат Амброзий. – Солдат должен меньше пить и не слушать байки врагов! Неоткуда взять этим северным свиньям и десяток приличных магов!
Гневно махнув в сторону Силена рукой, Амброзий развернулся и пошел дальше от штаба. Претор-легат и мальчишка внимательно смотрели на Силена.
– Я не вру. И я уверен, что мы… добыли правдивые сведения у языка, – чуть сбившись, сказал он.
– Врешь, мой храбрый василиск. Еще как врешь. Все врут. Так или иначе. Но маги… Возможно, это именно тот козырь Кимбера, которого я опасался.
И еще раз, задумчиво глянув на Силена, он тоже пошел от штаба прочь. Мальчишка сверлил Силена взглядом дольше. Потом заметил, что претор-легат удаляется, неловко отдал честь левой рукой и поплелся за ним. За мальчишкой последовал солдат в форме тактического корпуса. Силен тяжело вздохнул и поплелся домой. Похоже, он так и не выполнил свое обещание, ему никто не поверил.
Глава 5
Каррир. Знакомство с неприятностями и знаниями
До сей поры Каррир считал, что достаточно много знает о том, как обычно живут подростки. Подростки, за которыми он наблюдал, пока жил с беженцами лишь самую малость, покачнули его веру в свои знания. Но вот жизнь маленькой банды Рима полностью разбила его иллюзии. Эти дети жили совсем не так, как они с Фаллой в приюте. Они воровали, попрошайничали, дрались с другими маленькими бандами и сбегали от банд побольше и постарше. Собственно говоря, Рима устроило их присутствие рядом только из-за того, что Каррир мог нагнать страха на конкурентные шайки, используя магию. Несколько раз ему уже пришлось это провернуть.
Благо проблем не было. Он уже привык использовать тепло окружающих вещей. Сам Каррир старался не слишком поднимать температуру воздуха, чтобы скорее испугать, а не нанести вред. Порой ему казалось, что Рим разочарован тем, что он никого не убил, но тот пока и не знал, насколько магия Каррира может быть разрушительна. Сирота и сам сомневался в своих способностях. Дело в том, что в последнее время, после того как он разрушил мост во время отступления, он стал чувствовать больше тепла. Теперь он немного боялся, что может, слегка перегнув палку, кого-то случайно убить.
Помимо таскания с Римом Каррир начал осваивать навыки других членов шайки. Петля показал ему, как пользоваться отвлечением внимания, чтобы стащить что-то с прилавка. Обычно отвлекал окружающих Мелкий, разыгрывая пантомимы перед торговцами на улице. Пока обучение не продвигалось, так как Каррир слишком медлил. Эма и Ама в свою очередь учили его, как правильно попрошайничать, чтобы дали не протухший фрукт или пинок, а мелкую монетку. Эта наука ему тоже не давалась, как сказала, смеясь, Ама после того, как очередной прохожий пнул Каррира, у него неподходящий взгляд. Чересчур необычный и смелый. Фалла с попрошайничеством тоже не справлялась, все слишком сторонились ее из-за язвочек. Зато таскать овощи и булочки с открытых лотков торговцев она научилась в два счета и делала это даже лучше Петли.
Каррир на удивление быстро сдружился с близняшками, особенно с Амой. Оказалось, что у них с Эмой была ручная крыса, мистер Рат. Зверек был удивительно смышленым, прожорливым и забавным. Фалла крысу не любила, а вот Каррир находил ее очень интересной и с удовольствием подкармливал.
