Читаем без скачивания Несущий Свет - Антон Булычов

– Все в порядке, претор-легат, – сдержанно ответил центурион.

– Я думал над твоим рассказом, центурион. Ты соврал мне и легату, за это тебе может грозить трибунал, мой маленький василиск.

Центурион не изменился в лице.

– Я сказал все, что мне известно о вражеских магах.

Колин при этих словах удивленно глянул на своего центуриона.

– О да, вот только языка вы не брали. И не допрашивали. Думаю, ты к этим сведениям вообще не имеешь никакого отношения. А вот этот милый палм очень даже имеет.

– Почему вы так решили, претор-легат? – Здоровяк сохранял полное спокойствие, а вот Колин немного побледнел. Глядя на них, у Ацелия появилась хитрая ухмылка, обычно ничего хорошего окружающим не несущая.

– На то есть две причины. Во-первых, он любит влипать в неприятности, этот маленький ворон. Он принес вести от Кольца Ираны, – Ацелий начал картинно загибать пальцы, – он вытащил моего непутевого адъютанта из неприятной заварушки, он прорвался мимо мага к нам в Каллимар. – При упоминании о том, что его вытащил Колин, Парин вздрогнул. Оказывается, он должен этому щуплому человеку очень многое. – А во-вторых, он лжец и дезертир. Либо из баронств, либо с севера. Ну же, не томи нас, мой маленький ворон, и поведай, откуда ты к нам сбежал? – Колин побледнел как полотно и покачнулся.

– Ваши обвинения носят официальный характер, претор-легат?

О боги, да этот разведчик что, высечен из глыбы льда? Если Ацелий прав, а это, скорее всего, так, то ему за сговор с дезертиром и утаивание сведений грозит виселица, а то и что похуже. Ацелий, глядя на центуриона, рассмеялся.

– Ну что вы, все в армии знают, что официально я лишь хожу гадить, да и то только на плешь нашему дорогому легату! Нет, ребятки, пока что мы просто говорим, как старые друзья. Но я поговорил так же, как со старыми друзьями, с парой солдат, чуть ранее переведенных из манипулы Кольца Ираны. И вот они никакого разведчика Колина не помнят. Конечно, мы можем устроить с помощью военного трибунала пару очных ставок и все это превратить в официальное дерьмо, но мне, признаться, хватает в моей жизни дерьма и неофициального. Просто давайте исходить из того, что я знаю, что этот маленький ворон дезертир, а вы знаете, что я знаю об этом.

Ацелий ухмыльнулся Колину. Парин решил вмешаться.

– Претор-легат, прошу не передавать эту информацию судебным трибунам!

– О, мой маленький зайцеежик тоже туда же! Не волнуйтесь, даже если наш бравый разведчик Колин родной брат его величества Элима, мне это безразлично. Меня просто интересуют подробности ваших приключений. Жаль, сегодня уже не понедельник, а то бы мы могли прекрасно скоротать время в местном трактирчике! Но сегодня вторник, поэтому надеюсь на ваше гостеприимство в казарме.

Колин с центурионом переглянулись, и последний едва заметно кивнул. Колин сглотнул, все еще очень бледный, и тоже кивнул. Они повели Ацелия и Парина в столовую. Там сидели двое солдат.

– Корень, Рипс, проверить внешние посты на стенах. Новички могут быть невнимательны, – пролаял центурион.

Солдаты отдали честь и выскочили как ошпаренные. Колин сел за один из столов.

– Силен, у них, скорее всего, осталось пиво, можешь принести мне и… нашим благородным гостям, – негромко сказал Колин.

Силен покачал головой, но потом глянул на Ацелия.

– Я потребляю алкоголь только по понедельникам, а вот мой адъютант наверняка составит вам компанию.

Парин, смутившись, кивнул. Здоровяк Силен потопал к кухонной пристройке, вернувшись с двумя кружками. Одну поставил Колину, вторую Парину. Колин глотнул пива, а потом начал рассказ:

– Я действительно сбежал от своего барона. О магах я знаю от него, был у него одним из егерей. По животным, не по рабам. К нам еще месяц назад прибыло посольство из Кимбера. В составе посольства, как выяснилось, было два Кинетика. Они сказали, что такие посольства отправились в каждое баронство, и во всех было по два мага. Посольство долго торговалось, но не смогло купить его светлость Лима. Вот только слухи пошли, что большинство предложение северян приняли. Его светлость Лим объявил набор всех в дружину, и я понял, к чему все идет. Если три барона из четырех приняли предложение Кимбера, то оставшихся возьмут быстро в котлы. Я бежал, как только смог, на юг.

Колин замолчал, и наступила тишина.

– Хм, значит, то, что магов двести, ты точно не знаешь, а прикинул из состава посольств. Около ста баронств на границе, по два мага. В целом логично, но вот я слышал, что Элим хитер, как лис. Вряд ли все будет так просто. – Ацелий тяжело вздохнул. – Спасибо, мой маленький ворон. Если ты думаешь, что не прав, то забудь. Ты прав. Выжить всегда правильно.

Ацелий кивнул Колину, почему-то отдал честь Силену и пошел к выходу. Парин замешкался. Потом повернулся к Колину.

– Я не знал, что меня вытащили вы, спасибо большое! – Он тоже отдал честь обоим и вышел следом за претор-легатом.

На улице их догнал невысокий, сильно небритый человечек, одетый в засаленный кожаный фартук. Он бежал, размахивая какой-то бумагой, и отчаянно кричал:

– Эй, протор-лгат Ацелий! Это вы протор-лгат?

– Претор-легат, мой неумытый кротик. Ну, допустим, это я претор-легат.

– О, это несущественно. Не то, что вас зовут претор-легат. Прощения прошу, но я по-солдацки не разумею! Я человек про-омышленный!

Парин понял, что наконец-то Ацелий встретил достойного собеседника. Человечек был столь странен и рассеян, небрежен и при этом сосредоточен на цели, что чем-то неуловимо напоминал самого претор-легата.

– Я занимаюсь работой над новой печью сталеварильной для его сиятельства графа Эркина. Его милость очень уж хочет, чтобы его доспехи и гнулись, как кожа, и защищали, как сталь. Над этим я пока работаю, и успехов нет, но зато я решил для вас вашу проблему! Ну, если она у вас еще проблемная!

– Проблемная проблема какого рода озаботила ваш незамутненный разум, мой…

– Арабринус, – прервал человечек Ацелия и важно пожал его руку, которой претор-легат помахивал перед лицом этого забавного субъекта.

– Значит, Арабриус? – Судя по ухмылке, Ацелий решил его просто позлить за протор-лгата.

– Можно Ара, если вы так не дружите с языком. Мне не жалко, главное, денег дайте и солдатиков металл мешать!

– Денег? И солдатиков? Чтобы мешать металл? – Парин понял, что Ацелия пробрало. Обычно такой эффект на окружающих оказывал он сам.

– Да! И побольше! Вот!

Ара протянул претор-легату изрядно испачканную углем бумагу с каким-то чертежом. Парин взглянул через плечо претор-легата. Он, разбираясь с состоянием артиллерии, смотрел несколько чертежей сталелитейных печей в книгах еще в отцовской библиотеке. Сейчас, взявшись за эксперименты с пушками, он проглядел одну книгу, которую нашел неутомимый Пенек, но там чертежей не было. Насколько он помнил, печи для отлива стали для пушек выглядели иначе. Не имели лишней секции и доступа воздуха. Он, нахмурившись, взял листок из рук Ацелия.

– Зачем вы сделали тут доступ воздуха? И зачем вторая камера?

– О, молодой человек имеет голову на плечах! Воздух нужен для того, чтобы сталь стала менее хрупкой. Я пробовал несколько вариантов, если нагревать сталь и перемешивать ее достаточно долго, а потом отлить из нее заготовку, то она будет менее хрупкой. К тому же я добавляю один металлический порошок, который мне привозят от самих Трансформаторов! Он делает сталь просто замечательной без ковки и закаливания!

– Получается, отдельная камера у вас тут для нагрева стали?

– Именно! Правда, уходит угля тьма! Зато уголь не попадает в сталь, иначе она снова станет слишком хрупкой.

Парин посмотрел на претор-легата.

– Мой зайчик, ты понимаешь этого… чудного крота?

– Да, претор-легат! Если то, что он говорит, правда, это и есть способ отлить небольшие и прочные пушки!

– Еще как правду! Вы не верите Арабриусу, личному металлургу графа Эркина?!

– Верим, верим! Но… Зачем вам понадобилась вторая камера, можно же сразу нагреть саму сталь.

– Э… Как это?

– Использовать магов. Они могут нагреть сталь