Между тем всадники быстро приближались. Вскоре князь уже мог разглядеть их лица.
Вместе с крохотным отрядом, к нему приближался сам архиепископ Спиридон.
Подъехав, всадники резво спешились, приближаясь к Александру. Все бледные, со встревоженно-виноватыми лицами. Седовласый представительный мужчина с добрыми голубыми глазами, тоесть сам Спиридон, шёл чуть впереди.
– С чем пожаловали? – Уже заведомо догадываясь об ответе, спросил князь, хмуро оглядывая их.
Немного помолчав, архиепископ объяснил:
– Множество несчастий обрушились на нас, князь, – тихо начал он, сжав в тонкую линию сухие и потрескавшиеся, как пергамент, губы, и тяжело вздохнув, – Псы рыцари не дают покоя люду. Того и гляди на нас нагрянут… Брат ваш, Андрей, конечно, человек хороший, но… он не полководец. Новгородцы уже осознали, какую ошибку совершили, изгнав вас. И просят прошения. Просят вернуться. Все мы вас просим об этом…
Взгляд князя походил на море во время шторма. Противоречивые чувства раздирали сердце.
– Сказанные однажды слова не забирают обратно, сославшись лишь на «Мы осознали», – хмуро ответил он, – они могли подумать об этом раньше. Уверен, и среди новгородцев найдётся полководец.
Сказав это, он развернулся, хотел уйти, пытаясь внушить себе, твердя про себя, как заклятие, сказанные не так давно слова: «мне всё равно на их судьбы».
Но ведь это не так…
– Князь, – неуверенно обратился к нему один из дружинников, выступив вперёд, – нам не обойтись без вас. Мы совершили ошибку, это так. Но неужели же вы будете вспоминать обиды в тот миг, когда вашему княжеству грозит опасность?
«Вот же, знают, на что давить» – задумавшись, усмехнулся про себя Александр.
А дружинник «добил»:
– Весь город умоляет вас простить нашу глупость. Вернитесь, к нам, пожалуйста, князь!
С этими словами дружинник опустился на одно колено, склонив голову. Его примеру последовали и все остальные, помимо архиепископа.
Да, Александр не мог вот так сразу простить их. Слишком велики пренебрежение, оскорбление, но…
«Прав дружинник. Не место и не время думать об обидах», – Подумал Александр, согласно кивнув.
Александра, сидящая у окна, слышала разговор. «По-другому и быть не могло», – подумала девушка, улыбнувшись. Всё-таки у неё неповторимый муж.
Но горечь вновь затопила душу – он опять уйдёт на войну… мир снова станет серым, превращаясь лишь в бесконечную череду дней тягостного, волнительного, пугающего ожидания…
А ведь она уже почти привыкла к размеренным, радостным совместным дням жизни обычных, не обременённых властью или богатством людей. Это незабываемые, солнечные дни…
Но и им пришёл конец. Чёрные и белые полосы постоянно сменяют друг друга на протяжении всего нашего жизненного пути. Ну что ж, ежели сейчас пришло время для чёрной полосы, нужно лишь немного потерпеть, зная, что совсем скоро её непременно сменит белая.
Глава 7
Приехав в Новгород, Александр сразу сказал: хотите безопасности – раскошеливайтесь. Нужна боеспособная дружина и хорошее вооружение.
Вновь почувствовав его тяжёлую руку, бояре, ворча и тяжко вздыхая, собирали требуемое. Молча исполняли приказы князя – многие поняли, что от рыцарей добра им не ждать.
Набрав дружину из лучших воинов, князь повёл их в поход. О его планах знали лишь самые близкие и самые преданные. Им, кстати, он доверил важнейшее дело – разведку, и не ошибся с выбором. Тайными тропами те обошли дозор врага, и вышли к Водьской крепости, а завладев ею, взяли Копорье. Предателей, посмевших переметнуться к врагу, Александр безо всякой жалости казнил, а захваченных немцев частью оставил в заложниках, частью… отпустил.
На этот раз князь получил помощь от отца, и, уже с новыми силами, продолжал наступление. Молниеносно преодолев большое расстояние, дружина Александра ворвалась в охваченный противником Псков, где немцы бесчинствовали, разоряли, грабили. Любимый эффект неожиданности не подвёл и на этот раз (а немцев ничему не научил пример предшественников!). Рыцари, находясь в состоянии шока, даже не сопротивлялись.
Однако князь не спешил ликовать. Он понимал, что для того, чтобы отбить у европейцев охоту нападать на Русь, нужно победить немцев в большом сражении. Причём не просто победить, а разбить наголову.
Александр, выяснив расположение противника, привёл дружину на западный берег Чудского озера.
Тут же случилось несчастье: один отряд нарвался на дозор противника и потерпел поражение. Однако несколько выживших среди них всё же осталось, и те выяснили точную численность всего войска противника.
Как оказалось, численностью крестоносцы уступали дружине Александра, но, закованные в тяжёлую броню и очень хорошо вооружённые, они представляли собой мощную силу.
– Что будем делать, князь? – Как-то немного уныло поинтересовался Гаврила Алексич.
Выслушав доклад разведчиков, Александр пытался зацепиться за что-то, однако это «что-то» упорно от него ускользало.
Примерно прикидывая возможный ход сражения, княжич зорко осматривал окрестности в поисках чего-нибудь полезного.
А вокруг – весна… постепенно оттаивающий снег готовил мир к новой жизни. Сзади, недалече, располагается широкое озеро, Чудское, поверхность которого, всё ещё покрытая лёгкой корочкой льда, отливала всеми цветами радуги.
Да! Вот оно, подходящее решение!
Заметив, как загорелись глаза князя, воевода понял – план сражения готов.
…С двух сторон друг на друга яростно надвигались две огромные, тёмные грозовые тучи – то русичи супротив врагов. Они грозили снести друг друга, да и всё вокруг.
Холодный ветер нещадно бил по лицу, но обе стороны не замечали ничего, несясь друг на друга. Одни – с безжалостностью грабителей, перед глазами которых маячили богатства Великого Новгорода да и других русских городов, – другие – с яростью осаждаемых.
Князь забрался на огромный валун, чтобы внимательно наблюдать за ходом сражения. И понеслось…
Поле превратилось в кровавое месиво, где дрались, едва отличая своего от чужого. Красная пелена перед глазами изгоняла из сердца страх, делая меч, простую железяку – единственным спасителем. Здесь человеческая жизнь становится чем-то ничтожным, незначительным, в сравнении с самой целью, с предполагаемым итогом. Здесь те, кого ты ни разу в жизни не видел, чьих имён ты не знаешь, становятся твоими злейшими врагами, и у тебя лишь одно слово в голове – «Убить!». Здесь, в сражении, вырывается наружу вся глубина человеческой порочности.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
