Читаем без скачивания Карамелька от вампира - Кирилл Кащеев

– Ошиблись! Пошла! Не сюда! Кисонька одна! Мурка убьет! – перепуганный Вадька мог изъясняться только телеграфным стилем, на полноценные фразы его уже не хватило.

– Спокойно, спокойно, – уговаривал и себя, и друга Сева. – Еще ничего не случилось. Сейчас по-быстрому возвращаемся…

Из темноты донесся перестук каблуков. Одним прыжком Сева оказался за деревом и рывком утянул за его ствол растерявшегося Вадьку. Женщина постоянно озиралась, иногда приостанавливалась, прислушиваясь. Наконец, успокоившись, она быстро прошла мимо сыщиков, распахнула ворота и скрылась в глубине школьного сада.

– Вот она, – шепнул очухавшийся Вадька. – Видал, как проверяется? Я был прав: хорошо, что мы у ворот ждали, а то был бы у нас бледный вид с нашей слежкой.

Вслед за Севой Вадька тихонько проскользнул в ворота. Нерешительно помялся, подергал друга за рукав:

– Слышь, Севка, не рассказывай девчонкам, что я ее чуть не упустил. Дело сделано, мы у подозреваемой на хвосте, она нас не заметила, а наши проблемы – исключительно наше дело.

– Заметано. Только помни, что ты теперь – мой должник, – согласно кивнул Сева, подбираясь к школьным дверям.

– Акула капитализма, – буркнул раздосадованный Вадька. – Ни стыда, ни совести!

Толстуха вошла внутрь и, уже не озираясь, спокойно зашагала по длинному коридору. Мальчишки осторожно двинулись за ней и тут же испуганно замерли. Из темноты, мрачные и зловещие, выступили две темные безмолвные фигуры.

– Что встали? – Безмолвие фигуры сохраняли недолго. – Давайте за ней!

Вадька постарался, чтобы его облегченный вздох не прозвучал излишне громко.

– Вы почему не снаружи? – сурово поинтересовался он.

– Так ведь все двери нараспашку стоят… Выкуп ждут! – хихикнула Катька. Зажатый у нее под мышкой Евлампий Харлампиевич согласно зашипел.

– Мама! Мама! – подойдя к лестнице, негромко позвала подозреваемая училка.

На этот раз вздрогнули все четверо сыщиков.

– Что это она, как маленькая, маму зовет? – буркнул Сева. – Какая мама в три часа ночи?

– Не кричи, я не глухая, – откликнулся сверху чей-то голос. – Сейчас спущусь.

По лестнице протопотали шаги, и из мрака выступил еще один персонаж…

– Сейчас помру на месте, – мертвым голосом прокомментировал Вадька. – Ведь это же Ильинишна!

– Та самая душевная уборщица, которую вы с Кисонькой так расхваливали?! – изумился Сева. – Она – главная похитительница?! Ну дает, старушка – божий одуванчик!

– Идиот, – выругал себя Вадька, стуча кулаком по лбу. – Мог бы догадаться! Она ведь говорила, что ее дочка здесь преподает. Вот она, дочка, – семейный бизнес устроили! – Вадька ткнул пальцем в толстуху.

– Тише ори: услышат, – одернула его Мурка.

– Марго, в спортзале ничего нет! – трагически воскликнула Ильинишна.

– Как нет?! – Позабыв про осторожность, Маргарита Петровна рванула по коридору. Сыщики последовали за ней.

Осторожно заглянув в дверь, они увидели следующую картину. Под печальным взором пригорюнившейся Ильинишны корпулентная Марго обыскивала спортивный зал. Сейчас ее объемистый зад торчал из-под козла для прыжков. Ничего под ним не обнаружив, кряхтя и пыхтя, она заглянула за перегородки, рысцой обежала все углы и, наконец, вынуждена была признать очевидное – деньгами и не пахло.

– Ничего не понимаю, – покачала головой Ильинишна. – Американец что, дочку свою не любит?

– Может, еще не успели собрать? Сумма-то большая, – с надеждой произнесла толстуха Марго.

– Пошли к этой Эрике! Вот как накрою ее крышкой, так папочка живо поторопится. – Ильинишна грозно потрясла сухими жилистыми руками.

– Я против жестокого обращения с детьми, – учительским тоном заявила Марго. – Но в данном случае… – Она пошарила рукой у ножек козла, и тут же монолитная стена старого здания отъехала в сторону, открывая узкий проход. Обе похитительницы нырнули в темноту. Дверь закрылась.

Глава 22. Схватка во мраке

Жадность, страх и нетерпение гнали двух дамочек по длинному коридору прямо к жуткой яме, где они не так давно держали детишек. Сейчас там сидела парализованная Эрика Саммерс. И ни капельки их всех не жалко! Так им и надо! Привыкли у мамочек с папочками – на всем готовеньком! И няньки у них, и домработницы, и элитная школа! За что, спрашивается? Почему взрослые женщины с солидным педагогическим образованием и «комсомольским стажем» должны возиться с сопливой малышней? Чем они сами хуже богатеньких мамаш, целыми днями таскающихся по магазинам и косметическим салонам? Они тоже заслуживают роскошной жизни, и если какая-то малявка осмелится помешать осуществлению их мечты… Не-ет, малолетние паршивцы, ночными кошмарами дело не ограничится!

Задыхаясь, Ильинишна и Марго остановились у края ямы.

– Эрика! – Марго уже не старалась подделываться под призрака. – Эрика, твой папочка не торопится с выкупом! Мы сейчас спустим тебе телефон, и ты немедленно позвонишь ему! Отвечай, Эрика!

Обе похитительницы умолкли и прислушались.

– Не смей молчать, Эрика! – злобно взвизгнула Марго. – У этого погреба есть очень плотная крышка! Сейчас мы ее закроем и посмотрим, как тебе понравится сидеть без кислорода!

Из ямы по-прежнему не доносилось ни звука. Разгневанная Ильинишна прицепила фонарь к швабре и спустила ее вниз. Подвал был пуст! Лишь в углу сиротливо приткнулась инвалидная коляска. Маленькая американка исчезла!

– Эрика, где ты, Эрика? – растерянно позвала толстуха.

– Какая Эрика? – поинтересовался наглый девчоночий голос.

Ильинишна и ее дочь разом вскинули головы. В двух шагах от них в ленивой расслабленной позе стояла высокая рыжеволосая девочка, смутно похожая и в то же время совершенно не похожая на американку.

– Никакой Эрики здесь нет, – торжествующе улыбаясь, продолжала девчонка на чистейшем русском языке, без всяких английских слов или акцента. – И если разобраться, то и не было!

– А кто же был? – почти спокойно поинтересовалась Ильинишна. Она первой взяла себя в руки.

– Призрак. Привидение, – сквозь зубы процедила девчонка. – Померещилось вам все это – и Эрика, и ее миллион.

– Ах, померещилось! – ласково покивала Ильинишна, подбираясь к ней поближе. – А если я сейчас из тебя и впрямь привидение сделаю? В погреб затолкаю и крышкой накрою?

Грозно размахивая шваброй, старушонка двинулась на малолетнюю дурочку, пытавшуюся лишить ее миллиона долларов. Рыжая нахалка – всего лишь ребенок, и поэтому должна в следующий миг испуганно шарахнуться от разгневанной взрослой бабки. А если нет – швабра почти дотянулась до груди маленькой негодяйки… толчок, и та полетит в темноту погреба.

Но толчка не получилось. Одним движением рыжая уклонилась от палки, легко, словно играючи, перехватила ее за середину… рывок, поворот – и каменная яма радостно распахнула свои объятия навстречу Ильинишне и ее швабре.

Потрясенная Марго изумленно слушала мамочкины стоны и ругань, донесшиеся из глубины погреба. Девчонка повернулась… И была в ее движениях полная и абсолютная уверенность в себе. «Это всего лишь ребенок, – подумала Марго, делая шаг назад. – Маленькая девочка, – добавила она мысленно, отступая в глубь коридора. – Она не может напугать взрослую женщину», – напомнила себе толстуха и бегом рванула к выходу.

Марго мчалась по темному подземелью. Ветер свистел в ее ушах; главное – не пропустить нужный поворот! Позади осталось их лучшее дело, обернувшееся западней, и эта жуткая, невесть откуда взявшаяся рыжая бестия. Впереди же – спасение и свобода, надо лишь добраться до выхода… Привычным взглядом окинув стену и увидев четырехугольник густого мрака на месте двери, Марго радостно ахнула, хватая спертый воздух пересохшим ртом. И тут же ее счастливый вскрик сменился воплем дикого, нечеловеческого ужаса.

Потайная дверь медленно открывалась. В лицо Марго ударили слепящие лучи… И в сияющий светом проем грозно и неотвратимо шагнула та самая рыжая девчонка! Закрыв лицо руками, Марго бросилась назад и со всего маху врезалась… снова в эту рыжую! Толстуха метнулась в сторону, но тут в коридор влетел громадный белый гусь и без единого звука, страшно растопырив крылья, ринулся на нее. Этого нервы училки уже не выдержали. Всхлипывающим, беспомощным, почти беспамятным кулем она осела на каменный пол.

– Кисонька, ты как? – бросилась к сестре Мурка. – Они тебе ничего не сделали?

– Скорее это я им сделала, – торжествующе похвасталась Кисонька и скомандовала: – Давайте эту тоже в яму бросим, у меня там уже одна сидит.

– Мы же тебе говорили: все с твоей сестрой будет в порядке, – пропыхтел Сева. Вдвоем с Вадькой они безуспешно пытались поднять грузную Марго.

Девчонки кинулись им на помощь. Впятером они с большим трудом дотащили толстуху до подвала. Парни откинули предусмотрительно закрытую Кисонькой крышку и перекатили тяжелое тело через край. Послышался грузный шлепок – и сразу же взрыв дикой ругани. Похоже, доченька рухнула на мамочку.